— Да.
— Ты разогрелась?
— Да.
Отстранившись, я потянулся к стакану и взял кубик льда. Наклонившись, я оставил еще один поцелуй на ее груди, прежде чем прикоснуться льдом к ее коже.
Франческа ахнула, ее кожа покрылась мурашками, соски стали тверже бриллиантов.
— О, Боже...
— Что-то не так?
— Холодно...
Ухмыльнувшись, я снял лед и поцеловал ее грудь своим горячим ртом. Она вздохнула в ответ, расслабляясь.
Но у меня были другие планы. Положив кубик льда в рот, я вернулся к игре с ее грудью. Франческа застонала от удивления, почувствовав холодную температуру в сочетании с движением моего языка и теплом моего рта.
Ее руки опустились, чтобы коснуться меня, но я отстранился, позволив кубику льда выскользнуть у меня изо рта и растаять на коже ее живота.
— Нет, — прорычал я, поднимая ее руки обратно и кладя подушку между ее головой и изголовьем, чтобы ей было за что держаться.
— Маттео...
— Будь хорошей девочкой для своего Капо и дай мне повеселиться, Донна.
Франческа застонала, с легким разочарованием откидывая голову на подушки.
Взобравшись на нее, я начал втирать тающий кубик льда в ее плоский живот и упругую грудь.
— Ты останешься неподвижной, если я сначала немного полижу твою киску? — Пробормотал я.
— Да... — Она надула губы.
— Хм… Я не знаю...
— Пожалуйста, Маттео. Я буду вести себя хорошо, обещаю.
Я ухмыльнулся и сократил расстояние между нами, поймав ее нижнюю губу своей. — Ты будешь вести себя прилично после того, как я поцелую твою киску?
— Да, клянусь.
— Ты обещаешь?
— Я обещаю. Я позволю тебе поиграть со мной. После.
— Столько, сколько я захочу?
— Все, что захочешь, только пожалуйста...
— В таком случае... — Я ухмыльнулся, уже покрывая поцелуями ее живот, чтобы добраться до нее. — Лучше я вылижу тебя как следует. Раз уж ты такая милая, моя донна...
— Ммм...
— Раскройся для меня, — сказал я ей, обхватывая своими большими руками ее бедра и приподнимая ее задницу выше. Она послушалась, позволив коленям согнуться и упасть в стороны.
Я прижался мягким, как перышко, поцелуем к ее клитору.
— Вот так? — Пробормотал я, обдавая дыханием ее обнаженную кожу.
Она нетерпеливо кивнула, не снимая повязки с глаз. Её руки крепко сжимали подушку под головой.
— А как насчет этого? — Я поддразнил ее, легонько облизывая ее киску.
— Да.
— Хмм… А это? — Я наклонил голову и легонько укусил ее, недостаточно, чтобы причинить боль, но достаточно, чтобы вызвать реакцию, проведя зубами по ее идеальной, нежной коже.
Франческа зашипела, звук превратился в жалобный стон. — Боже, да.
Я придвинулся, чтобы сомкнуть рот вокруг ее клитора и пососать, обводя языком круги.
Я усмехнулся: — Дай мне знать, если тебе это понравится...
С ее губ сорвалась смесь криков, стонов и всхлипываний.
— Маттео… Боже мой… Я... я собираюсь... Ах!
Она кончила так сильно, что ее тело завибрировало в моих объятиях, полностью разрушаясь от оргазма. Ее губы были приоткрыты, но после первого крика с них сорвался едва слышный звук. Я даже не успел прикоснуться к ее входу, а она уже была мокрой, капли стекали между ягодиц и падали на простыни.
Я был так горд, видя, что моя жена чувствует себя в такой безопасности, что может полностью раствориться рядом со мной. Отстранившись, я прижимался поцелуем к ее чувствительной сердцевине, прежде чем провести грубой ладонью по нижней части ее живота.
Снова забравшись на нее, я остановился на ее груди, не забывая целовать, массировать и играть с каждым дюймом ее тела. Когда я прикоснулся к ее губам, она встретила меня с таким же отчаянием.
Она застонала в меня, убирая руки с подушки вперед, над моей головой, чтобы прижать меня ближе. И я позволил ей, наслаждаясь тем, как ее объятия сомкнулись вокруг меня.
— Как это было, детка?
Она застонала. — Так хорошо.
— Теперь ты позволишь мне поиграть с тобой?
— Да...
— Хорошо. — Я наклонился для еще одного поцелуя, прежде чем отстраниться. — Руки за голову.
Я помог ей подложить подушку, затем потянулся за другим кубиком льда и положил его в рот. Снова обхватив руками ее бедра, я наклонился вперед и поцеловал ее выше пупка, позволив льду коснуться ее кожи и потянуть его вниз.
Она тяжело дышала, ее кожа покрылась мурашками, но она позволила мне делать то, что я хотел. Я смотрел, как ее красные ногти обхватывают наручники, и это что-то перевернуло во мне.
Когда кубик почти достиг ее клитора, я втянул его обратно в рот и вместо этого позволил своим губам коснуться ее. Отойдя в сторону, я приложил лед к ее коже, затем проделал то же самое с другой ее стороной.
Она захныкала, сильнее сжимая подушку под головой.
Засунув кубик льда обратно в рот, я поцеловал ее, и она вздрогнула.
— Какой цвет, детка?
— Зеленый.
— Это моя девочка.
Я затолкал почти растаявший кубик льда в нее языком, и она ахнула. Отстранившись, я большими пальцами раздвинул ее и наблюдал, как он погружается и тает внутри нее.
— Блядь. — Я начал водить большим пальцем по ее клитору. — Цвет.
— Зеленый...
— Чертовски хорошая девочка...
Ее киска напряглась вокруг пустоты, отчего из нее потекла вода. Большим пальцем, все еще играя с ее клитором, я наклонился и начал лизать ее отверстие.
Я застонал в нее, проникая языком в ее киску, как раз в тот момент, когда она снова начала хныкать. Мгновением позже я почувствовал, как она сотрясается вокруг меня в очередном оргазме, ее сладкие стоны наполнили комнату. Я застонал сильнее, наслаждаясь ее вкусом по мере того, как сильнее она кончала.
Как только она оправилась от своего кайфа, я позволил ей расслабиться и поцеловал ее в самое сердце.
— Хорошая работа, детка. Ты так хорошо справилась.
— Правда?
— Так хорошо, — похвалил я, еще раз целуя ее клитор. — Я так горжусь тобой, amor.
Несмотря на отсутствие льда, при моих словах все тело Франчески покрылось мурашками.
Я усмехнулся, проводя грубой рукой по ее бедру и целуя то место, где соединяются ее нога и тело.
— Тебе нравится слышать, как я горжусь тобой, детка? Скажи, тебе это нравится?
— Заткнись...
— Тебе нравится, когда я говорю, что горжусь тобой? За то, что ты такая чертовски хорошая девочка для меня? Хм?
Поскольку я знал, что она не ответит, я снова начал ее донимать и был более чем рад получить ответ, который я хотел получить легко.
— Да, мне нравится это слышать...
Я застонал в знак согласия. — И мне нравится говорить тебе, Донна...
Я открыл рот шире и на мгновение поглубже впился в нее, чтобы донести свою точку зрения.
— Я так чертовски гордился тобой. — Я слизал всю влагу, пропитавшую ее киску. — Итак, я хочу получить от тебя еще один оргазм. Хорошо, детка?
— Маттео...
— Ты можешь сделать это для меня, детка? Хм? Можешь ли ты еще раз заставить меня чертовски гордиться этой идеальной киской?
Она снова растворилась во мне. — Да. Да, я могу.
— Ты такая хорошая жена для своего Капо, Донна... — Протянул я, доставая еще один кубик льда и отправляя его в рот. Я направился прямо к ее клитору, слегка обводя им вокруг нее.
Франческа тяжело вздохнула, ее бедра оторвались от матраса, и мне пришлось удерживать ее.
— Расслабься, princesa… Почувствуй, как он тебя охлаждает...
Она извивалась, покачивая бедрами, но я усилил хватку и продолжал водить кубиком льда по ее чувствительной киске.
После того, как она успокоилась, я ослабил хватку и полностью погрузился в нее, пожирая ее везде, до чего мог дотянуться. В конце концов, кубик начал таять, и как только он почти исчез, я протолкнул его в нее вместе с двумя своими пальцами, посасывая ртом ее клитор.
