Иными словами, вглядываясь в ремесленное наставничество, мы обнаруживаем скрытый в нем философский подход: чтобы воспитать великого художника, нужно разбудить в его сознании то количество исходных понятий, которое позволит ему понимать свое искусство в совершенстве. И понятия эти должны раскрываться постепенно, шаг за шагом, добавляя все более тонкие качества к исходной понятийной основе.

Таким образом, воспитание в ученике способности понимать оказывается совершенно необходимой частью искусства наставника. При этом оно вовсе не грубое давление. Это простая, но обязательная последовательность ступеней, ведущая к мастерству. И все они есть понимание, уплотнившееся до понятий.

При этом мастер исходит из того, что каждое понятие позволяет ученику сделать какую-то обязательную часть дела, без которой дело невозможно. Насколько простым может быть исходное понятие? К примеру, подготовить рабочее место, чтобы мастер мог прийти, сесть и сразу приступить к делу?

Если мы вдумаемся, то окажется, что это то, с чего начинали все подмастерья. Они мели полы, убирали брак и все лишнее, приносили нужную заготовку, укладывали инструменты, ставили стулья, верстаки и что может понадобиться, так чтобы оно было не просто на рабочем месте, и даже не на привычном месте, а там, где мастер сможет нащупать его рукой, не глядя, когда это ему понадобится.

Как пример: вот мастер лепит что-то из глины или гипса, пытаясь воплотить образ. Когда он сам готовил свое рабочее место, он всегда клал рядом влажную тряпку, чтобы можно было не глядя, то есть не отрываясь от творчества, взять ее и вытереть руки. Что будет, если подмастерье положит ее в другом месте? Или сделает ее слишком сухой или слишком мокрой. Это отвлечет мастера от творчества.

Следовательно, обучаясь создавать рабочее место, ученик не просто учится быть уборщиком, он учится понимать все дело с точки зрения собирания в один луч всех творческих сил. Эти силы теряются, как теряется и собранность на образе дела, если приходится ругаться из-за мокрой тряпки, тем более из-за ее отсутствия. Или из-за того, что все инструменты протерты и ровненько выложены в ряд, как делают женщины, а должны лежать там, где их удобно взять во время работы.

И это не обслуживание мастера, это овладение искусством собирания силы во время труда. И если ученик не овладеет им заранее, он не сумеет вводить себя в такое состояние, чтобы сделать свой шедевр за одну вспышку. Он будет работать медленно, тянуть, выматываться… А качество произведения будет от этого падать!

Получается, что, овладевая таким простым делом, как уборка в мастерской, ученик учится понимать дело в целом, запоминая всю последовательность шагов, как наличие и порядок инструментов в пространстве. Иными словами, он учится продумывать дело не в шагах, а в орудиях. А это и отличает теоретика от мастера.

Тем самым первое понимание, которого надо добиться от ученика, – это Общее понятие о Деле.

Лучше всего оно видно по изготовленной учеником модели будущего Дела.

Не важно, что это за Дело. Каким бы оно ни было, мы всегда можем изготовить Игрушечное Дело, тем самым показав, верно ли понимаем дело в самом общем виде. Эта модель может быть выполнена в виде вещи, рисунка, описания последовательности шагов. Но она точно должна завершать обучение первого шага.

И только после того как Общее понятие сложилось, можно приступать к следующему шагу, который начинается с понятия об исходной заготовке, которую уже можно будет передавать мастеру. На самом деле – подмастерью следующего уровня. У богомазов такой исходной заготовкой было изготовление доски под икону.

Мастер не может сам тесать доски. Его труд слишком дорог, но он и не примет доску, которую надо перетесывать. Он вынужден будет ее достругивать или дочищать. Какую доску он примет? Ту, которую можно без доработок покрывать левкасом, то есть накладывать на нее тот известковый слой, по которому и пишется образ.

Следовательно, схватив дело в целом, подмастерье должен сам выделить внутри этого обобщающего понятия понятие об исходной заготовке. Соответственно, овладев этим делом, он должен создать себе понятие о следующем шаге, то есть о том, как покрывать доску левкасом. А потом, как записывать ее фон. Или как писать доличное, то есть одежды, ноги и руки тех, кто нарисован. И, наконец, на вершине мастерства, он учится писать лики и оценивать общее воздействие завершенной иконы.

Думаю, последовательность раскрытия понятий ясна.

Остается вопрос: как добиться понимания?

Этот вопрос выглядит простым для ответа, мы же имеем в виду понимание, которого должен добиться наставник от своего ученика. В таком случае понимание означает, что ученик знает, что делать и как делать. Все настолько очевидно и просто, что даже непонятно, из-за чего тут огород городить!

Но это в рассуждении. И это показательно. Именно такое понимание и приходит к ученикам после объяснений наставника: все ясно, и что тут огород городить?! Поэтому обратите внимание на то ощущение простоты и ясности, которое у вас появилось. Именно в нем наставники, с которыми мне доводилось работать, раз за разом срывали работы и лишали детей побед. Это ощущение – ловушка!

Показать ее так же просто, как и объяснить, что такое понимание. Достаточно спросить себя: если задача в том, чтобы ученик знал, что и как делать, то почему не все учители становятся хорошими наставниками? И, кстати, спросите себя: считаете ли вы себя великолепными наставниками? Если у вас есть сомнения, то удивитесь: ведь вы же и сами понимали, что понимание, которое требуется наставнику от ученика, выражается в том, что он знает, что и как делать?

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.