Несмотря на ощутимое различие культурно — исторических условий, в которых совершался в XVIII в. историко — литературный процесс в русской, украинской и белорусской литературах, переживавших вследствие этого неодинаковые стадии развития, между ними сохранялось живое взаимодействие. Так же как белорус Симеон Полоцкий в XVII в., в XVIII украинские по рождению и воспитанию церковные деятели (Стефан Яворский, Гавриил Бужинский, Феофан Прокопович) стали видными деятелями русской культуры Петровской эпохи. «Трагедокомедия» Феофана Прокоповича «Владимир» (1705) и его героико — эпическая песня, прославляющая Полтавскую битву, «Епиникион» (1709) — в равной степени факты истории русской и украинской литератур. Защитник политических и культурных начинаний Петра, Феофан Прокопович, вызванный Петром в 1715 г. в Петербург, становится одним из ближайших его сподвижников в делах управления государством и церковью. Во многом близкие, родственные черты имеют литературы русского, украинского и белорусского барокко начала XVIII в. — аллегорическая школьная драма и интермедия, «высокое» политическое и духовное силлабическое стихотворство, церковное красноречие. Впоследствии, после того как в русской литературе в качестве ведущего литературного направления утверждается классицизм, формируются в ходе литературной борьбы его эстетика и поэтика, характерный для него жанровый репертуар, влияние русской литературы на украинскую и белорусскую постепенно возрастает.
Во второй половине XVIII в. деятелями русской литературы из уроженцев Украины все чаще становятся уже не духовные, а светские лица — Ф. Богданович, В. Капнист, Я. Козельский. В печатные и рукописные русские песенники включаются украинские и белорусские народные песни — оригинальные и переработанные. Во многом близкие черты, взаимодействие и взаимовлияние обнаруживает развитие русского, украинского и белорусского народного — в том числе кукольного — театра, жанров прозаического и стихотворного бурлеска, комической пародии и «перелицовки», сатиры и других форм низовой демократической литературы и устного народного творчества, особенно широко развивавшихся на Украине и в Белоруссии. Но здесь среди грамотных читателей распространяются в печатном виде и в списках также сочинения Ломоносова, Кантемира и других русских писателей. Сатиры Кантемира оказывают влияние на развитие украинской сатирической литературы, а государственные гражданско — патриотические мотивы поэзии Ломоносова стимулируют по мере развития украинской и белорусской литературы укрепление в них гражданско — патриотической тематики. Ломоносовская теория «трех штилей», обновление русского литературного языка дают импульсы для развития украинской и белорусской литературной речи на основе сходного культурно — исторического синтеза стихий славянского книжного и разговорного народного языка.
Под воздействием русской поэзии украинская и белорусская отказываются от стеснительной для них силлабики, разрабатываются основы соответствующей духу украинского и белорусского языков силлабо — тонической системы стихосложения.
Идейному сближению русской, украинской и белорусской литератур во второй половине XVIII в. содействует утверждение в них просветительской мысли, одушевленной — в каждом из ее национальных вариантов в центральной России, на Украине и в Белоруссии — пафосом борьбы с церковной реакцией, феодально — сословными государственными и общественными устоями, вдохновленной идеями исконного родства славянских народов и культур, пропагандой необходимости их сближения и духовного единения в будущем. Росту сознания общности судеб русского, украинского и белорусского народов помогает обращение русской драматургии и историографии XVIII в. к темам исторического прошлого (к образам Рюрика, Вадима, князя Владимира, киевских богатырей), влияние фольклора, равно как и стихийно рождавшееся под влиянием реального опыта жизни у представителей трудового люда и деятелей национально — демократической мысли сознание единства интересов широких непривилегированных слоев русского, украинского и белорусского народов в борьбе с угнетателями.
Конец XVIII в. в украинской литературе отмечен крупными именами Г. С. Сковороды и И. П. Котляревского. Под воздействием украинской жизни и культуры формируется в XIX в. молодой Гоголь. Новый этап сближения литератур восточнославянского региона — результат не только усиления русско — украинских культурных и литературных связей, но и воссоединения в конце XVIII в. Белоруссии с Россией. Оно усиливает воздействие передовой русской культуры на культуру Белоруссии, содействует пробуждению в ней национальной мысли, возникновению в XIX в. новой белорусской литературы. Однако из — за стеснений, которым украинский и белорусский язык и культура подвергались в условиях самодержавно — крепостнического строя, украинская и белорусская литературы лишь в XIX в. постепенно отвоевывают право на более свободное развитие, на печатание книг и журналов на родном языке.
Глава 1. Русская литература
К. В. Пигарев, Г. М. Фридлендер
Становление новой русской литературы
Русская литература XVIII в. получила в наследство от предшествующих веков представление о высокой общественной миссии искусства слова, веру в способность его служить могучим средством формирования национального самосознания, орудием общественного воспитания. Возникшая в XVIII в. литература русского классицизма и Просвещения придала этим традиционным особенностям русского художественного слова новые, соответствующие потребностям времени формы.
На Западе эпоха Возрождения сформировала черты новой, по сравнению с Средневековьем, сильной и самостоятельной личности. Конфликт этой новой личности с обществом и государством дал историческое содержание европейской трагедии классицизма. В России же в эпоху классицизма главным двигателем развития литературы на всем протяжении XVIII в. оставался пафос государственного строительства и общественных преобразований. Отсюда — развитие в русской литературе XVIII в. прежде всего двух основных направлений — высокой гражданско — патриотической одической поэзии и критического, сатирического обличения пороков русского общества и государства.
Последнее направление было представлено в первую очередь сатирой, басней и прозаической бытовой комедией нравов. Обе эти главные линии развития русской литературы XVIII в. отчетливо определились уже в годы ее формирования, первая — в творчестве Ломоносова, а вторая — в произведениях его предшественника и старшего современника Кантемира.
Начало XVIII столетия не вполне совпадает с началом новой эпохи в развитии русской литературы. Пора петровских преобразований, с которой обычно — и не без серьезных оснований — начинают изучение литературы XVIII в., стала резким переломным моментом в истории русской государственности и культуры, но еще не была поворотным периодом в литературе. Скорее в это время продолжался обозначившийся во второй половине предшествующего столетия переход от литературы древнерусской к литературе новой. Отражая определенные сдвиги, происходившие в общественном сознании, литература первой четверти века именно в силу переломного характера эпохи не создала произведений, равных по художественной ценности и глубине духовного содержания «Повести о Горе — Злочастии» или «Житию» протопопа Аввакума. Но переход литературы средневекового типа к литературе европейской был органической составной частью общего исторического процесса формирования русской нации, сопровождавшегося утверждением военно — бюрократической дворянской монархии XVIII в., неуклонным расширением экономических, политических и культурных взаимоотношений России со странами Западной Европы. Глубокие качественные изменения во всех областях культуры, высвобождавшейся из — под гегемонии церковной идеологии и принимавшей иной, светский характер, наложили свой отпечаток и на литературу. Как было показано ранее (см. т. IV наст. изд.), уже со второй половины XVII в. в ней усилился интерес к изображению человеческой личности, начали развиваться сатирические тенденции, углубился драматизм понимания жизни, появились дотоле неизвестные виды литературных произведений (панегирическая лирика, школьная драма, любовная песенная лирика). Но одним из главнейших препятствий к дальнейшему движению вперед являлась неупорядоченность литературного языка, его неприспособленность к передаче новых явлений жизни и новых понятий, рождавшихся под влиянием общественных и культурных преобразований. Лишь в период с конца 30‑х годов по 50‑е годы теоретическими трудами и творческой практикой М. В. Ломоносова перед русской литературой оказался расчищенным путь к созданию художественных форм, соответствующих ее новому историческому качеству. Именно в эти годы значительно возрастает и общественная роль литературы, начинают выходить литературные журналы, а также в острой общественно — идеологической борьбе происходит утверждение художественно — эстетической системы классицизма.
