А какие бы вложились, если бы мы приняли, что лень – это не просто испорченность или плохое воспитание?

Поглядите в себя: вы часто ощущаете, что хотели бы что-то сделать, но никак не заставите себя! Это испорченность?

Или это, скорее, слабость? И у вас попросту не хватает сил либо на дело, либо заставить себя?

Машина не едет не потому, что она ленится, а потому что в ней что-то неисправно. Человек думает всегда, работа разума не прекращается ни на миг, этот компьютер, что беснуется у тебя в голове, работает лучше, чем лучшие железяки, что создало человечество. Так и те пашут, не выключаясь годами. А разум рассчитан на век! То есть плюс-минус сто лет! Технически ничего особенного.

Но вдруг вы не можете решить задачу. И не то чтобы вы не знали, как ее решать, вы знаете про себя, что если возьметесь, то решите, это задача не школьная, а жизненная. Они решаются иначе. Но вы не можете заставить себя действовать.

Так что понятие «действовать» очень удачно найдено Ожеговым.

Почему же мы не можем заставить себя сделать то, что надо сделать, и даже что мы хотим сделать?

Ответ простой: это как-то связано с силой.

И если это связано с силой, то мы с очевидностью видим, что сила нужна затем, чтобы заставить действовать тело, и чтобы заставить действовать ум.

Делаем вывод, что это требует разных сил: телесных и умственных. И вводим деление по этой границе: есть состояния, когда не хочется ничего делать, потому что не хватает телесных сил. А есть состояния, когда не хочется думать, то есть решать задачи разума, потому что не хватает силы ума.

Именно так видели разницу между Ленью и Отетью люди, которые звали себя мазыками.

Поэтому я делаю предположение, что лень – это именно отсутствие каких-то телесных сил для действия. А отсутствуют они не просто так, это же не бензин, а потому что испорчено некое тонкое устройство, питающее тебя силой. Точнее, питающее либо тело, либо разум.

И в это стоит вглядеться, потому что от этого зависит и наша успешность в жизни, и даже счастье!

Философский взгляд на лень почти приравнивает ее к мудрости, поскольку мудрость глядит на все дела человеческие из будущего, то есть оценивает их с точки зрения того, как они будут оцениваться по итогам жизни, когда человек приближается к ТОЙ черте, где его будут судить беспристрастно.

Для русского ума этот подход во многом опирается на мудрость библейскую, а точнее, на слова Экклезиаста:

«Оглянулся я на все дела мои, которые сделали руки мои, и на труд, которым трудился я, и вот все суета и томление духа, и нет от них пользы под солнцем» (Экклезиаст, 2.11).

Нельзя утверждать, что такие мысли не приходят к людям в конце жизни, даже если они Библии никогда не читали. Более того, переход через Ту черту ждет всех, и все культуры шаманского типа, к которым явно принадлежало и волховство, осознанно практикуют полеты души, а значит, переходы через границу с миром Иным.

Переходя душой в Верхний ли мир, в Нижний ли, ты уходишь из мира этого. А значит, даже если не задумываешься философски о тщете мирских усилий, все же привыкаешь к ощущению того, что жизнь не кончается, когда ты теряешь тело, дом и все накопленное за жизнь.

Жизнь одной лишь душой становится не просто привычной, но естественной. И чем больше ты практикуешь полеты, тем отчетливее понимаешь: там никакие твои прежние заслуги и достижения не имеют значения, потому что не работают. Работают лишь способности, позволяющие находить то, что тебе надо, двигаться к нему в любых условиях и понимать то, что тебе открывается.

Но довольно скоро приходит и следующая очевидная мысль: это способности не твои, а твоей души!

И у тебя появляется возможность переоценить все те усилия, что ты совершал за свою жизнь. В то ли ты их вкладывал? За то ли сражался, если все это останется в прошлом сне?..

И ты понемножку становишься ленивее в том смысле, что у тебя появляется культура выбора того, во что стоит вкладывать силу, а что можно и отдать тем, у кого побольше охоты бегать и драться…

И вот неожиданно ты начинаешь себя видеть раком из русской сказки о том, как лиса и рак бегали наперегонки. Если вы помните, рак не бегал, он просто цеплялся лисе за хвост, а когда она прибегала к намеченному месту и разворачивалась, отцеплялся и произносил:

– Что так медленно? Я уж давно тебя здесь жду!

Разница лишь в том, что рак прицеплялся к быстрому сопернику, а ты даже не цепляешься. А зачем? Все равно он однажды окажется тут, где ты его ждешь! Все человеческие бега приводят лишь в это место, откуда начинается Переход. А Переход начинается прямо там, где ты сейчас. Поэтому однажды ты сможешь сказать любому: «Что так медленно?»

И все, что дают бега и схватки, – это развитие каких-то способностей. Каких? Какие случатся! А какие надо? Вопрос!

Надо подумать…

Русская лень как-то так естественно вошла в число черт, отличающих наш национальный характер. Вроде немецкой педантичности или французской легкости в отношениях. Все это мифы, немцы профукали две мировые войны, а теперь еще и свою промышленность. Легковесные французы без брачного контракта не женятся и меркантильны до мелочей. Мы это знаем и понимаем, что тут какой-то обман.

А вот в отношении собственной лени не сомневаемся. Тем более что о русской лени писали и иностранцы, и свои пописыватели. Ну как не поверить, скажем, итальянскому мошеннику, венецианскому торгашу и дипломату Барбаро, который еще в XV веке писал: «Россия – это сплошное беспробудное пьянство и столь же непобедимая лень».

Это как раз то время, когда, как писали другие путешественники, вроде Штадена, Махалона, Маскевича, пьянство преследовалось, а кабаки запрещались на государственном уровне. Да и народ высмеивал пьянство в разных сатирах, вроде «Повести о Горе-Злосчастьи».

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.