Культурно — просветительская и литературная, общественно — политическая и религиозно — реформаторская виды деятельности, переплетаясь и взаимодополняясь, создавали сложную, порой противоречивую духовную атмосферу.
Во второй половине XIX в. усиливаются реставраторские, традиционалистские тенденции; былой пиетет перед западной культурой заметно ослабевает, уступая место более углубленному осмыслению и творческому ее освоению. Именно к этому времени относится распространение романтической идеи «Индия — духовная родина человечества», которая, не являясь отнюдь изобретением самих индийцев, тем не менее весьма успешно использовалась идеологами индийского буржуазного национализма.
Героическое прошлое и народные восстания второй половины XIX в. способствовали возбуждению патриотических настроений в индийской среде и одновременно обостряли интерес к национальной культуре и истории. В условиях колониального господства это часто приводило к идеализации наследия прошлого. Этим интересом были вызваны к жизни кроме созданного еще в начале века «Брахмо самадж» многочисленные религиозно — реформаторские общества, среди которых огромную популярность приобрело основанное в 1876 г. «Арья самадж».
Что бы ни брали за исходное в своей деятельности религиозные реформаторы (учение вед, средневековый вишнуизм, веданту Шанкары или Рамануджи), суть сводилась к одному — очистить религиозные идеи от искажений позднейших времен. На деле «восстановление в чистоте» оборачивалось реформацией, модернизацией религиозных учений прошлого под влиянием западноевропейских идей и требований реальной действительности.
Религиозные реформаторы пересматривали главным образом социально — этическую сторону индуизма и ислама. Они выступали против неравенства каст, женского бесправия, ранних браков; давали идеологическое обоснование трудовой, социальной, гражданской активности человека и т. д. Социальные реформаторы, просветители (Наороджи, Бонкимчондро Чоттопадхай, Даянад Сарасвати, М. Г. Ранаде, В. Чиплункар, Г. Агаркар, Локманья Тилак и др.) определили идеологический и культурный климат страны на долгие годы.
Существенной чертой данного периода является резкая активизация мусульманской общины. Мусульманская интеллигенция выдвинула из своих рядов целую плеяду реформаторов во главе с Саидом Ахмад — ханом, А. Х. Хали, которые выступили с радикальной программой пересмотра социально — этических и культурных традиций.
Говоря об идеологической обстановке в колониальной Индии, необходимо учитывать тот факт, что в деятельности как индусских, так и мусульманских просветителей к этому времени уже наметилась тенденция взаимного общинного недоверия и претензий, поощряемая колониальными властями и имевшая в дальнейшем роковые последствия. Это было закономерно вследствие того, что идеологические настроения и тех и других все явственнее облекались в конфессиональные формы.
Формированию идеологических построений индийцев в значительной мере способствовали позитивистские теории О. Конта, Г. Спенсера, Д. Милля, учение Т. Карлейля, идеи европейского Просвещения.
Наряду с позитивизмом огромное воздействие на умы индийцев оказывали идейно — эстетические декларации и художественная практика английских романтиков. Индийцы с энтузиазмом восприняли романтический пафос индивидуализма, сильных страстей, культ сильной личности. Но у индийских просветителей индивидуализм был наполнен патриотическим и гражданским содержанием, мерой личности выступала способность личного самопожертвования во имя служения родине и социальному прогрессу.
Сложная идейно — политическая обстановка в Индии непосредственно отозвалась и на литературе, оказавшейся к тому же под одновременным воздействием разновременных, разностадиальных художественных методов и направлений (Ренессанс, классицизм, сентиментализм, просветительский реализм, романтизм). Стяжение, совмещение и синтезирование разных художественных направлений и образование в результате этого сложной художественно — эстетической системы — характерная черта всей индийской литературы не только XIX, но, в известной мере, и XX в.
Индия решала совокупность духовных проблем, связанных с существенными изменениями в традиционном сознании, что сказалось расширением эстетического горизонта, ориентацией литературы на меняющуюся действительность, обогащением ее жанровой системы. К литературе предъявляется требование правдивого и нелицеприятного отражения социальной действительности, критики пороков общества и воспитания у читателей высокой нравственности, социальной и гражданской активности. В произведениях писателей иногда проявляется тенденция критического отношения к буржуазной реальности, но это скорее периферийное явление; ценностный центр литературы — критика феодальной действительности с позиций просветительского гуманизма. Просветительский морализм литературы проявляется и тогда, когда произведение искусства посвящено конфликту с колониальным режимом; даже в самых антиколониальных произведениях данного периода авторский замысел нередко ограничивается взыванием к разуму и совести властей, к вере в возможность сотрудничества с ними. Смягчение форм колониального угнетения, широкое, равноправное участие индийцев в управлении страной — вот главное требование идеологов буржуазного индийского национализма.
В этот период дальнейшее развитие получают жанры семейно — бытового и социально — реформистского романа, утверждается жанр исторического романа; появляется социально — политическая аллегорическая драма, музыкальная мифологическая драма — сангит. Характерное явление данного периода — это поиск синтетического сочетания элементов отечественных и европейских жанров.
Европейские жанры не сразу прижились на древе индийских литератур, на это потребовалось более полвека даже в таких развитых сравнительно с другими литературами, как бенгальская, маратхская, урду. Для реализации своей идеино — эстетической программы индийские писатели в течение этого времени прибегают к привычным образам и сюжетам, к претерпевающим определенную трансформацию жанрам национальной литературы. В конфликте художественных систем победили европейские жанры, но и угасая, такие традиционные жанры, как санскритский роман и дастан на урду, наложили свой отпечаток на современный индийский роман, придали ему своеобразный национальный колорит. Еще больше своих черт передала санскритская драма новым драматическим жанрам. На волне все возрастающего интереса к национальному наследию как форме выражения духовного сопротивления культуре колонизаторов большого размаха достигает деятельность по переводу на национальные языки произведений санскритской классики, легенд, «Рамаяны» и «Махабхараты», изданию средневековой поэзии на местных языках. В ряде литератур продолжает развиваться линия средневековой религиозной лирики.
Литературы, которые в первой половине века все еще оставались в русле средневековой тематики, постепенно вовлекаются в «просветительский процесс», в них возникают новые жанры прозы и поэзии. В первую очередь это относится к литературам на ассами, ория, малаялам, тамили, телугу, хинди. Характерно, что эти литературы претерпевают структурные изменения под воздействием не только европейских, но и более развитых индийских литератур, таких, как бенгальская, маратхи.
1. Бенгальская литература
Как и в первой половине XIX в., бенгальская литература продолжает оставаться в авангарде общеиндийского литературного процесса: она раньше всех отзывается на острые проблемы индийской современности, раньше, чем в остальных литературах, в ней утверждаются наиболее развитые и разнообразные формы художественного освоения действительности. Своей нацеленностью на насущные запросы общества, широтой своей жанровой системы бенгальская литература оказывала огромное влияние на творческую интеллигенцию других районов Индии. Публицистическая «оперативность» бенгальской литературы проявилась и в драме, и в поэзии, и в прозе.
