— Не понял, — признался я. — Можно как-то попроще?

— Раньше реклама показывала, как хороша Средка. Настолько, что ради неё стоит сходить в ренд.

— Ну да. Бордели, дансинги, жратва, штырево, игры, зрелища и всё такое. Рендуйся, и всё это будет твоим. На самом деле все понимают, что реклама приукрашивает, но зато её было классно смотреть. А новая какая-то… Извините.

— Не надо извиняться, так и задумано. Можем сделать предположение, что цель заказчика состоит именно во внедрении месседжа: «Тут ловить нечего». Продвигается паттерн социального пессимизма: «Зачем это всё, когда даже на Средке, если вдуматься, ничего особо прикольного нет?»

— И нафига?

— Для переключения целевой аудитории на альтернативные стимулы.

— Какие, глядь, стимулы?

— Прости, дро Ковыряла, мы не можем комментировать медиапродукты, которые только готовятся к выходу на рынок. Это нарушает интересы заказчика.

— А на интересы города типа насрать?

— Посмотри на нас, дро. Мы три башки на тумбочках. Нас родили, вырастили, искалечили и убили для Города. Что ещё ему должны Боня, Гуня и Силечка?

* * *

Шоня сидит за столом, уронив буйную рыжую голову на руки. Лицо выражает тоску и страдание, хотя похмелье от вчерашнего внезапного срыва уже должно бы пройти.

— Ещё и это, глядь, — комментирует она наш с Козей рассказ. — Мало мне было… всего остального. Значит, говорите, рекламу тоже заказывают внешники?

— А ты не знала? — уточняю я.

— Не, откуда? Ты думаешь, мне кто-то что-то докладывает? Все ставят меня перед фактами. Иногда сразу раком. То-то такое унылое говно на видеостенке в последнее время… Это они, получается, молоди объясняют, что в городе нифига хорошего их не ждёт. Рендуйся, не рендуйся — одна фигня. И не скажешь, что неправда, но зачем? Тиган, есть идеи?

— Чисто тебе поднасрать? — предположил я. — Молодь не пойдёт в ренд и микроренд, будет требовать вернуть соцмин.

— Уже требует. И я его даже вернула. Не весь, правда…

— Вот именно. С нынешним лимитом еле прокормиться, а дышки вовсе нет.

— Она в производстве дорогая, — пояснила Шоня. — Мы просто не тянем делать её столько, как до локаута. Электричества дофига надо, и вроде какие-то химикаты в дефиците…

— А из чего её вообще делают? — спросила Козя.

— Без понятия, — скривилась рыжая. — Я почти три года пытаюсь разобраться, как устроен Город, но всё время упираюсь в то, что даже спросить толком не у кого! Инфа вроде есть у Владетелей, но они меня игнорят.

— А промы? — спросил я.

— Промы администраторы, они сами чаще всего не понимают, как что работает.

— А кто понимает?

— Знаешь, Тиган, — мрачно ответила Шоня. — Мне уже кажется, что никто. Может быть, и владетели тупо не в курсе, а игнорят, чтобы не признаваться в этом. Такое ощущение, что о том, как именно работал Город, знал один Креон, но он не спешил этим поделиться с остальными, а потом его грохнула Калидия, и всё сразу пошло по мапской линии.

— Я не думаю, что внешники спать не могут, только и думают, «как бы Шоне поднасрать», — сказала вдруг Козя. — Мне кажется, им на нас плевать вообще.

— Согласна, — кивнула рыжая. — У них есть какая-то цель, просто мы её не видим, поэтому не понимаем, что происходит. И меня это реально напрягает. Что-то ещё интересное узнали? А то я такая офигенно классная Верховная, что даже ни разу не задумалась, откуда берётся реклама…

— Да ладно, — утешил её я, — кто вообще об этом думает? Реклама она… Ну, типа всегда есть. С детства видим на каждой видеостенке. Сначала интерскую, обучающую, потом низовую для молоди, потом средочную для постренда, а потом шлоковую, которая чисто время убить, потому что токов нет и больше никогда не будет. Я вот тоже никогда не думал, откуда она берётся.

— А внешники узнали как-то, — с досадой ответила Шоня. — И вовсю используют, пока мы ушами хлопаем. Так что давайте, выкладывайте, я же вижу, что не всё рассказали.

— Ну, не знаю, обрадует тебя это или нет…

— Тиган, глядь!

— Ладно, ладно. Помнишь, ты рассказывала, как тебя вырубили, а потом ты увидела, что, пока была в отключке, типа произносила речь?

— Да, — поморщилась она. — Трындец как унизительно было. Подумала, что меня вот так и трахнуть на публику могли. Да практически и трахнули, только в мозг.

— Так вот, никакой речи ты не произносила. Это генерация.

— Точно? Тиган, ты уверен?

— Реально, дро. Боня, Гуня и Силечка её сделали по заказу внешников. Наверное, на самом деле они не могут тобой управлять так, чтобы вот прям речь толкнула. Вырубить только, и всё. Просто развели и напугали.

— Уф, хоть одна хорошая новость. По крайней мере, если меня решат отключить и трахнуть, то я хотя бы подмахивать и кричать «давай-давай» не буду. Какое-то утешение. Что ещё?

— Это, наверное, уже неважно…

— Тиган!

— В Городе был как минимум ещё один брейнкластер, который занимался рекламой.

— И что это значит? Я и про этот-то не знала…

— Вроде как он какой-то левый, как я понял, не включён в общую сеть, и это типа необычно. На нём генерились все агитационные материалы, которые привели к «войне с кланами», и тогдашняя реклама «Горфронта». Боня, Гуня и Силечка сказали, что сделано было дичайше круто, они прямо завидовали. Явно не три башки там, а больше.

— Да, — вздохнула Шоня. — Помню. Мы тогда все ломанулись в «Горфронт» как идиоты, хотя Док нас отговаривал изо всех сил. Посрались с ним жуть! Наговорили гадостей, чуть не послали, типа не нужен нам такой прем. Хорошо, что он нас всё-таки не бросил, потому что весь первый набор «Горфронта» убили об кланы на Средке. Едва один из десяти выжил. Если б не Док, мы сдохли бы с ними. Кажется, он уже тогда, до всего, говорил, что это подстава и видео якобы со Средки левые, но мы не поверили. Интересно, что стало с тем брейнкластером?

— Боня, Гуня и Силечка сказали, что его не было в общей сети, поэтому они не знают. Большинство брейнов не пережили локаут, медленно умирали от кислородного голодания и отравления токсинами, когда пропадало электричество в системах питания. Если где и были батареи, на весь срок отключения их не хватило. Они транслировали свою агонию в сеть, от чего сходили с ума и те, кто ещё работал.

— А эта ваша троица, как их…

— Боня, Гуня и Силечка?

— Да. Они тоже крышей поехали?

— Сказали, что всегда были безумны, поэтому перенесли легче других. Творческие брейны должны быть сумасшедшими, иначе прикольную рекламу не сделать. А вот тот, что рулил ренд-центром, конкретно рехнулся. У него вдобавок ко всему ещё и две башки сдохли, что паршиво отразилось на остальных. Капрен пытался спасти всех, но тупо не успел, потому что таскать из гаража наверх автомобильные тяговые батареи — это даже с силовой имплухой усраться можно, а у него техновская.

— То есть у нас в сети наглухо дурной брейнкластер? И что он делает?

— Боня, Гуня и Силечка сказали, что он «пытается рисовать мир быстрее, чем его съедают с изнанки».

— И что это значит?

— Они не знают. Просто цитируют. Типа он сам им так сказал. Ну, или не «сказал», а как там у них это происходит. В общем, очень занят, но никто не в курсе чем.

— А ещё чего-нибудь он им говорит?

— Да. Что «его глазами смотрит Аллах».

— Кто смотрит?

— Без понятия.

— Ну почему с каждым днём всё становится только сложнее? — с отчаянием в голосе спросила нас Шоня.

* * *

Вечером обнаружил у себя в комнате Дженадин, Шонину подружку. На мой взгляд, из всех «Шуздр» Шоня ближе всего с ней. Именно как с дро-девчонкой, по всяким личным приколам. Бремя Верховной рыжая тащит сама, никто помогать не спешит, ну, может быть, только я немного. Остальных, мне кажется, до усёру пугает сложность задачи. Слишком дофига всего надо усвоить, чтобы врубаться хотя бы приблизительно, а из них даже интик только Кери. Ну, Тики ещё с Мешаной, но они всё же в стороне, держатся ближе к Гарту, в Шонины дела не лезут. Типа не настоящие «Шуздры», а так, рядышком постояли.