В земном краю, куда взойдет опять».

55

И древо: «Твой призыв меня так манит,

Что не могу внимать ему, молча;

И пусть не в тягость вам рассказ мой станет.

58

Я тот,^* кто оба сберегал ключа^*

От сердца Федерика и вращал их

К затвору и к отвору, не звуча,

61

Хранитель тайн его, больших и малых.

Неся мой долг, который мне был свят,

Я не щадил ни сна, ни сил усталых.

64

Развратница^* , от кесарских палат

Не отводящая очей тлетворных,

Чума народов и дворцовый яд,

67

Так воспалила на меня придворных,

Что Август^* , их пыланьем воспылав,

Низверг мой блеск в пучину бедствий черных

70

Смятенный дух мой, вознегодовав,

Замыслил смертью помешать злословью,

И правый стал перед собой неправ.^*

73

Моих корней клянусь ужасной кровью,

Я жил и умер, свой обет храня,

И господину я служил любовью!

76

И тот из вас, кто выйдет к свету дня,

Пусть честь мою излечит от извета,

Которым зависть ранила меня!»

79

«Он смолк, — услышал я из уст поэта. —

Заговори с ним, — время не ушло, —

Когда ты ждешь на что-нибудь ответа».

82

«Спроси его что хочешь, что б могло

Быть мне полезным, — молвил я, смущенный. —

Я не решусь; мне слишком тяжело».

85

«Вот этот, — начал спутник благосклонный, —

Готов свершить тобой просимый труд.

А ты, о дух, в темницу заточенный,

88

Поведай нам, как душу в плен берут

Узлы ветвей; поведай, если можно,

Выходят ли когда из этих пут».

91

Тут ствол дохнул огромно и тревожно,

И в этом вздохе слову был исход:

«Ответ вам будет дан немногосложно.

94

Когда душа, ожесточась, порвет

Самоуправно оболочку тела,

Минос^* ее в седьмую бездну шлет.

97

Ей не дается точного предела;

Упав в лесу, как малое зерно,

Она растет, где ей судьба велела.

100

Зерно в побег и в ствол превращено;

И гарпии, кормясь его листами,

Боль создают и боли той окно.^*

103

Пойдем и мы за нашими телами,^*

Но их мы не наденем в Судный день:

Не наше то, что сбросили мы сами.^*

106

Мы их притащим в сумрачную сень,

И плоть повиснет на кусте колючем,

Где спит ее безжалостная тень».

109

Мы думали, что ствол, тоскою мучим,

Еще и дальше говорить готов,

Но услыхали шум в лесу дремучем,

112

Как на облаве внемлет зверолов,

Что мчится вепрь и вслед за ним борзые,

И слышит хруст растоптанных кустов.

115

И вот бегут,^* левее нас, нагие,

Истерзанные двое, меж ветвей,

Ломая грудью заросли тугие.

118

Передний^* : «Смерть, ко мне, ко мне скорей!»

Другой^* , который не отстать старался,

Кричал: «Сегодня, Лано, ты быстрей,

121

Чем был, когда у Топпо подвизался!»

Он, задыхаясь, посмотрел вокруг,

Свалился в куст и в груду с ним смешался.

124

А сзади лес был полон черных сук,

Голодных и бегущих без оглядки,

Как гончие, когда их спустят вдруг.

127

В упавшего, всей силой жадной хватки,

Они впились зубами на лету