Понимая, что умение противника гораздо глубже, Марта прекратила создавать новые лепестки и вместо этого направила сердцевину своей пламенной лилии во владыку человеческой расы. В ответ он атаковал ее одним из драконов. Столкнувшись между собой, эти два умения образовали мощнейший взрыв, который нарушил целостность материи мироздания.

Из-за него образовалась большая пространственная аномалия. Чтобы защититься от ее влияния, лорду Хорму пришлось пожертвовать еще одним драконом. Он заблокировал распространившиеся в его сторону принципы Закона пространства, дав возможность фундаментальной формации кластера пустоты начать восстановление материи мироздания.

Как только владыке человеческой расы удалось освободиться от оков пространственной аномалии, он снова сделал выпад своим копьем в сторону Марты. К ней тут же устремился последний дракон. Извиваясь словно змея, он очень быстро преодолел разделяющее их расстояние. Лишь в самый последний момент Марта сумела активировать индивидуальный артефакт защиты с великими изначальными символами.

Он заблокировал часть силы умения противника, но его остаточная мощь ударила Марту в грудь. Отлетев на несколько километров назад, девушка упала на землю, неподалеку от границы запретной зоны. Кое-как поднявшись, она закашлялась и выплюнула полный рот крови, после чего быстро закинула в себя целую горсть восстанавливающих пилюль.

Как только связь девушки с фундаментальной формацией кластера пустоты восстановилась, она поднялась в воздух и стала формировать новые огненные барьеры. Они выстраивались на пути десятков разрезов, которые послал ей вслед лорд Хорм своим копьем.

В это время на фланге вдруг произошел невероятно мощный взрыв, который в очередной раз нарушил целостность материи мироздания этого кластера пустоты. Это взорвался посланный Мартой в атаку голем. В центре его тела расцвел большой цветок, созданный из грозовой энергии. Его аура разрушила голема изнутри.

В центре этого цветка, словно Будда, сидел в позе Лотоса лорд Таулогон. Его руки постоянно рисовали великие изначальные символы, которые сливались с этим изменением явления, увеличивая его мощь. Эту мощь не выдерживала даже материя мироздания. Она прогибалась и искривлялась в тех местах, где пролетал грозовой цветок.

Посмотрев сначала на лорда Таулогона, а потом на лорда Хорма, Марта лишь покачала головой. Она до крови прикусила нижнюю губу, чтобы привести себя в чувство и активировала фундаментальную формацию, создавая на пути противников пространственное ограничение с огненной сердцевиной.

Это была ее последняя попытка остановить от прорыва к Деву истока пустоты Мастера, двух владык человеческой расы. Из-за сложившихся условий даже это ограничение вряд ли могло бы надолго их задержать, но Марта все равно не желала сдаваться. Она хотела пожертвовать ради своего Мастера всем, что у нее было!

Тем временем на еще одном участке поля боя проходило другое сражение. В нем участвовали два владыки расы зверолюдов: лорды Абигор и Шлесс. Против них выступали Селеста с Риммой. Эти воительницы не стали размениваться по мелочам, и сразу же приняли облик фениксов.

Одного из них окутывала аура ядовитого пламени. Его оперение было черным, как ночь. Второй же феникс имел белоснежный окрас. Он постоянно высвобождал ауру морозного пламени.

После прохождения девяти перерождений обе эти девушки стали еще прекраснее. Их красота не могла оставить равнодушным никого. Именно поэтому лорд Абигор, как и большинство зверолюдов, имеющий огромное либидо, возжелал заполучить Римму и Селесту в свой гарем.

Образы бессмертных фениксов воительниц также стали намного мощнее. Излучаемая ими аура родословной божественной птицы была как никогда глубока. Она влияла на всех, кто окружал девушек, заставляя их приклониться. Лишь за счет более высокого уровня развития и большого опыта, двум владыкам расы зверолюдов удавалось сопротивляться этой ауре родословной.

Они не раз встречались с лордом Дайтири и ее приближенными в прошлом, так что сумели выработать технику сопротивления. Хотя, даже с ней их силы все равно уменьшались по сравнению со своим природным максимумом.

Едва завершив трансформацию в феникса, Селеста тут же устремилась к лорду Абигору. За ее крыльями тянулся шлейф ядовитого пламени. Аура этого первородного огня покрывала все небо.

Воительница собрала ее под своими крыльями, и сформировав несколько великих изначальных символов, взмахнула ими, посылая атаку в сторону алого льва. Она не собиралась церемониться с этим владыкой, желая победить его одной мощной атакой.

Лорд Абигор резко увеличил свое тело в размерах и широко открыл пасть. Он изверг из нее мощнейший поток собственного пламени. Оно было чем-то похоже на Пламя Погибели клана Бессмертного феникса. Очевидно, что эти два первородных огня имели одинаковый корень, но Пламя Погибели считалось более мощным.

Столкнувшись друг с другом, два вида первородного огня начали собственную борьбу. От их жара плавилась сама материя мироздания. Сначала казалось, что обе атаки равны по силе, но потом Селеста применила свою родословную, и начала подавлять изменение явления противника. Ядовитое пламя в буквальном смысле слова растворяло своего соперника. Оно начало подавлять и рассеивать его структуру.

Другая воительница тоже не осталась на месте. Она расправила свои крылья, и атаковала лорда Шлесса мириадами образов морозных клинков. Выставив заслон из ядовитой энергии, этот зверолюд неожиданно трансформировался в гигантского, зеленого питона.

Оказалось, что его путь ДАО затрагивает и принципы Закона пространства. Воспользовавшись ими, он резко нырнул в глубинные слои материи мироздания этого второстепенного измерения и появился прямо рядом с Риммой.

Его змеиное тело высвободило огромный поток ядовитой энергии, которая должна была нивелировать действие родословной феникса. Ускорившись, лорд Шлесс оказался прямо перед Риммой. Его тело стало обвиваться вокруг воительницы, постепенно подавляя ее ауру ледяного пламени.

До максимума увеличив воздействие силы своей родословной, Римме удалось остановить продвижение врага. Как только это произошло, воительница использовала все девять бессмертных меридиан, чтобы высвободить силу морозного пламени.

В образовавшейся зоне подавления тело гигантского питона начало покрываться ледяной коркой. На его изумрудной чешуе плясали огоньки белого, морозного пламени. Они наносили его физической оболочке серьезные травмы.

Чтобы освободиться из захвата Риммы, лорду Шлессу пришлось снова использовать принципы Закона пространства. Но в этот раз, уже ожидая чего-то подобного от своего противника, Римма так просто его не отпустила.

Она заморозила всю материю мироздания на максимальную глубину ее слоев в этом второстепенном измерении. Лорд Шлесс в буквальном смысле слова застрял между ними.

Перед клювом воительницы появились два великих изначальных символа: льда и пламени. Она активировала Морозную пушку, атаковав скованного противника. Взрывом того отбросило далеко назад. Из-за полученных травм ему даже пришлось трансформироваться обратно в человеческую форму.

Одновременно с этим своего оппонента дожала и Селеста. Она сумела подавить первородный огонь лорда Абигора. Волна ядовитого пламени чернокнижницы захлестнула тело алого льва, размывая границы защищающего его Домена.

Охваченный черным пламенем, алый лев отлетел назад и упал рядом со вторым владыкой расы зверолюдов. Чтобы подавить вторгшуюся в тело чужеродную энергию, ему пришлось потратить очень много сил. Из-за этого его трансформация тоже была отменена.

— И это все, на что способны Божественные лорды зверолюдов? Я даже не вспотела… — в насмешливом тоне произнесла подлетевшая к ним Селесте.

Спустя мгновение рядом с подругой появилась и Римма. Они желали добить своих противников. Обе девушки стали высвобождать свое пламя. Его потоки смешивались между собой, формируя огромный водоворот.

Он искажал материю мироздания, высвобождая большое количество наполненных силой стихийных принципов снарядов. Они бомбардировали двух владык расы зверолюдов со всех сторон. Те едва успевали защищаться, сумев вовремя перезапустить свои Домены.