Центральное место в новеллистике По занимают психологические рассказы, которые нередко называют «страшными» или «ужасными». Их главная тема — трагические последствия столкновения человеческого сознания, воспитанного в духе гуманистических идеалов, с новыми бесчеловечными тенденциями, возникающими в ходе прогресса американской буржуазной цивилизации. По был, вероятно, первым американским писателем, который уловил в этих тенденциях угрозу бездуховности. Душа человеческая, ужаснувшаяся при столкновении с миром, в котором для нее не оставалось места, боль и болезнь души, ее страх, стали предметом художественно — психологического исследования. А результаты исследования зависели, разумеется, от общей философско — эстетической позиции писателя.
Мировоззрение и самый тип сознания Эдгара По характеризуются значительной внутренней противоречивостью. Напомним, что По вырос и сформировался как мыслитель и художник в Виргинии, миновавшей уже к тому времени в своем историческом развитии блистательную полосу «виргинского ренессанса» и вступившей в период глубокого упадка экономической, политической и духовной жизни. Последние двенадцать лет жизни — самое плодотворное время — он провел в Филадельфии, Нью — Йорке и Бостоне, т. е. в самом сердце буржуазной, деловой, коммерческой Америки, чьи политические идеалы, жизненный уклад и нравственные принципы он глубоко презирал и ненавидел. Он и сам был деловым человеком, но в глубине души всегда оставался «виргинским джентльменом», аристократом духа. Звучащие в рассказах По мотивы смерти, упадка, разрушения, деградации личности и страха перед жизнью составляют острый контраст общему духу американской национальной жизни того времени, но вполне согласуются с атмосферой виргинского «декаданса». Ощущение угасания, безнадежности, бесцельности, характерное для современной По Виргинии, окрасило все мироощущение писателя, легло в основу созданного его воображением вневременного и внепространственного мира, в котором бьется в трагическом надрыве охваченная ужасом душа человека.
Среди психологических состояний, особенно привлекавших внимание По — художника, главное место занимает чувство страха: страх перед смертью, страх перед жизнью, страх перед одиночеством, страх перед людьми, страх перед безумием, страх перед знанием. Общепризнанной вершиной психологической новеллистики По является «Падение дома Ашеров» — новелла, рисующая уже не страх перед жизнью или страх перед смертью, но страх перед страхом жизни и смерти, т. е. особо утонченную и смертоносную форму ужаса души, ведущую к разрушению личности.
Особняком стоят психологические рассказы, сюжетную основу которых образует принцип «запретного плода». Они являют собой опыт художественной интерпретации «открытия», сделанного романтиками в области социального поведения человека в новых условиях, предложенных буржуазно — демократическим обществом, где видимая свобода личности вступила в противоречие с ежедневной, ежечасной зависимостью и невозможностью свободного волеизъявления. Скованность, всесторонняя связанность человеческой воли были очевидным и бесспорным фактом, природа же этой несвободы ускользала от понимания, казалась таинственной и фатальной. Человек выглядел жертвой обстоятельств. Его поведение представлялось вынужденным. Обнажалось резкое расхождение между нравственным сознанием личности и ее практическими действиями, между идеальными намерениями и конкретными поступками. Эдгар По, подобно другим романтикам интерпретировавший социально — психологические явления в категориях личностного сознания, усматривал здесь «болезнь души», сходную с давно замеченной психической аномалией, толкающей человека к нарушению запрета. Он обозначил ее термином «дух извращения». «Дух извращения» представлялся писателю явлением распространенным и характерным для современного состояния общества. Он неизменно настаивал на том, что здесь мы имеем дело с болезнью, с отклонением от нормы.
Исследователи творчества По неукоснительно обращают внимание еще на одну психическую аномалию, постоянно встречающуюся в его рассказах, — раздвоенное сознание, и ставят ее в один ряд с «духом извращения». Интерес писателя к этой аномалии имеет иную природу и восходит скорее к проблемам метода и повествовательной структуры, нежели социальной психологии. Давно замечено, что его повествование обычно опирается на традиционную в романтической прозе пару: рассказчик — герой. Рассказчик олицетворяет нравственно — психологическую норму, герой — отклонение от нее. Однако часто у По рассказчик и герой — одно лицо. В нем воплощены и норма и отклонение, а повествование приобретает характер самонаблюдения. Отсюда и вытекает со всей неизбежностью раздвоенность сознания, которое функционирует как бы на двух уровнях. Одно принадлежит человеку, совершающему поступки, другое — человеку, описывающему и объясняющему их. Эта раздвоенность есть прием, применяемый писателем вполне сознательно.
В разных рассказах степень раздвоенности сознания различна. В одних она едва ощущается, в других — просматривается более отчетливо. Наиболее полно она выражена в рассказе «Вильям Вильсон», где степень раздвоенности столь высока, что «два» сознания уже «не умещаются» в одном характере и каждое «требует» для себя самостоятельного физического оформления. Отделив сознание нравственное и оценивающее от сознания безнравственного и действующего, По дал «двум» героям одно имя, один возраст, одну внешность, но раздельное существование. И только в последней фразе рассказа, в предсмертной фразе Вильяма Вильсона, убитого Вильямом Вильсоном, писатель обнажает единство их двойственного бытия.
Пристрастие По — художника к всевозможным душевным аномалиям общеизвестно. Мало кто, однако, замечал, что внимание его приковано к аномалиям, ведущим к нарушению социального и нравственного закона, что символика безумия в рассказах По имеет глубокий общественный смысл, что «безумный, безумный мир» его героев, построенный на основе тщательного наблюдения и анализа человеческой психики, является особой формой отражения действительности.
Повышенное внимание По к психологии было обусловлено в значительной степени стремлением выяснить природу сил, препятствующих нормальной и полноценной работе сознания. Всю жизнь По верил в Разум, который один только в его глазах способен вывести человека и человечество из трагических противоречий бытия. Недаром критики считают его главным рационалистом в романтизме. Естественно, что огромный интерес для писателя представляла интеллектуальная деятельность человека. Интерес этот пронизывает все новеллистическое наследие По. В наиболее концентрированном виде он проявлен в так называемых «логических» его рассказах. Их всего четыре: «Убийства на улице Морг», «Похищенное письмо», «Тайна Мари Роже» и «Золотой жук». Именно на этих четырех сочинениях базируется слава Эдгара По как зачинателя детективной литературы.
Понятие логического рассказа шире, чем понятие рассказа детективного. Из логического рассказа в детективный перешел основной сюжетный мотив: раскрытие тайны или преступления. Сохранился тип повествования: рассказ — задача, подлежащая логическому решению. Перешла в детективный рассказ и устойчивая пара характеров: герой — рассказчик. Герой — человек широкообразованный, тонко мыслящий, эксцентричный, наделенный мощной логической способностью. Рассказчик — персонаж симпатичный, энергичный, простоватый, хотя и благородный. Функция героя — раскрывать тайну, находить преступника; функция рассказчика — строить неверные предположения, на фоне которых проницательность героя кажется гениальной. Существенная особенность логических рассказов По состоит в том, что главным предметом, концентрирующим на себе внимание автора, оказывается не преступление и не расследование, а человек, ведущий его. Это Легран в «Золотом жуке» и Дюпен в остальных трех «рациоцинациях».
Сюжетная структура этих рассказов стереотипна. Она имеет два слоя: поверхностный и глубинный. На поверхности — поступки героя, в глубине — работа его мысли. Поверхностный слой беден, но бедность физической динамики компенсируется напряженным внутренним, интеллектуальным действием. Герой анализирует, сопоставляет факты, подвергает сомнению всякую деталь и всякое предположение. В ход идут его огромная эрудиция и мощная способность к логическому рассуждению. Его интеллект разрушает ошибочные построения и на их месте возводит неуязвимую концепцию, содержащую решение задачи. При этом По раскрывает сам процесс мышления, его принципы и логику. Пафос детективных рассказов не только в раскрытии тайны, но прежде всего в демонстрации красоты и огромных возможностей разума, торжествующего над анархическим миром «необъяснимого». Логические новеллы — исследование работы интеллекта и одновременно гимн ему.
