Кейд поискал в ванной свежие полотенца. Все, что у него осталось, это несколько полотенец для рук, поэтому он пошел в свою спальню и взял пару полотенец из корзины для грязного белья. Не идеально, но стирка была последним, о чем он думал в последние дни. Когда он направился обратно в ванную, что-то блестящее привлекло его внимание, и у него свело живот, когда он понял, на что смотрит. Часы Рафа - те, которые он никогда не снимал, - лежали на прикроватной тумбочке.

***

Он солгал. Он смотрел в глаза единственного мужчины, которого когда-либо любил, и который любил его в ответ, и откровенно солгал. Слова о любви к Кейду были правдой, но все, что происходило с того момента, как Кейд прижал его к балке, было ложью. Как только Кейд признался, что уже выбрал его, а не Дома и Вина, он понял, что должно произойти дальше. Ирония заключалась в том, что Кейд был в отчаянии во время их занятий любовью, в то время как Раф наслаждался, потому что знал, что это в последний раз.

Он хотел запомнить каждое прикосновение, вкус, звук. И когда Кейд излился в него, он почти потерял решимость осуществить свой план. Даже сейчас осознание того, что часть Кейда все еще остается в тайниках его тела, заставляло его желать большего.

Но потом Кейд попросил его пообещать, что он не уйдет, и прежний, склонный к манипулированию Раф вернулся и без труда солгал прямо в лицо своему любимому. Это все равно было легче, чем выслушивать, как Кейд отмахнулся от Дома и Вина в пользу него. Кейд уже начал процесс разрыва отношений, которые сделали его тем, кем он был. Раф знал, каково это - не иметь семьи. Ни за что на свете он не обрек бы Кейда на это.

Раф толкнул дверь на лестницу, ведущую в гараж, а затем подбежал к двери, ведущей на улицу. Он понятия не имел, дежурит ли еще Джаггер, поэтому решил не пользоваться дверью в вестибюль. Он прошел по переулку до главной улицы и огляделся по сторонам в поисках Кейда или Джаггера, но никого не было. Было еще светло, но пешеходов вокруг было немного. И Раф знал, что все изменится в ту же секунду, как Кейд поймет, что его нет. У него было самое большее несколько минут, поэтому он быстро зашагал по тротуару, оглядывая улицу в поисках такси. По пути в гостиную он натянул джинсы и рубашку, а по пути к двери ему удалось вытащить из сумки бумажник, но все остальное он оставил, так как оно ему было не нужно.

Через минуту он заметил такси на противоположной стороне улицы.

- Раф!

В тот момент как он услышал, как Кейд выкрикнул его имя, взвизгнули шины, а он сошел с тротуара. Все, что случилось после, происходило как в замедленной съемке. Черный седан несется на него. В него врезается тяжелое тело. Полет в воздухе. Звук бьющегося стекла. А потом ничего.

Он изо всех сил пытался вдохнуть, пока его измученное тело катилось по тротуару. В конце концов, ему удалось глубоко закашляться, а затем в его легкие, испытывающие кислородную голодовку, поступил небольшой поток воздуха. За ним последовал еще один, и он перевернулся на спину, уставившись на грозовые облака, проплывающие над ним с черепашьей скоростью. Над ним промелькнула тень, и ему потребовалась доля секунды, чтобы осознать, что видит - над ним стоял человек, направив прямо на него пистолет. Пуля разорвала воздух вокруг, и он закрыл глаза, ожидая жгучей боли, но ничего не произошло. Когда он снова открыл их, то оказался лицом к лицу с тем же человеком, теперь безжизненно лежащим на земле рядом с ним, а из отверстия в его голове сбоку сочились кровь и мозговое вещество.

Раф отполз подальше от этого ужасного зрелища и, подняв глаза, увидел, что Джаггер спешит к нему с пистолетом наготове.

- Ты в порядке? - Спросил Джаггер, приблизившись.

- Кейд? Где Кейд? - спросил он, лихорадочно оглядываясь по сторонам, и в памяти всплыли обрывки событий последней минуты.

Приближающаяся машина. Тело, ударившееся о его тело, прижатое к нему, когда машина врезалась в них.

- Кейд! - закричал он, и его голос сорвался, когда он, наконец, нашел его. - О боже, - закричал он, проползая несколько футов до Кейда, лежащего совершенно неподвижно, скорчившись посреди дороги. Из носа у него текла кровь, все лицо было в порезах. - Кейд! - снова закричал он, проводя пальцами по лицу Кейда.

Но тот не ответил. Он уронил голову на грудь Кейда и всхлипнул от облегчения, услышав поверхностное дыхание и слабое биение сердца.

- Джаггер, позови на помощь! - позвал он, наклоняясь, чтобы прижаться губами ко рту Кейда. - Кейд, пожалуйста, очнись, - умолял он. - Прости меня, пожалуйста!

Слезы текли по его лицу, пока он умолял Кейда ответить, но ничего не происходило. Абсолютно ничего.

Глава 11

Раф обхватил себя руками и сосредоточился на своем дыхании. Вдох и выдох, как столько раз ему говорил Кейд. Он закрыл глаза и позволил прикосновениям Кейда скользить по коже, пока его глубокий голос отсчитывал секунды между вдохами. Все вокруг исчезло, когда Кейд вернул его обратно. Под ним не было жесткого стула в приемной, не было громкоговорителя, призывающего врачей пройти в определенные кабинеты, не было людей, снующих мимо к торговому автомату за своей сотой чашкой кофе. Были только он и его мужчина.

- Раф?

Чья-то ладонь легла ему на плечо, но это была чужая ладонь. Голос тоже был чужим, но он знал, чей он. За двадцать лет, прошедших с тех пор, как этот голос обещал вернуть его домой, он так и не смог забыть его.

Раф заставил себя открыть глаза и увидел обеспокоенное лицо брата, стоявшего перед ним на коленях. Вин стоял прямо за Домом, а чуть дальше он мог видеть Джаггера, разговаривающего по мобильному телефону.

- Он не просыпался, - прерывисто прошептал Раф, прежде чем броситься в объятия Дома. Дому каким-то образом удалось поднять их обоих на ноги, и теперь он крепко держал Рафа.

- Он сильный, Раф, - прошептал Дом ему в шею.

Когда чьи-то руки обхватили его сзади, он совсем потерял самообладание и зарыдал. Его пронзительные крики показались незнакомыми даже ему самому, но ни Дом, ни Вин не пытались остановить его или как-то успокоить. Они просто держали его. В какой-то момент им удалось отвести его в маленькую тихую комнату, но Раф был слишком заторможен, чтобы беспокоиться о том, где и когда. Он сидел на какой-то скамейке и прислонялся к Дому, обнимающему его за плечи. Вин сидел на стуле прямо перед ним, сжимая руку Рафа почти мертвой хваткой.

- Я ушел, - выпалил Раф. - Я подумал, что будет лучше, если исчезну, - прошептал он. Его глаза защипало от боли, вызванной вновь выступившими слезами. - Он встал между мной и машиной.

- Ему нужно было защитить тебя, - мягко сказал Вин.

- У него... у него был приступ в машине скорой помощи, - сумел выдавить из себя Раф, когда перед его мысленным взором промелькнул образ Кейда, бьющегося в конвульсиях на каталке. - Они сказали, что его мозг начал опухать, и им придется снизить давление... - Он изо всех сил пытался вспомнить, что сказал ему доктор, когда они забирали у него Кейда. - Они должны сделать тре… тре...

- Трепанацию, - подсказал Дом.

- Он крепкий орешек, Раф. И ему есть за что бороться, так что он добьется своего, ты меня слышишь? - Твердо сказал Вин, сжимая ему руку.

Раф понятия не имел, кивнул он или нет, но это был последний раз, когда они разговаривали за долгое время. Когда дверь в палату открылась и вошел врач, он подпрыгнул, а его сердце подскочило к горлу.

- Как он?

Доктор взглянул на него в замешательстве и спросил:

- Вы мистер Барретти?

Он был слишком взвинчен, чтобы поправить доктора насчет своей фамилии, поэтому просто спросил еще раз:

- Как он?

- Мистер Барретти, я здесь только для того, чтобы осмотреть ваши травмы.

Рафу хотелось закричать, что ему наплевать на свои травмы, но чья-то ласковая рука легла ему на плечо.

- Раф, когда Кейд проснется, то захочет узнать, что с тобой все в порядке, - тихо сказал Дом.