^{Демонстрация протеста против действии полиции в январе 1950 г.}

Борьба масс против безработицы и нищеты и острые дебаты вокруг этих проблем в парламенте привели к созданию в 1950 г. двух специальных парламентских комиссий, которые провели обследование социальных противоречий в стране. Опубликование материалов комиссии по обследованию нищеты Юга^[678] вызвало огромный общественный резонанс. Оно помогло принятию в 1950 г. закона о создании так называемой Кассы Юга. Закон предусматривал, что ежегодно в течение 10 лет будут выделяться государственные средства в целях проведения на Юге общественных работ по строительству дорог, мостов, общественных зданий и т. д.

Депутаты рабочих партий во время обсуждения этого закона предлагали разработать правительственную программу индустриализации южных районов. Они предлагали также установить контроль парламента над организациями, созданными для осуществления плана развития Юга. Но эти поправки не были приняты. Деятельность Кассы Юга осуществлялась главным образом в направлении так называемой прединдустриализации и создала предпосылки для последующего активного проникновения крупного монополистического капитала Северной Италии в промышленность Юга. Но все же в те трудные годы Касса Юга способствовала некоторому смягчению проблем безработицы и была важным частичным завоеванием трудящихся масс.

Широкий характер в 1950–1953 гг. получило движение в защиту национальной промышленности. Рабочие выступили против свертывания «нерентабельных» предприятий и массовых увольнений, которыми сопровождался процесс промышленной реконструкции. В течение 1950 г. рабочими занимались такие крупные заводы, как «Бреда», «Пирелли», ФИАТ, «Ансальдо». Заняв то или иное предприятие, рабочие продолжали работу на свой страх и риск. Борьбой руководили заводские советы управления, которые требовали от государства выделения кредита для реконструкции предприятия^[679]. В Модене рабочие-металлисты вели борьбу против закрытия завода «Фондерие риуните». Рабочие верфи «Ансальдо» в ответ на увольнения заняли предприятие и 2,5 месяца работали без хозяев. За это время они начали строительство нового крупного судна и добились сохранения верфи.

Героическую борьбу вели рабочие машиностроительного завода «Реджане» в г. Реджо-Эмилия. Свыше года (с 1 мая 1950 по 5 октября 1951 г.) 5 тыс. рабочих этого коллектива занимали предприятие, продолжая выпускать машины и ремонтировать железнодорожные вагоны. Все население города поддерживало их и помогло добиться удовлетворения их требований.

Не менее стойкими оказались рудокопы серного рудника в Кабернарди (область Марке), принадлежавшего концерну «Монтекатини». В ответ на решение концерна о закрытии этого рудника и массовые увольнения в мае 1952 г. шахтеры заняли рудник и в течение 38 дней оставались под землей. Они вышли из шахты только тогда, когда добились возвращения на работу уволенных рабочих.

В 1953 г. крупную победу одержали рабочие-металлисты завода «Пиньоне» во Флоренции. Мэр города, левый христианский демократ Ла Пира, санкционировал занятие этого завода рабочими. В результате правительство вынуждено было пойти навстречу трудящимся и передать завод в ведение Института промышленной реконструкции^[680].

В связи с движением в защиту национальной промышленности в 1949–1950 гг. вновь активизировалась деятельность заводских советов управления^[681]. Они непосредственно руководили борьбой и налаживанием производства на фабриках и заводах, занятых рабочими. К этому времени на промышленных предприятиях было свыше 470 советов управления, которые представляли почти 1 млн. рабочих^[682]. Советы управления явились оригинальной формой борьбы за демократический контроль на предприятиях. Однако добиться их признания в законодательном порядке так и не удалось. К концу периода реконструкции движение советов управления постепенно сошло на нет.

Рабочие депутаты внесли в парламент законопроекты о национализации монополий электроэнергетической и химической промышленности. Однако они были отклонены христианско-демократическим большинством. Коммунисты и социалисты не сумели в эти годы мобилизовать массы на борьбу за национализацию монополий. Конкретные формы такой массовой борьбы возникли в Италии позднее.

Итоги борьбы за План труда были подведены на III съезде ВИКТ в конце 1952 г. План труда явился оригинальным опытом рабочего движения в условиях капиталистического строя и содержал в себе идею демократической плановой экономической политики государства, на направление которой трудящиеся стремились оказать давление своей борьбой.

В документах ВИКТ не раз подчеркивалось, что осуществление Плана труда должно быть связано с борьбой за создание нового демократического правительства. Таким образом при разработке Плана труда «на передний план был выдвинут политический момент, проблема политической власти, которая должна направлять экономику страны»^[683].

Однако на практике акцент был сделан на том, чтобы с помощью Плана труда как можно скорее обеспечить занятость безработных^[684]. Борьба за План труда раздробилась на множество мелких битв за сохранение той или иной фабрики, за строительство того или иного объекта. Таким образом, она утратила общенациональный характер и направленность против монополий. Когда промышленная реконструкция была закончена, ВИКТ сняла лозунг Плана труда, ибо то содержание, которое он получил на практике, не соответствовало больше объективной обстановке.

Руководя борьбой трудящихся масс в защиту демократии и за осуществление глубоких социальных реформ, компартия неизменно уделяла внимание теоретическому анализу особенностей классовой борьбы, происходившей в Италии, и дальнейшей разработке стратегии и тактики рабочего движения.

При этом партии пришлось вести борьбу против двух ошибочных тенденций, имевших место в итальянском рабочем движении. Во-первых, — против настроений экстремистов, которые считали, что после установления в 1948 г. христианско-демократического режима следовало выдвинуть лозунг вооруженного восстания. Во-вторых против прямо противоположной тенденции — пассивного выжидания, рассчитанного на складывание более благоприятной международной обстановки. В связи с общей стратегической перспективой обсуждался в компартии и вопрос о характере происходившей в стране классовой борьбы. При этом выявились две ошибочные точки зрения. Сторонники одной считали борьбу за структурные реформы непосредственной борьбой авангарда трудящихся за социализм. Сторонники другой рассматривали ее всего лишь как завершающую фазу буржуазно-демократической революции (т. е. сводили структурные реформы к ликвидации феодальных пережитков на Юге), а не как момент борьбы против групп монополистического капитала, тесно связанных с кланами латифундистов.

В ходе дискуссии в компартии преодолевается схематизм обеих указанных концепций и нащупывается подход к совершенно иному пониманию структурных реформ. Лозунги структурных реформ коммунисты начинают рассматривать как «переходные», как лозунги, рассчитанные на относительно длительный период и приближающие осуществление конечной цели — социализма^[685]. Выступая на VII съезде ИКП в 1951 г., П. Тольятти заявил: «Мы предлагаем всем демократическим партиям искать итальянский путь развития, который мог бы постепенно привести к глубокому переустройству экономической структуры страны и тем самым к созданию нового политического режима, при котором народ действительно стал бы хозяином своей судьбы и мог бы противопоставить свою волю правящим группам…»^[686]

Теоретические дискуссии и поиски этих лет позволили впоследствии компартии прийти к тому пониманию борьбы за структурные реформы, которое было дано VIII съездом ИКП (1956) и положено в основу программы «Итальянского пути к социализму». Выступая на VIII съезде, П. Тольятти говорил: «Структурные реформы — это не социализм. Однако они представляют собой такое преобразование экономической структуры, которое открывает путь к социализму. Это меры борьбы против нынешнего главного врага рабочего класса и социализма. В них заинтересован весь народ, и они должны быть осуществлены во имя прогресса и мира»^[687].