***

Вину потребовалась вся его выдержка, чтобы не приподнять бедра, проталкивая член в пухлые губы, только что сомкнувшиеся на нем.

Неопытность Мии была очевидна по тому, как осторожно она обращалась с ним, словно боялась сделать ему больно, но каждая ласка, каждый поцелуй разрушали железную хватку, которой он обладал, подавлять потребность своего тела взять больше из того, что она предлагала.

Ему, блядь, нужно было видеть ее.

С этой мыслью Вин пошарил вокруг в поисках лампы на прикроватной тумбочке, и когда комнату залил свет, его член выскочил изо рта Мии, когда она удивленно подняла глаза.

- Хочу смотреть, - выдавил он из себя и затаил дыхание, моля Бога, чтобы его поступок не положил конец ее вновь обретенному любопытству.

С его губ сорвался вздох, когда она снова втянула его в свой жар. На мгновение он почувствовал, как ее язык обвился вокруг его члена, а затем, к счастью, она втянула его еще глубже. Она слегка присосалась, приоткрыв рот, и Вин застонал от этого давления. Ей потребовалось еще несколько толчков, прежде чем она нашла свой ритм и начала сосать сильнее. Его собственное тело больше не могло выдерживать напряжения, и бедра приподнялись сами по себе, проталкивая член все глубже, пока ее не затошнило. Он попытался извиниться, но Мия внезапно снова прижалась к нему, ее горло расслабилось, пытаясь справиться с рвотным рефлексом. Когда он попытался отстраниться, чтобы не заставлять ее, Мия схватила его за основание и начала сосать всерьез. Он отказался от борьбы и подчинился.

Жар и давление на его член вскоре стали невыносимыми.

- Мия, я уже близко, - предупредил он.

Но его слова никак не замедлили ее. На самом деле, они возымели противоположный эффект, и когда она подняла глаза, чтобы встретиться с ним взглядом, продолжая поглощать его, Вин едва сдержался, чтобы не выругаться. Она была так чертовски красива. И он не сделал ничего, чтобы заслужить все, что она ему дала – давала с той ночи, когда лежала на его столе.

Вин закричал, когда его захлестнул оргазм. Ему удалось не сводить глаз с Мии, пока она пыталась проглотить бесконечные струи спермы, вырывающиеся из него, но вид того, как они вытекали у нее изо рта, был невыносим, и он наклонился и притянул ее к себе. Он никогда не любил пробовать на вкус свою сперму, но его вкус, смешанный со сладостью ее рта, был пьянящим. Но ему требовалось большего, и ей тоже, если судить по влаге, скопившейся у него на животе. Его руки сомкнулись на ее бедрах, и он потянул ее вверх и вперед, одновременно перемещая свое тело дальше по кровати.

- Вин? - спросила она в испуганном замешательстве, когда ее колени, наконец, оказались по обе стороны от его головы.

Он никак не предупредил ее, только обхватил руками ее бедра, прежде чем погрузить язык в ее тело.

- Вин! - закричала она, и он увидел, как она ухватилась за спинку кровати, чтобы не упасть. Потребовалось всего несколько неглубоких толчков и пара прикосновений к клитору, чтобы она опустилась и прильнула к его рту в поисках облегчения. Ее бедра дико задвигались, и он положил одну ладонь ей на попку, чтобы успокоить, и принялся усердно посасывать набухший бутон, пульсирующий в складках ее плоти.

Прошло меньше минуты, прежде чем тишину комнаты нарушили ее стоны, и, бросив еще один взгляд вверх, он увидел, что она одной рукой теребит сосок. Он мог сказать, что она близка, и когда он глубоко проник в нее двумя пальцами, содрогнулась, а ее тело забилось в неконтролируемых конвульсиях. Волна за волной наслаждение накатывало на нее, и его пальцы были пропитаны доказательством ее освобождения. Он облизывал ее всю еще долго, после того, как ее дрожь утихла, и когда она, наконец, отодвинулась достаточно, чтобы поцеловать его, он понял, что единственное, что было лучше, чем вкус их совместного наслаждения во рту - то, как он бы смешался глубоко в ее теле.

Глава 8

Беседа с детективом Декланом Хейлом прошла так гладко, как и обещал Вин. Большой, грубоватый мужчина до смерти напугал Мию, когда вошел в конференц-зал «Барретти Секьюрити Груп», и когда Вин оставил их наедине, она мгновенно вернулась к своему прежнему поведению - замкнутости и молчанию. Но Деклан просто выключил магнитофон и продолжил болтать с ней о несущественном и даже сказал, что она напоминает ему его младшую сестру. За этим последовали рассказы о проделках Сильвии Хейл в детстве, заставившие Мию задуматься, что же именно Деклан мог найти общего между ними двумя. Но затем в его глазах промелькнула боль, пока он рассказывал, какой храброй была его сестра даже в последние дни борьбы с лейкемией. И когда он заявил, что видит в ней такую же силу, Мия поверила ему.

Она ожидала допроса. Ей задали несколько вопросов о ее детстве и поведении отца. Не было никаких обвинений. Все заняло меньше получаса, а потом закончилось, и Вин повел ее обратно к ее столу, сказав, что отвезет домой, если она почувствует себя слишком подавленной, чтобы работать. Когда она заверила его, что с ней все в порядке, он нежно поцеловал ее, прежде чем уйти к себе в кабинет.

- Все выглядит великолепно, Мия, - сказал Дом, протягивая ей папку. - Давай отправим, - добавил он.

Мия кивнула. На следующий день после того, как Дом спросил ее, не хочет ли она пожить у него и Логана, между ними возникла неловкость. По его тону было ясно, что он знает, что происходит между ней и Вином, но она не могла понять, кто его больше беспокоит - она или его брат. Он не давил на нее и не спрашивал, что происходит. Он просто сказал, что предложение остается в силе, если она передумает, и они больше не обсуждали это в течение последних двух недель.

- Дом? - позвала она, когда он возвращался в свой офис.

- Да?

- Я никогда... - неловко начала она. - Я никогда не благодарила тебя, - тихо сказала она. - За все, что ты для меня сделал.

- Мия… - начал он.

- Ты спас мне жизнь, - прошептала она. - Ты это знаешь, и я это знаю.

Дом вернулся к ее столу, и она была удивлена, когда он осторожно поставил ее на ноги и обнял. Он даже ничего не сказал, и она с удивлением обнаружила, что тонет в его объятиях. Но когда он, наконец, отпустил ее, то застал врасплох, сказав ей на ухо:

- Не позволяй ему оттолкнуть тебя, - прежде чем повернуться и уйти обратно в свой кабинет.

Это загадочное заявление не выходило у нее из головы еще долго после того, как Вин заехал за ней и они направились домой.

***

- Не спится? - Услышал Вин с порога.

Он поднял глаза и увидел Мию, стоящую в дверях его кабинета. На ней была только одна из его футболок, позволяющая ему отлично видеть ее стройные бедра и длинные ноги. Он покачал головой в ответ и не удивился, когда она заколебалась, не решаясь пройти дальше в комнату. Так продолжалось последние несколько недель. В спальне они были настолько близки физически, насколько это возможно для двух людей, но как только переступали порог этой двери, становились практически незнакомцами. И винить ему оставалось только себя. Чем больше времени он проводил с ней, тем труднее становилось сохранять эмоциональную дистанцию, поэтому он стал находить предлоги, чтобы сохранять и физическую дистанцию. В конце концов, она перестала приглашать его поужинать с ней или посмотреть фильм. Он убедил себя, что так будет лучше для нее, но это была лишь полуправда. Как бы сильно ей ни хотелось жить дальше, когда все закончится, ему нужно быть в состоянии отпустить ее.

Успехи, которых добилась Мия за недели, что прошли с тех пор, как он вернулся домой той ночью и обнаружил ее стоящей в дверях комнаты для гостей в окружении своих собак, были поразительными. Она не только чувствовала себя хорошо физически, но и быстро обретала уверенность в себе. Она больше не пыталась скрыть шрамы на своей шее и не прикасалась к ним, когда нервничала, как было вначале. Робкая дружба, завязавшаяся у нее с Райли, продолжала крепнуть, и он не раз заставал их смеющимися над чем-то, когда они вместе обедали в комнате отдыха в офисе в те дни, когда Райли не работала. Мия даже прониклась симпатией к Дому, и он часто ловил себя на том, что борется с завистью, охватывающей его всякий раз, когда Мия смеялась над чем-то, что говорил ей Дом. Все шло именно так, как и должно было, и он, блядь, ненавидел это.