Которые распахнуты поднесь.
127
Ты видел надпись с мертвыми словами;
Уже оттуда, нисходя с высот,
Без спутников, идет сюда кругами
130
Тот, чья рука нам город отомкнет».
Песнь девятая
У ворот Дита — Фурии — Посол небес — Круг шестой — Еретики
1
Цвет, робостью на мне запечатленный,
Когда мой спутник повернул назад, —
Согнал с его лица налет мгновенный.*
4
Он слушал, тщетно напрягая взгляд,
Затем что вдаль глаза не уводили
Сквозь черный воздух и болотный чад.
7
«И все ж мы победим, — сказал он, — или…
Такая нам защитница* дана!
О, где же тот, кто выше их усилий!»
10
Я видел, речь его рассечена,
Начатую спешит покрыть иная,
И с первою несходственна она.
13
Но я внимал ей, мужество теряя,
Мрачней, быть может, чем она была,
Оборванную мысль воспринимая.
16
«Туда, на дно печального жерла,
Спускаются ли с первой той ступени,*
Где лишь надежда в душах умерла?»
19
Так я спросил; и он: «Из нашей сени
По этим, мною пройденным, тропам
Лишь редкие досель сходили тени.
22
Но некогда я здесь прошел и сам,
Злой Эрихто* заклятый, что умела
Обратно души призывать к телам.
25
Едва лишь плоть во мне осиротела.
Сквозь эти стены был я снаряжен
За пленником Иудина предела.*
28
Всех ниже, всех темней, всех дальше он
От горней сферы, связь миров кружащей;*
Я знаю путь; напрасно ты смущен.
31
Низина эта заводью смердящей
Повсюду облегает скорбный вал,
Разгневанным отпором нам грозящий».
34
Не помню я, что он еще сказал:
Всего меня мой глаз, в тоске раскрытый,
К вершине рдяной башни приковал,
37
Где вдруг взвились, для бешеной защиты,
Три Фурии, кровавы и бледны
И гидрами зелеными обвиты;
40
Они как жены были сложены;
Но, вместо кос, клубами змей пустыни
Свирепые виски оплетены
43
И тот, кто ведал, каковы рабыни
Властительницы вечных слез ночных,
Сказал: «Взгляни на яростных Эриний.
46
Вот Тисифона, средняя из них;
Левей — Мегера: справа олютело
Рыдает Алекто».* И он затих.
49
А те себе терзали грудь и тело
Руками били; крик их так звенел,
Что я к учителю приник несмело.
52
«Медуза* где? Чтоб он окаменел! —
Они вопили, глядя вниз. — Напрасно
Тезеевых мы не отмстили дел».*
55
«Закрой глаза и отвернись; ужасно
Увидеть лик Горгоны; к свету дня
Тебя ничто вернуть не будет властно».
58
Так молвил мой учитель и меня
Поворотил, своими же руками,
Поверх моих, глаза мне заслоня.
61
О вы, разумные, взгляните сами,
И всякий наставленье да поймет,
Сокрытое под странными стихами!
64
И вот уже по глади мутных вод
Ужасным звуком грохот шел ревущий,
Колебля оба брега, наш и тот, —