I continued three days feeding on oysters and limpets, to save my own provisions; and I fortunately found a brook of excellent water, which gave me great relief.

Три дня питался я устрицами и другими ракушками, чтобы сберечь надольше мою провизию; к счастью, я нашел ручеек с пресной водой, которая сильно подкрепила меня.

On the fourth day, venturing out early a little too far, I saw twenty or thirty natives upon a height not above five hundred yards from me.

На четвертый день, отважившись пройти немножко дальше в глубь материка, я увидел на возвышенности двадцать или тридцать туземцев, приблизительно в пятистах ярдах от меня.

They were stark naked, men, women, and children, round a fire, as I could discover by the smoke.

Вес они - мужчины, женщины и дети - были совершенно голые и сидели, должно быть, около костра, насколько я мог заключить по густому дыму.

One of them spied me, and gave notice to the rest; five of them advanced toward me, leaving the women and children at the fire.

Один из них заметил меня и указал другим; тогда пятеро мужчин направились ко мне, оставив женщин и детей у костра.

I made what haste I could to the shore, and, getting into my canoe, shoved off: the savages, observing me retreat, ran after me: and before I could get far enough into the sea, discharged an arrow which wounded me deeply on the inside of my left knee: I shall carry the mark to my grave.

Я со всех ног пустился наутек к берегу, бросился в лодку и отчалил. Дикари, увидя, что я убегаю, помчались за мной и, прежде чем я успел отъехать на достаточно далекое расстояние, пустили мне вдогонку стрелу, которая глубоко вонзилась мне в левое колено (шрам от раны останется у меня до могилы).

I apprehended the arrow might be poisoned, and paddling out of the reach of their darts (being a calm day), I made a shift to suck the wound, and dress it as well as I could.

Я испугался, как бы стрела не оказалась отравленной; поэтому, усиленно заработав веслами и оказавшись за пределами досягаемости их выстрелов (день был очень тихий), я старательно высосал рану и кое-как перевязал ее.

I was at a loss what to do, for I durst not return to the same landing-place, but stood to the north, and was forced to paddle, for the wind, though very gentle, was against me, blowing north-west.

Я был в нерешительности, что мне предпринять, опасаясь вернуться к месту, где я высадился, и взял курс на север, причем был вынужден идти на веслах, потому что ветер был хотя и незначительный, но встречный, северо-западный.

As I was looking about for a secure landing-place, I saw a sail to the north-north-east, which appearing every minute more visible, I was in some doubt whether I should wait for them or not; but at last my detestation of the Yahoo race prevailed: and turning my canoe, I sailed and paddled together to the south, and got into the same creek whence I set out in the morning, choosing rather to trust myself among these barbarians, than live with European Yahoos.

Осматриваясь кругом в поисках удобного места для высадки, я заметил на северо-северо-востоке парус, который с каждой минутой обрисовывался все явственнее; я был в некотором сомнении, поджидать ли его или нет; однако в конце концов моя ненависть к породе еху превозмогла, и, повернув пирогу, я на парусе и веслах направился к югу и вошел в ту же бухточку, откуда отправился поутру, предпочитая лучше отдаться в руки варваров, чем жить среди европейских еху.

I drew up my canoe as close as I could to the shore, and hid myself behind a stone by the little brook, which, as I have already said, was excellent water.

Я подвез свою пирогу к самому берегу, а сам спрятался за камнем у упомянутого мной ручейка с пресной водой.

The ship came within half a league of this creek, and sent her long boat with vessels to take in fresh water (for the place, it seems, was very well known); but I did not observe it, till the boat was almost on shore; and it was too late to seek another hiding-place.

Корабль подошел к этой бухточке на расстояние полулиги и отправил к берегу шлюпку с бочками за пресной водой (место было, по-видимому, хорошо ему известно); однако я заметил шлюпку, лишь когда она подходила к самому берегу, и было слишком поздно искать другого убежища.

The seamen at their landing observed my canoe, and rummaging it all over, easily conjectured that the owner could not be far off.

При высадке на берег матросы заметили мою пирогу и, внимательно осмотрев ее, легко догадались, что хозяин ее находится где-нибудь недалеко.

Four of them, well armed, searched every cranny and lurking-hole, till at last they found me flat on my face behind the stone.

Четверо из них, хорошо вооруженные, стали обшаривать каждую щелочку, каждый кустик и наконец нашли меня, лежащего ничком за камнем.

They gazed awhile in admiration at my strange uncouth dress; my coat made of skins, my wooden-soled shoes, and my furred stockings; whence, however, they concluded, I was not a native of the place, who all go naked.

Некоторое время они с удивлением смотрели на мой странный неуклюжий наряд: кафтан из кроличьих шкурок, башмаки с деревянными подошвами и меховые чулки; наряд этот показал им, однако, что я не туземец, так как все туземцы ходили голые.

One of the seamen, in Portuguese, bid me rise, and asked who I was.

Один из матросов приказал мне по-португальски встать и спросил меня, кто я.

I understood that language very well, and getting upon my feet, said, "I was a poor Yahoo banished from the Houyhnhnms, and desired they would please to let me depart."

Я отлично его понял (так как знаю этот язык) и, поднявшись на ноги, сказал, что я несчастный еху, изгнанный из страны гуигнгнмов, и умоляю позволить мне удалиться.

They admired to hear me answer them in their own tongue, and saw by my complexion I must be a European; but were at a loss to know what I meant by Yahoos and Houyhnhnms; and at the same time fell a-laughing at my strange tone in speaking, which resembled the neighing of a horse.

Матросы были удивлены, услышав ответ на своем родном языке, и по цвету моего лица признали во мне европейца; но они не могли понять, что я разумел под словами "еху" и "гуигнгнмы", и в то же время смеялись над странными интонациями моей речи, напоминавшими конское ржание.

I trembled all the while betwixt fear and hatred. I again desired leave to depart, and was gently moving to my canoe; but they laid hold of me, desiring to know, "what country I was of? whence I came?" with many other questions.

Все время я дрожал от страха и ненависти и снова стал просить позволения удалиться, тихонько отступая по направлению к моей пироге, но они удержали меня, пожелав узнать, из какой страны я родом, откуда я прибыл, и задавая множество других вопросов.

I told them "I was born in England, whence I came about five years ago, and then their country and ours were at peace.

Я ответил им, что я родом из Англии, откуда я уехал около пяти лет тому назад, когда их страна и моя были в мире между собой.

I therefore hoped they would not treat me as an enemy, since I meant them no harm, but was a poor Yahoo seeking some desolate place where to pass the remainder of his unfortunate life."