«Многие потом считали его своим особым семейным днем, даже если он и не сопровождался какими-то особыми семейными традициями: “Специальный праздник — 9 мая. 9 мая отмечается тоже в семье. В семье как праздник”».
Другой информант, интервью с которым используется в этом же исследовании, говорит о «своем школьном приятеле, не праздновавшем 9 мая с семьей, как о человеке “откуда-то с Марса”»[6]. Этот феномен исследователи связывают, в частности, с процессом «приватизации» официальных праздников[7].
Ключевая дата хронологии Дня Победы, важная для нашего исследования, — 1995 год. В честь 50-летнего юбилея в Москве прошли два парада: на Красной площади и на Поклонной горе, в только что открытом Парке Победы. С этого момента парады стали ежегодными. Таким образом, легализация Поклонной горы как пространства официального праздника совпала с третьей, постсоветской, волной мемориализации войны. Одним из вопросов, стоящих перед данным исследованием, был вопрос о том, насколько сильно функциональная история этого места отражается в восприятии Поклонной горы современными москвичами.
В конце 1990-х — начале 2000-х годов День Победы оставался самым популярным праздником в России, унаследованным ею от советской эпохи. В то же самое время заканчивается процесс деидеологизации советских праздников (чтобы, как мы увидим позже, возобновиться уже в новом формате в 2010-е годы), что приводит к частичной потере их официального смысла и одновременно к росту масштабных сценариев уличных гуляний. Ольга Калачева в своем исследовании старых и новых праздников начала 2000-х годов пишет:
«Примечательно, что только в постсоветский период методические пособия по организации праздников окончательно теряют идеологический подтекст. Теперь это не руководства по проведению гражданских ритуалов, а подборка игр, песен, рецептов и советов по организации праздников приватной сферы»[8].
День Победы и День города — два крупнейших городских праздника, которые организуются городскими властями на территории Поклонной горы. Городскими оба этих праздника стали не так давно. Как уже было сказано, День Победы в позднесоветские времена отмечался скорее как семейный, приватный праздник. В 1997 году впервые проходит новый для Москвы праздник — День города. Этот день отмечался уже с 1985 года, но только в 1997-м — в год 850-летия Москвы — он приобрел черты, близкие к современному Дню города: с публичными мероприятиями, многочисленными концертными площадками, декоративным оформлением города и салютом. Это приблизительно тот самый формат, в котором сейчас проходят оба мероприятия и на Поклонной горе, и на других московских площадках. Пользуясь терминологией Филиппа Мюрэ[9], можно говорить об этой тенденции как о части наступающей глобальной «гиперфестивной» культуры, стремящейся превратить в праздничное веселье не только памятные даты, но и всю повседневность. Если же попытаться выявить черты, специфические для конкретного исторического и культурного явления, то можно предположить, что слияние форм двух праздников — Дня Победы и Дня города — отражает процесс формирования российской идентичности, для которого действительная актуальность победы в войне уменьшается по мере временнóго удаления от нее, а потребность в объединяющем национальном символе увеличивается. Так или иначе, День Победы в 2010-е годы по своей форме является городским праздником, сценарий для которого создают местные власти, а участие в котором принимают массы горожан.
День Победы на Поклонной: сценарии и девиации
9 мая 2013 года Поклонная гора была заявлена как одна из нескольких официальных площадок для проведения праздничных мемориальных акций[17][10]. Однако именно сюда пришло максимальное число людей — по оценкам официальных СМИ, более 300 тысяч из полутора миллионов участников уличных гуляний в Москве (эта цифра не стала рекордной: например, в 2003 году Поклонную гору посетили 500 тысяч человек[11]).
С самого начала празднования периметр Поклонной горы был огорожен и оцеплен полицейскими. Попасть внутрь можно было, только пройдя рамки металлоискателей, около главного входа уже в 11:30 начинают выстраиваться очереди (официальное начало программы — 12:00), которые в течение дня только удлинялись. Но с неофициального входа, со стороны Минской улицы, в это же время было легко пройти, очередей у рамок не было. Станцию метро, построенную в том числе для обеспечения доступа к мемориальному комплексу, каждый год в день празднования закрывают на вход (это объясняется требованиями безопасности) — так что попасть в мемориальный комплекс гораздо проще, чем его покинуть.
В официальной программе значилось несколько мероприятий: марафон «Музыкальный квартал», концерт оркестра Мариинского театра под управлением Валерия Гергиева с участием Дениса Мацуева (проходящий в рамках ежегодной серии российских гастролей Мариинского театра, которые в 2013 году в связи с поздней Пасхой заканчивались 9 мая, в связи с чем последний концерт было решено провести именно на Поклонной горе), выезд конных гвардейских войск, концерт «Внуки — ветеранам» и салют. В качестве отдельного пункта анонсировался информационный сервис «Судьбы героев войны», организованный Министерством обороны: на нескольких десятках компьютеров посетители парка могли получить сведения о своих воевавших родственниках из двух баз данных — «Подвиг народа» и ОБД «Мемориал».
В целом празднование 9 мая почти не было подчинено какому-либо регламенту и подразумевало скорее формат народных гуляний, нежели хорошо спланированный церемониал или серию акций памяти. Опрошенные нами респонденты отмечали дефицит организованных мероприятий, в которых они хотели бы участвовать, часто сравнивая это положение вещей с предыдущими годами. Около 12:30 к нам обратилась пожилая женщина, которая не представляла ни пространственной организации Поклонной горы (плана местности нигде не было), ни программы празднования (она также никак не была обозначена в самом парке). Несколько респондентов с разочарованием отметили скудность программы:
«Сегодня практически ничего нету. Обычно очень весело. Разные игры, соревнования, музыка. Сегодня вообще ничего нет. В те годы были спортивные мероприятия. Организованные. А сегодня вообще ничего нету. Ни концерта. Ни музыки. Может быть, и будет — но всегда это начинается с утра. Всегда» (мужчина на роликах, 45–50 лет).
«Вот, например, в прошлом году здесь запускали змеев воздушных, сейчас все закрыли. Мы вон взяли и че-то даже не попускали ни разу. А так ходим. Обычно… здесь выход из метро, и мы вот так гуляем… за танками, в общем, туда. Обычно такой проходик небольшой делаем. Еще раньше бывали эти… выступления… сейчас что-то не видно… Когда мероприятия — это интересно. То есть можно и так походить, и посмотреть можно. А когда тупо слоняться — здорово, наверное, но я не знаю. Ну, и для детей здесь совсем что-то плоховато» (мужчина, 30–35 лет).
«Ну, я бы добавила, может быть, песней побольше и чего-нибудь еще. Что-нибудь такого, знаете, может быть, инсценировки какие-то… еще что-то» (девушка, 20–22 лет).
Электронная база данных участников войны не показалась респондентам привлекательной, несмотря на то, что по всей территории парка посетителям раздавались информационные материалы:
«Так вот, с этими листовками — всем пораздавали… Это электронный каталог участников ВОВ… Это все с портала ведется. Мы на портале были уже десять тысяч раз, поэтому смысла сюда ходить нет» (мужчина, 30–35 лет).
Мемориальные объекты
Из-за отсутствия регламента движение людей не подчинялось какому-то плану, им приходилось осваивать архитектурное пространство, перемещаясь по парку и знакомясь с его объектами, как статичными (памятники, музеи, элементы архитектурного и природного ландшафта), так и организованными к этому дню. Около Центрального музея Великой Отечественной войны уже к 14:00 выстроилась небольшая очередь. Отец и сын, стоящие в очереди, поделились информацией о том, что поход в музей для них был запланированным мероприятием на 9 мая (они собирались посетить этот музей впервые).
