Пока я одевалась, мне пришло сообщение от Марата.

«Нам нужно поговорить. Сегодня. Это важно.»

Я уставилась в экран, чувствуя, как внутри всё сжимается. После вчерашнего его имя выглядело почти как спасательный круг – и одновременно как новая угроза. Я не знала, связано ли это с тем, что произошло ночью. Не знала, можно ли ему доверять. Но знала одно: молчать дальше я не смогу.

«Где?» – напечатала я и сразу пожалела.

Слишком быстро. Слишком легко.

Ответ пришёл почти сразу.

«После школы. Я буду ждать.»

Без смайликов. Без лишних слов.

Как всегда.

В школе всё было как обычно – и именно это бесило. Люди смеялись, обсуждали контрольные, спорили из-за какой-то ерунды, будто мир не треснул ночью по шву. Я ловила на себе взгляды и каждый раз напрягалась, не понимая, показалось мне или нет.

Рая с Олесей бурно обсуждали театральный кружок и Даниила, Саша шёл рядом и рассказывал что-то про новую тему по биологии, но смысл ускользал. Я кивала, улыбалась, отвечала в нужных местах, словно играла роль самой себя.

В голове крутилась только одна мысль: он видел меня в кафе.

На большой перемене я не выдержала и отвела Раю с Олесей в сторону.

Я рассказала всё. Про стаканчик. Про записку. Про то, что кто-то видел меня в кафе.

Олеся побледнела первой.

– Это уже не шутки, – прошептала она. – Это… стрёмно.

Рая сжала губы.

– Ты уверена, что это не Марат?

Я покачала головой.

– Не знаю. Но мне почему-то кажется, что нет.

Мы переглянулись.

– Я встречаюсь с ним после уроков, – призналась я.

Марата не было в школе, но я знала, что он будет ждать меня на улице.

– Будь осторожна, – покачала головой Рая. – Всё это становится слишком опасным.

***

После уроков я вышла во двор и сразу заметила Марата. Он стоял в стороне, прислонившись к забору, в тёмной куртке, с руками в карманах. Как будто не ждал – просто был здесь. Его взгляд нашёл меня мгновенно, и внутри всё сжалось.

– Ты выглядишь уставшей, – сказал он вместо приветствия.

– Ты тоже, – ответила я.

Мы пошли рядом, не касаясь друг друга. Между нами было напряжение – плотное, как электричество перед грозой. Мне хотелось задать сотню вопросов сразу, но слова застревали в горле.

– Я разберусь, – сказал он вдруг. – Узнаю, кто подложил эту чёртову розу.

Я остановилась.

– Ты не обязан.

Он посмотрел на меня резко, почти зло.

– Обязан, – коротко ответил он. – Потому что это зашло слишком далеко.

Я сглотнула.

Мне хотелось верить ему. Или хотя бы сделать вид, что верю. Рядом с Маратом было неспокойно, но честно. Он не пытался казаться лучше, чем есть. И именно это пугало и притягивало одновременно.

Мы пошли вдоль улицы. Некоторое время молчали.

– Тебе… – я запнулась, подбирая слова. – Тебе досталось вчера от отца?

Он сбился с шага, но быстро взял себя в руки.

– С чего ты взяла?

– Просто спрашиваю, – осторожно ответила я. – Говорят, он за тобой приезжал.

Марат коротко усмехнулся.

– Он всегда приезжает, когда считает нужным.

– И?

Он посмотрел вперёд, не на меня.

– И ничего нового, – сухо сказал он. – Жив.

Я почувствовала, как внутри всё сжалось.

– Прости, – тихо сказала я. – Я не хотела лезть.

– Ты и не лезешь, – ответил он после паузы. – Просто… некоторые темы лучше не трогать.

Мы свернули во двор, и тут раздался резкий звук тормозов. Чёрный внедорожник остановился слишком близко. Я вздрогнула.

Марат мгновенно шагнул вперёд, закрывая меня собой.

Окно машины опустилось. Я сразу поняла, что за рулем отец Марата – те же глубокие синие глаза и темные волосы, только с проседью.

– В машину, – холодно сказал мужчина. – Немедленно.

Марат не двинулся с места.

– Я не один.

Взгляд мужчины скользнул по мне – быстрый, оценивающий, неприятно внимательный.

– Тем более, – ответил он. – Поговорим.

– Нет, – сказал Марат твёрдо. – Я сейчас не могу.

В салоне повисла короткая пауза. Потом окно медленно поднялось, и машина резко тронулась с места.

Я выдохнула только когда она скрылась за поворотом.

– Он… – начала я.

– Забей, – перебил Марат. – Ты в порядке?

Я кивнула, хотя колени дрожали.

– Тебе лучше не идти одной, – сказал он. – Хотя бы сегодня.

– Ты стал моим телохранителем? – попыталась пошутить я.

Марат серьезно посмотрел на меня.

– Я сейчас не шучу.

Мы стояли слишком близко. Я чувствовала тепло от его плеча, напряжение в теле, будто он всё ещё был готов к удару.

– Ладно, – сказала я. – Тогда просто… пойдём.

Мы шли молча. Не потому что не было слов – потому что любое из них могло прозвучать слишком громко. Улица была на удивление пустой, и тени будто тянулись за нами, подслушивая каждый вздох.

– Марат, – тихо начала я. – Я должна тебе рассказать…

Он сразу повернулся.

– Про что?

Я глубоко вдохнула.

– Вчера кое-что случилось.

Его взгляд стал внимательным, собранным.

– Говори.

– Когда я пришла домой, – начала я медленно, подбирая слова, – на подушке лежал стаканчик из кофейни, где мы сидели с подругами. И записка.

Он не перебивал. Только челюсть заметно напряглась.

– Что в записке? – спросил он.

– Этот человек видел меня там и знал, какой кофе я заказывала. – Я сглотнула. – Это было… жутковато.

Марат выдохнул сквозь зубы, будто сдерживал что-то резкое.

– Ты кому-то рассказала?

Я покусала губы.

– Только тебе и Рае с Олесей.

Марат посмотрел на меня – долго, внимательно, будто принимал решение.

– Домой ты не пойдёшь, – сказал он наконец.

– Что?

– Он может ждать тебя там, – резко ответил Марат. – Вернешься, когда родители уже будут дома.

Я во все глаза смотрела на парня.

– Но куда я пойду?

Марат на секунду задумался, потом кивнул сам себе.

– Ко мне – нельзя. Там отец. Но у моего друга есть квартира. Он сейчас не в городе. Отец о ней не знает, твой преследователь тем более.

– Ты уверен? – тихо спросила я.

– В этом – да.

Он не стал тянуть меня за руку, не стал торопить. Просто развернулся и пошёл, будто был уверен, что я пойду следом. И я пошла.

Мы молча дошли до его мотоцикла. Я замерла на секунду, прежде чем сесть, а потом осторожно обхватила его за талию – неуверенно, будто спрашивая разрешения. Марат напрягся сразу, я почувствовала это ладонями, но не отстранился. Когда двигатель взревел, я прижалась сильнее, и ветер выбил из головы все мысли, оставив лишь его спину, тепло под курткой и собственное отражение в зеркале – слишком сосредоточенное, слишком живое для обычного утра.

Квартира оказалась небольшой и необжитой. Светлая кухня, диван, стопка книг на подоконнике. Здесь не было ощущения чужого дома – скорее временного убежища.

– Тут безопасно, – сказал Марат, закрывая дверь. – По крайней мере сегодня.

Я медленно выдохнула, только сейчас понимая, как сильно была напряжена.

– Спасибо, – сказала я.

Парень пристально посмотрел на меня.

– Я узнаю, кто это сделал, Кис-Кис, – медленно проговорил он. – Обещаю. И когда узнаю – это закончится.

Я кивнула.

– Но с этого момента ты ничего не решаешь одна, – добавил он, сжав челюсть. – Поняла?

– Ты сейчас меня контролируешь? – попыталась улыбнуться я.

– Я сейчас пытаюсь, чтобы с тобой ничего не случилось, – резко ответил Марат. Потом тише: – И чтобы я потом не винил себя.

Я опустилась на стул и только тогда поняла, как сильно напряжены мои плечи. Марат поставил чайник, облокотился на столешницу и на секунду закрыл глаза. Эта короткая слабость была такой неожиданной, что у меня перехватило дыхание.

– Ты боишься? – вдруг спросил он, открывая глаза и перехватывая мой взгляд.

Я задумалась.

– Да, – честно сказала я. – Но не так, как должна.

Он хмыкнул.

– Со мной – плохая идея.