Я раздумываю буквально секунд десять.

- Хорошо, мы приедем, - выдыхаю под радостный писк Сони. - Что подарить имениннику?

- Ой, ничего не нужно. У этого буржуйского ребёнка все есть. Просто приезжайте.

- Хор…, - осекаюсь, потому что дверь распахивается, и на пороге, деловито осматриваясь, возникает Зоя Германовна.

- Алло? Нин? Не слышу! Что за связь…

Моя несостоявшаяся свекровь уверенно проходит, садится напротив, располагая руки на подлокотниках и пилит тяжелым взглядом зажатый в ладони телефон.

- Нин?! Алло!

- Сонь, мы приедем. Извини, я тебе чуть позже перезвоню. Больше не могу говорить.

Нина

Откладываю телефон в сторону, захлопываю ноутбук и абсолютно спокойно смотрю прямо в злющие глаза Зои Германовны.

Я совсем не удивлена. Я ждала ее прихода.

Потому что Леон сообщил мне, что успел познакомиться с бабушкой.

В первые секунды я была в ужасе от такой новости и даже не могла дышать. Во всех красках представляла себе их встречу, но сын был спокоен, и это спокойствие передалось и мне. Я расспрашивала Леона и так и эдак, но сын сказал, что бабушка была очень удивлена, расстроена и немного грустная. И вообще он не успел с ней пообщаться, потому что она болеет, не хотела ни с кем говорить и быстро уехала домой.

И вот сейчас Зоя Германовна посреди моего кабинета и разбрасывает глазами молнии в разные стороны.

- Ну, здравствуй, Нина.

- Добрый день. Чем обязана, Зоя Германовна?

Мать Яна ведет челюстью, поджимает губы, перекидывает ногу на ногу и нехотя проговаривает:

- Я пришла поговорить. Не бойся, много времени я не отниму.

- Слушаю внимательно.

- Я знаю, что ты снова появилась в жизни моего сына, - зловеще тянет, надеясь меня испугать. - Так вот, как и одиннадцать лет назад, мне это не нравится. Тем более, когда он сейчас женат на замечательной девушке из интеллигентной семьи…

Хихикаю в кулак, вспоминая, как вопила «интеллигентная девочка» из-за «красной комнаты». Особенно унитаза.

- И я не позволю тебе из мести разрушить жизнь моего единственного сына. Поэтому уезжай. Забирай своего сына и уезжай. По-хорошему прошу.

- Нашего сына, Зоя Германовна, - поправляю яростно. - Нашего с Яном сына. Вашего родного внука, между прочим.

- Уже неважно, - отмахивается, как от мухи. - Ян женат. И у него всё хорошо: и в семье, и в бизнесе. А я не хочу, чтобы его брак был разрушен из-за какого-то мальчишки. А ещё…

- А ещё я просто неудобная невестка, - горько усмехнувшись, заканчиваю за женщину. - А ещё я могу рассказать ему правду. Правду, как его родная мать одиннадцать лет назад пыталась хладнокровно избавиться не от какого-то мальчишки, а от его сына. И вы прекрасно знаете, что Ян вам этого никогда не простит. Знаете и поэтому прискакали ко мне.

Зоя Германовна бледнеет, нервно ослабляет шарфик и расстегивает пуговицы пальто. Но собирает всю волю в кулак и невозмутимо продолжает с мерзкой полуухмылкой на губах:

- Твое слово против моего. Ян тебе, однажды предавшей, никогда не поверит. Так что самым лучшим будет для всех - уехать вам с сыном из города. Это не угроза, а мой тебе совет. Ничего личного, Нина, я просто защищаю своего сына. Что одиннадцать лет назад, что сейчас.

Заботливая мать лезет в сумочку и достает оттуда пухлый черный конверт.

- Вот. Я слышала, что сейчас у тебя сложно с финансами в связи с.… трудностями в общении с твоей семьей. Я помогу тебе, - подталкивает конверт ко мне. - Здесь достаточная сумма. Вам с сыном хватит на билеты и на первое время. Просто уезжайте. Яну скажи, что тебе предложили хорошее место в студии дизайна в другом городе. Он поймет и не будет препятствовать. Ты сможешь начать новую жизнь вдали от всех, да ещё и получать приличные алименты. Ян щедрый, сыну никогда не пожалеет денег. Так что ты от этого только выиграешь.

Всматриваюсь в лицо несостоявшейся свекрови, пока сказанное ею эхом оседает в стенах этого небольшого кабинета. Переползаю взглядом на конверт, что лежит между нами, как бомба с часовым механизмом, закручивая напряжение до отметки максимум.

Тик-так. Тик-так.

Она отсчитывает время до того, как я взорвусь.

- Я надеюсь, мы договорились? - чуть вздернув бровь, Зоя Германовна поднимается на ноги. Кивает сама себе и, не прощаясь, идет к двери. - Значит, договорились. Наконец-то единственное мудрое решение. Всего хорошего, Нина. И удачи на новом месте.

Бам!

Внутри меня происходит тот самый атомный взрыв.

- Зоя Германовна, - тяну, тоже вставая со своего места. Женщина оборачивается и проезжается по мне взглядом. - Вы кое-что забыли, - взглядом указываю на конверт. - Я ничего брать не буду. И, уж тем более, не собираюсь никуда уезжать.

По ее лицу проносится тень ярости и раздражения.

- Всё-таки я ошиблась и поторопилась с выводами... Не поумнела. А я ведь хотела по-хорошему…

Подхожу к этой сумасшедшей и медленно проговариваю, чтобы она поняла каждое слово:

- Знаете, Зоя Германовна, все это время я сомневалась, говорить ли Яну правду. Думала, как помягче ее преподнести. До сегодняшнего дня. Пока вы не пришли и с порога не начали мне угрожать и шантажировать. И именно сейчас поняла одно: я просто обязана рассказать Яну обо всем. Особенно про то, как вы чуть намеренно не убили его ребёнка.

Нина

- Леон, что с настроением? - ловлю нахмуренный взгляд сына в зеркале заднего вида.

Он вздыхает, прислоняется виском к окну и водит пальцем по стеклу.

Меня действительно всерьёз беспокоит его состояние.

Сын очень обрадовался, когда я сообщила, что Сережа ждет его на день рождения. С таким энтузиазмом с ходу начал перечислять, что хочет подарить другу, и о чем он мечтает. Мы вместе выбирали подарок в интернете и с любовью заворачивали его в упаковочную бумагу.

Но чем быстрее приближался праздник, тем сильнее грустнел мой малыш. И вот сегодня он проснулся совсем без настроения и собирался нехотя.

- Ты не хочешь ехать к Сереже? Вы что, поссорились?

- Нет, - буркает, даже не поворачивая головы в мою сторону и продолжая рисовать круги на чуть запотевшем стекле. - Очень хочу.

- Оно и видно, - хмыкаю. - Что тогда?

Леон тяжело вздыхает, со злостью хлопает себя по коленям и обиженно бубнит:

- Мы должны были идти с папой в кино на новогодний мультик, а он в командировку уехал! И на звонки и сообщения не отвечает! - добавляет обиженно, ударяя кулаком кресло.

Я разделяю чувства сына. Я сама зла на эту командировку.

Единственный раз, когда я решила набраться храбрости и рассказать всю правду о том, что произошло одиннадцать лет назад, Наумов резко сорвался по работе.

Зла не хватает!

Под яростные сигналы других водителей, потому что вовремя не заняла нужный ряд, резко перестраиваюсь в соседний и поворачиваю на дорогу, ведущую к поселку Сони.

С силой сжимаю руль. Или же случилось то, чего я так в глубине души боялась эти дни - я опоздала? Мать Яна снова что-то наплела ему, и Наумов просто исчез из нашей жизни?.. Ведь именно так он и поступил одиннадцать лет назад…

- Сынок, я понимаю твое расстройство, но не всегда все может быть так, как ты захочешь, - пытаюсь успокоить Леона, а заодно и себя. - Папа работает, и командировки - часть его работы. Но ты ведь можешь и сам ему позвонить.

- Я звонил! Он сказал, что занят и перезвонит позже.

Надавливаю на педаль газа чуть сильнее, чем нужно, из-за этого едва не пропустив нужный съезд.

- Перезвонил?

- Да. Но только мы недолго поговорили.…

- Но поговорили же! Папа кстати не сказал, когда приезжает?

- Сегодня. Но у него какая-то важная встреча, и мы увидимся только завтра, - бубнит обиженно, выпячивая нижнюю губу.

Паркуюсь возле ворот Сони и оборачиваюсь между кресел. Улыбаюсь, разглядывая своего забавного такого взрослого маленького мальчика.