Где деревца поэтому так живы.
106
Раз таково одно из двух колес*
Той колесницы, на которой билась
Святая церковь средь усобных гроз, —
109
Тебе, наверно, полностью открылась
Вся мощь второго,* чья святая цель
Здесь до меня Фомой превозносилась.
112
Но след, который резала досель
Его окружность, брошен в дни упадка,
И винный камень заменила цвель.
115
Державшиеся прежде отпечатка
Его шагов свернули до того,
Что ставится на место пальцев пятка.
118
И явит в скором времени жнитво,
Как плох был труд, когда сорняк взрыдает,
Что житница закрыта для него.*
121
Конечно, кто подряд перелистает
Всю нашу книгу, встретит и листок,
Гласящий: «Я таков, как подобает».
124
Не в Акваспарте он возникнуть мог
И не в Касале, где твердят открыто,
Что слишком слаб устав иль слишком строг.*
127
Я жизнь Бонавентуры, минорита
Из Баньореджо;* мне мой труд был свят,
И все, что слева,* было мной забыто.
130
Здесь Августин, и здесь Иллюминат,*
Из первых меж босыми бедняками,
Которым бог, с их вервием, был рад.
133
Гугон* святого Виктора меж нами,
И Петр Едок, и Петр Испанский тут,
Что сквозь двенадцать книг горит лучами;*
136
Нафан — пророк, и тот, кого зовут
Золотоустым,* и Ансельм* с Донатом,
К начатку знаний приложившим труд;*
139
А там — Рабан* ; а здесь, в двунадесятом
Огне сияет вещий Иоахим,
Который был в Калабрии аббатом.*
142
То брат Фома, любовию палим,
Завидовать такому паладину
Подвиг меня хвалением своим;*
145
И эту вслед за мной подвиг дружину».
Песнь тринадцатая
Четвертое небо — Солнце (продолжение)
1
Пусть тот, кто хочет знать, что мне предстало,
Вообразит (и образ, внемля мне,
Пусть держит так, как бы скала держала)
4
Пятнадцать звезд,* горящих в вышине
Таким огнем, что он нам блещет в очи,
Любую мглу преодолев извне;
7
Вообразит тот Воз, что дни и ночи
На нашем небе вольно колесит
И от круженья дышла — не короче;*
10
И устье рога пусть вообразит,
Направленного от иглы устоя,
Вокруг которой первый круг скользит;*
13
И что они, два знака в небе строя,
Как тот, который, чуя смертный хлад,
Сплела в былые годы дочь Миноя,
16
Свои лучи друг в друге единят,
И эти знаки, преданы вращенью,
Идут — один вперед, другой назад,* —
19
И перед ним возникнет смутной тенью
Созвездие, чей светлый хоровод
Меня обвил своей двойною сенью,
22
С которой все, что опыт нам несет,
Так несравнимо, как теченье Кьяны*
С той сферою, что всех быстрей течет.
25
Не Вакх там воспевался, не пеаны* ,
Но в божеской природе три лица
И как она и смертная слияны.
28