Полно, полно меня утешать.

Скорби моей не будет конца,

Не перестану я сетовать в горести,

В неистощимых слезах.

Эпод

Хор Говорю, добра желая,

Как заботливая мать:

Полно горем множить горе!

Электра Есть ли отчаянью мера?.. Скажите,

Праведно разве не помнить умерших?

Неблагочестье кто станет оправдывать?

Мне от таких уваженья не надо…

Пусть я, счастьем владея, его не вкушу,

Если, крылья связав громких воплей своих,

Не ублажу отца!

Горе! Простерт он, нем,

Прахом стал, ничем,

А убийц его не постигла месть!

Значит, не стало на свете стыда

И благочестья

Нет более в сердцах у смертных!

Эписодий Первый

Хор И о себе и о тебе заботясь,

Я вышла, дочь. Но коль совет мой плох,

Мы за тобой идти готовы следом.

Электра Самой, подруги, стыдно мне: чрезмерно

Я предаюсь слезам. Не обессудьте, —

Я поневоле плачу. Кто из женщин,

Рожденных благородно, удержался б

От слез, такое в доме видя зло?

Оно же, с каждым днем и каждой ночью

Не убывая, все пышней цветет.

Во-первых, мать, моя родная мать

Врагом мне лютым стала. Во-вторых,

С убийцами отца в своем же доме

Я жить принуждена, от них завишу,

Они и дать и отказать мне властны.

О, что за дни я провожу, подумай,

Воочью видя, как Эгист на троне

Родимого сидит, в его одежды

Наряженный, — свершает возлиянья

У очага, где сам его убил!

И наконец — последнее бесчестье:

Лежит убийца нашего отца

В постели с нашей матерью злосчастной, —

Коль матерью еще возможно звать

Ее… с ним разделяющую ложе!

Какая наглость: жить с убийцей мужа

Как с мужем!.. Ей не страшен гнев Эриний,

Нет, словно похваляясь черным делом,

В тот самый день, когда родитель мой

Пал, умерщвленный по ее коварству,

В честь мертвого устраивает пляски,

Спасителям-богам приносит в жертву

Овец, — а я, я вижу все и, прячась,

Рыдаю, убиваюсь и кляну

Злосчастный «агамемноновский» праздник!^[14]

Ведь мне и плакать вволю не дают…

Потом она, с достоинством обычным,

Несчастную меня же попрекает;

«Ты, нечестивица, богов забыла!

Одна ль из смертных ты отца лишилась?

Одна ль горюешь?.. Пропадай же!..

Боги Подземные да не прервут твой стон!»

Вот как хулит… Но только слух дойдет,

Что близок брат Орест, летит ко мне

И в ярости кричит: «Ты виновата Во всем!

Не ты ль из рук моих когда-то

Похитила и увела Ореста?

Но знай-дождешься справедливой мзды!»

Так лается. Меж тем супруг светлейший,

С ней стоя рядом, вторит ей в подмогу, —

Он, весь разврат, весь подлость, он, который

Ведет сраженья женскою рукой!

А я томлюсь тоской, все ждут Ореста —

Когда ж придет наш истребить позор?!

Но нет его… Минувшие надежды

Погибли, нет и в будущем надежд.

Тут, милые, по праву можно стать

Несдержанной и неблагочестивой.

Да, злая жизнь толкает пас на зло.

Хор Ведем мы разговоры… а Эгиста

Здесь нет, скажи? Он вышел из дворца?

Электра Конечно. Будь он здесь, я за порог

Не перешла бы. За городом он.

Хор О, если так, готова я смелее

С тобою разговаривать, сестра.

Электра Его здесь нет, — все спрашивай что хочешь.

Хор Что нового о брате знаешь? Скоро ль

Прибудет он иль нет? Я знать хочу.

Электра Он обещал, но вот не держит слова.

Хор Большое дело делают — подумав.