3

Мы в порт заходим, что средь острых скал

Искали прежде, по морю блуждая,

То вихорь гнал нас, то зефир ласкал,

Опасности таила ширь морская,

Но вел нас, благодатно нам сиял

Знак той звезды, от коей мысль любая

Законченный приобретала вид,

И вот она передо мной горит.

4

Здесь, полагаю, на стоянку станем

И, бросив якорь, путь мы завершим,

Здесь благодарность вознесем со тщаньем,

Как должен делать всякий пилигрим,

Той, что вела спасительным сияньем.

На берегу, который близко зрим,

Мы наплетем венков в знак высшей чести,

Их на корабль любви возложим вместе.

5

Затем, немного отдохнув, пойдешь

К владычице души моей смятенной

И, что мне жалкому не светит, всё ж

Узришь ее, и быть тебе блаженной!

Когда же в руки к даме попадешь,

Коль будет рада, обо мне смиренно

Ты добродетели напомни той,

Что лишь одна мне может дать покой.

6

Нося одежду слезную такую,

Прошу, поведай даме напрямик,

Как стражду бесконечно и тоскую,

Вздыхаю, горько плачу всякий миг,

И как я жил, как ныне существую

Без тех лучей, что слал мне чудный лик

До самого момента расставанья,

И что при ней лишь кончатся страданья.

7

Когда поймешь по ангельским чертам,

Что выслушать тебя она готова

И станет сострадать моим скорбям,

Что вынес я, тогда всей силой слова

Проси ее скорей вернуться к нам

Иль повелеть душе моей сурово

Из тела мчаться к свету иль во мрак —

Всё ж лучше смерть, чем жить, страдая так.

8

Притом смотри, высокое посольство

Не совершай ты без любви большой,

Иначе можешь вызвать недовольство,

Непонятая нашей госпожой.

Пред ней предстань и праздно не щегольствуй —

В почете будешь. Феб, заступник мой,

Да наградит тебя ее приветом,

Чтоб с добрым возвратилась ты ответом.

Конец «Филострато»

Приложение

Охота Дианы

Поэма

Перевод Александра Триандафилиди и Владимира Ослона

Песнь I

Порою той, когда травою свежей^[34]

    Покроются луга и ветерок

    Бодрит приятно, вея с побережий,

Стоял и размышлял я, одинок,

    О средстве против той стрелы, которой

    Мне сердце поразил Амор-стрелок;

Как вдруг услышал посреди простора,

    Как будто дух небесный с вышины

    Взывал: «Красавицы, придите скоро,

Придите скоро, ибо вы должны

    Явиться ко двору Дианы ныне

    В Партенопей, столицу сей страны».

Три раза прозвучали в горней сини

    Слова такие, после чередом

    Призвали поимённо всех к богине.

И как мне вспоминается, притом

    Услышал я, что Циццолу Барриле

    Назвали первой, Чьянчу же потом;

Любезную, благую не забыли

    И Чекку Боццуту, Принчипесселлу

    Караччолу, Летицью Моромиле,

Де Гаттоли Берарду, и Линеллу;

    Беритолу Карафу вызвал глас,

    Изольду ди Джаквинто, Изабеллу,

Лючию Поррья, с ними же тотчас

    Мелию, де Бранкацци Катерину;

    Берита и Миньяна, звали вас,

А также Катерину, но Пипину;

    Собилию Капече, также Фьоре

    Курьял сейчас я вспомнить не премину,

Верделлу ди Берардо, Бьянчифьоре

    Де Каффеттини, Чекколу Мадзоне

    И Алессандру славную в том хоре.

И Катерину Якопо Рончоне,

    И Катерину Караденте, и

    Ещё Креспану призывали ноне;

Болино, Феллапане, также ди

    Серпандо (Катерина каждой имя) —

    Все шли они с отвагою в груди.

Джованнолу де Копполи, засим и

    Призвали Луччиолу, там была

    И Фьоре Кановара вместе с ними.

Ваннелла Гамбателли рядом шла

    Как понял я по голосу, которым

    Её Диана в спутницы звала.

Однако дама, чтимая Амором

    За добродетель, что презрела грех

    И возвышалася над всем собором,