«Он уже давно утратил свое значение как памятник российской (sic!) армии. Повсюду выпивающая молодежь, прочие неприятные вещи, но, помимо прочего, это место привлекает молодых художников»[34].

Идея инсталляции, как они объяснили, состояла в том, чтобы представить молодежную культуру: их поколение выросло на героях американских комиксов, точно так же, как поколение их родителей выросло на персонажах советских мультфильмов. Более глубокая идея состояла в критике болгарской политики, которая всегда ориентировалась на какой-то иностранный центр: прежде — на Советский Союз, теперь — на Америку.

Граффити «В ногу со временем» заново поставило вопрос о судьбе памятника. 29 июня 2011 года горсовет Софии устроил специальное собрание по этому поводу, но не пришел к конкретным решениям. Одновременно Хельсинкский комитет в Болгарии, ассоциация «Sofia Poetiki» и ассоциация «Transformatori» при широком участии представителей различных организаций и институтов организовали однодневную дискуссию о будущем памятника и прилегающего к нему парка. Была поставлена цель втянуть в эту дискуссию обычных граждан. Обсуждение продемонстрировало сохраняющуюся поляризацию, но показало также и то, что вместе с поколением очевидцев, раздираемых двумя чувствами — гордости и стыда, — на первый план вышло «постпоколение»^[82][35] со своими воззрениями на проблему памятника и новыми идеями насчет его трансформации.

Подход, называемый «урбанистским» или «художественным», заключался в попытке представить памятник по-новому, как не поддающийся однозначной идеологической интерпретации. Для представителей «постпоколения» памятник был скорее объектом городской среды, чем историческим символом. Аргументация была такова: публичное пространство — не только арена политических соглашений; два антагонистических нарратива принадлежат меньшинству, стремящемуся продвинуть свои взгляды на прошлое, тогда как для большинства памятник уже оброс новыми смыслами, относящимися скорее к настоящему, чем к прошлому. Ныне это место воспринимается скорее как физическое, функциональное городское пространство, нежели как пространство символическое.

Дебаты, таким образом, перешли на новый уровень — между градостроителями, которые выступали за повторное использование и переосмысление монумента, и политиками, старающимися сохранить нарратив памяти или хотя бы одну из его альтернативных версий. Выбор на этом уровне был такой: демократизация пространства ценой его символического значения или стремление сохранить это значение, взяв на себя моральное обязательство помнить о прошлом.

Вместо заключения

Дискуссия вокруг монумента советской армии и прилегающего пространства не привела ни к какому решению. Более того, она не продвинулась сколько-нибудь существенно в сторону консенсуса. Однако тактическое использование монумента продолжалось с неутомимой изобретательностью и самыми разными намерениями. В феврале 2012 года, во время первого протеста против Торгового соглашения по борьбе с контрафактом (ACTA), с западной стороны монумента на скульптурные фигуры надели бумажные маски Anonymous, символа движения против АСТА. Второй марш против АСТА стартовал от памятника через несколько дней. Празднование годовщины создания граффити «В ногу со временем» сопровождалось украшением основания памятника болгарскими и другими европейскими флагами. В августе 2012 года разноцветные балаклавы были надеты на головы бронзовых фигур в знак солидарности с российской панк-группой «Pussy Riot», участницы которой были приговорены к тюремному заключению. Позднее в том же году головы трех фигур были раскрашены цветами болгарского флага. В течение продолжительных антиправительственных протестов летом 2013 года памятник многократно служил «билбордом» для слоганов против правительства, в котором преобладала БСП; против монополии «Газпрома» и так далее. Утром 21 августа — в этот день в 1968 году произошло вторжение стран Варшавского договора в Чехословакию — прохожие с удивлением обнаружили горельеф «супергероев», выкрашенный в розовый цвет; вероятно, намек на инсталляцию с розовым танком Давида Черного. Подпись на чешском гласила: «Болгария просит прощения».

Продолжающееся тактическое использование (в смысле де Серто) памятника советской армии не удивляет, но имеются и другие примеры, ставящие любопытные вопросы. Спустя несколько месяцев после дебатов вокруг граффити «В ногу со временем», в июне 2011 года, мотив инсталляций в духе поп-арта был использован крупнейшими политическими партиями на местных выборах, проходивших в Софии. Кандидат от правого крыла позаимствовал слоган «В ногу со временем» для своей предвыборной кампании. БСП начала свою агитацию с грандиозного светомузыкального шоу прямо перед памятником, что стало прямым ответом как на призыв разобрать монумент, так и на поп-арт-событие июня 2011 года. Памятник двигался, раскрывался, распадался на части и снова складывался, как игра в тетрис; герои с постамента появлялись и отходили, чтобы в конце концов освободить путь центральной фигуре — советскому солдату, который, подняв автомат, приветствовал собравшихся[36].

Так парадоксальным образом, вместо того, чтобы тактики использовали символические ресурсы стратегий, наоборот, противодействующие стратегии извлекли пользу из изобретательности тактик, смогли использовать их как ресурс и как способ донести свое сообщение (в основном противоположного по отношению к тактикам характера). Политика уклонения[37] в отношении коммунистического прошлого, воспринятая государственными институциями^[83][38], привела к нехватке стратегии памяти и, как следствие, к неспособности болгарского общества достигнуть консенсус в отношении своего недавнего прошлого. Отсутствие консенсуса в свою очередь привело к живучести взаимоисключающих исторических нарративов, подкрепленных противоречиями, присущими социальной памяти. В результате монумент советской армии остается местом конфликтующих версий памяти. Это место в разных целях используется политическими и интеллектуальными элитами, и в то же время оно присваивается следующими поколениями (молодежью, уличными художниками). Таким образом, во многом это место стало своего рода «полем для заполнения», лишенным собственного значения и открытым для самых разных новых смыслов, которые в него можно вложить.

Перевод с английского

Александра Беляева

Источники

[2] Единый национальный классификатор выходных и Национальный праздничный календарь. Центральный государственный архив. Ф. 405. О. 10. Д. 255. Л. 27. Классификатор и календарь были созданы экспертной комиссией согласно решению Государственного совета от 1978 года по развитию и внедрению фестивально-праздничной системы в Болгарии в соответствии с коммунистическим образованием населения. Я благодарна Ивану Еленкову за предоставленный материал.

[4] Бывший участник военных действий упомянул, что пошел на фронт добровольцем осенью 1944-го.

[7] http://yaa.europeanfilmawards.eu/bg_BG/.

[8] www.europeday.bg.

[9] См.: Nadkarni M. The Death of Socialism and the Afterlife of its Monuments: Making and Marketing the Past in Budapest’s Statue Park Museum // Hodgkin K., Radstone S. (Eds.). Contested Pasts: The Politics of Memory. London: Routledge, 2003. P. 195.

[10] Со многими памятниками коммунистического режима и их толкованиями можно ознакомиться здесь: www.seminar-bg.eu/index.php?option=com_content&view=article&id=262:2012–04–23–07-33 31&catid=24&Itemid=25.

[11] Протокол № 24 от 17 сентября 1946 года (http://demontirane.org/архивите-говорят/ii-р-o-t-o-k-о-л-№-24-софия-вторник-17-септември-1946-г/).