Поначалу я напрягся. С чего бы это вдруг на имя президента Барселоны приходили какие-то письма из Москвы, тем более сразу после того скандала с оргией? А ну как наши спортивные чиновники всё-таки чего удумали по этому поводу? Или, быть может, начали требовать меня и Саню в сборную на товарищеские игры.

Как раз только что в Западном Берлине прошёл так называемый турнир четырёх наций. Тридцать первого марта мужики в очень красивом стиле обыграли там Аргентину с Каниджей и Марадоной в составе. Беланов и Протасов были на высоте. Игорь сделал дубль, а Олег и вовсе хет-трик. Может быть, Федерация требует, чтобы мы с Заваровым также привлекались к товарищеским играм и, соответственно, Барселона должна нас отпускать. Это может быть проблемой, потому что всё-таки особенности советского футбола таковы, что сборная — безусловный приоритет перед клубами.

Но нет. Как оказалось, это письмо было фактически приглашением. Приглашением от моего родного Торпедо.

Летом реконструкция стадиона на Восточной улице завершается. И грядёт матч-открытие. И Торпедо очень хочет видеть Барселону в качестве своего соперника в этом самом матче-открытии.

Причина этой просьбы и желания абсолютно понятна. Вот она сидит с довольным видом перед Нуньесом. А вторая часть этой причины сейчас отрабатывает комбинации с Линекером и Карраско. Заваров решил, что их взаимодействие находится на недостаточном уровне, и упорно добивался идеального взаимопонимания с Гарри и остальными игроками Барселоны.

Само собой, когда Хосеп Луис задал мне вопрос о Торпедо, я не мог, да и не хотел, естественно, говорить ни слова против. Наоборот, да, да и ещё раз да. Мы должны поехать в Советский Союз и должны сыграть на новом стадионе Торпедо. Тем более что он, судя по тому, что я знаю, получился просто красавцем.

Сорок пять тысяч, полностью крытые трибуны. Подогрев нового поколения, большие раздевалки, рациональное использование подтрибунных помещений. Это первый стадион не только в Советском Союзе, а и в Восточной Европе тоже, который предполагает, можно сказать, коммерческое использование. Первый в Советском Союзе магазин клубной атрибутики, Торпедо и здесь первооткрыватель. Как ни крути, но я торпедовец и никогда не отрываю, не отделяю себя от чёрно-белой команды. Так что да, у нас первый в стране магазин клубной атрибутики. И самое сильное фанатское движение. Не самое многочисленное — всё-таки Спартак по-прежнему самый популярный клуб страны. Но чёрно-белые куда более организованы и куда более акцентированы. Пожалуй, это правильное слово. Фаната Торпедо, когда он хочет показать, что он фанат Торпедо, видно издалека. Клубные цвета соблюдаются безукоризненно.

20 апреля 1988 года (среда). 20:00. Бремен. Везерштадион. +10 градусов, дождь. 42 000 зрителей. Кубок УЕФА 1987/88. Полуфинал, ответный матч.

Судья: Хеннинг Луд Сёренсен (Дания).

ВЕРДЕР: Рек; Куцоп, Оттен, Братсет, Заутер; Герман, Вольтер, Вотава (к), Майер; Ридле, Бургсмюллер.

Тренер: Отто Рехагель.

БАРСЕЛОНА: Субисаррета; Херардо, Мигели, Алешанко (к), Хулио Альберто; Урбано, Шустер, Роберто; Заваров, Линекер, Сергеев.

Тренер: Йохан Круифф.

Письмо из Москвы очень сильно подняло мне настроение перед Бременом. И на поле Везерштадиона я вышел с чувством, что проиграть немцам мы сегодня не можем.

Барселона просто обязана приехать летом в Москву в статусе обладателя Кубка УЕФА. Матч-открытие моего родного стадиона должен быть максимально статусным. И это моё желание очень быстро передалось остальной команде.

В этот вечер у Барселоны получалось буквально всё. Вердер, который отлично смотрелся на Камп Ноу, само собой, с оговорками, у себя дома не смог сделать вообще ничего.

Само собой, на это повлияло раннее удаление их капитана. Уже на пятнадцатой минуте Вотава получил вторую жёлтую карточку. Но это тот случай, когда чужие ошибки являются следствием твоего давления.

Первое предупреждение Вотава получил уже на второй минуте, когда только ценой жёлтой карточки он остановил очень опасный прорыв Заварова по левому флангу. Ну а на пятнадцатой минуте капитан хозяев исполнил хороший такой захват руками, когда всё тот же Заваров одним пасом отрезал всю оборону Вердера и отправил меня на рандеву с Реком. В нескольких сантиметрах от штрафной, и остановил он меня недозволенным приёмом.

Так что вторая жёлтая, удаление и штрафной практически на линии штрафной площади.

Бремен поставил очень внушительную стенку. Целых семь игроков в бело-зелёной форме заняли места в ней. Ну а рядом с хозяевами скромненько пристроились сразу три барселонца: Гарри, Саня и как раз наш капитан Алешанко.

Мы с Шустером стояли рядом с мячом, как бы выбирая, кто будет бить.

Свисток Хеннинга Луда Сёренсена, и можно бить.

Проходит буквально десять сантиметров. И я бью. И бью не просто так, а сильно, низом, в левый угол ворот. Который от меня закрыт стенкой. Вот только на горе Бремена эта стенка не из их игроков, а наша, барселонская. Заваров, Линекер и Алешанко прыгают, и мяч как раз проходит под ногами Хосе Рамона. Проходит и без каких-либо помех и препятствий влетает в ворота.

Рек даже не прыгнул. Наша домашняя заготовка сработала на все сто процентов.

Один-ноль.

И буквально сразу положение Вердера становится ещё хуже. Заваров показал, зачем он пахал на тренировках вместе с Линекером. И у него получился второй за три минуты идеальный пас. Он вывел Гари на убойную позицию в двенадцати метрах от ворот. Идеальная передача и идеальный удар в касание. Рек проявил чудеса прыгучести и дотянулся кончиками пальцев до посланного в притирку со штангой мяча. Но почти не считается. Футбольный снаряд влетел в тот же угол, что и минутами ранее.

Два-ноль. Двадцатая минута. Вердер в меньшинстве, и ему нужно забивать три. Даже ничья оставляет немцев не у дел. Положение, как говорится, хуже губернаторского.

Ну а в самом начале второго тайма оно и вовсе стало безнадёжным. Моя подача углового. Неразбериха в штрафной. И Херман заносит мяч в собственные ворота.

Три-ноль на пятидесятой минуте. В ситуации, когда тебе нужно забивать четыре, а ты играешь в меньшинстве — это приговор, озвученный и приведённый в исполнение.

До конца матча немцы так ничего сделать и не смогли. Вернее, даже усугубили. Разгромная победа Барселоны — четыре-ноль.

В самом конце матча мне удался дубль. Тот же самый дриблинг, что я показывал в первом матче, завершился куда более успешно. Удар, Рек прыгает, но не достаёт. Немецкий вратарь, в принципе, был одним из немногих игроков в своей команде, к которому в этот вечер не было никаких претензий. Он старался, он бился. Но вратарь — это половина команды. А когда вторая половина как будто забыла выйти на поле, сделать ничего нельзя.

Так что четыре-ноль по сумме двух матчей, и Барселона в финале Кубка УЕФА, где нас уже ждал Эспаньол.

Ирония судьбы в том, что в этом сезоне третий по значимости клубный трофей Европы будет разыгран в пределах одного города.

Первый матч с нашими заклятыми друзьями из Эспаньола мы сыграем на Саррии четвёртого мая, а восемнадцатого перед командами двери гостеприимно распахнёт Камп Ноу.

Шикарное завершение сезона для Барселоны. Я надеюсь, что к восемнадцатому мая мы уже будем чемпионами, так что этот матч станет действительно финальной точкой.

Ну а если говорить про другие европейские кубки, то вдвойне приятно то, что этот сезон стал всё более походить на прошлый.

Сразу два советских клуба оказались в финалах еврокубков.

Динамо Минск обыграло Аталанту по сумме двух матчей. Два-один дома и один-два в гостях. В итоге пришлось выяснять отношения в серии пенальти, в которой минчане оказались точнее.

Ну а Торпедо в полуфинальном раунде обыграло Бенфику. Огненный матч в Португалии на переполненном стодвадцатитысячном стадионе закончился просто феерической ничьей, 4:4. Притом Торпедо за десять минут до конца проигрывало со счётом два-четыре. Но усилиями Юры и Коли мужики смогли спастись.