Я опять зависла, разглядывая нашего нового преподавателя по экономике -

Арсения Геннадьевича Трубецкого. Как и большинство женской половины универа, я попала под его чары. Но я ж не дура и понимаю кто ОН, а кто я. И в отличие от других барышень, не пытаюсь его соблазнить и не бегаю за ним как верный песик. Только вот «пускаю слюни» во время его редких пар. Мне кажется его предмета должно быть больше. А возможно во мне говорят гормоны... Ну, ничего. Скоро это наваждение спадет. Я уверена. И я наконец-таки вздохну полной грудью… третьего размера, которую я так удачно прячу под одеждой. Потому что мне нужно чтобы заметили меня, а не мои нижние «глаза». Фигуру я свою прячу давно. Потому что на нее ведутся всякие моральные уроды. Когда я это поняла, то возненавидела свое тело и стала его скрывать свободной одеждой. Нет, я не стала одеваться как пугало, но одежда стала просторней, чем была раньше — ее цель была скрыть, а не подчеркнуть.

Подружки говорят, что я дура и такую фигуру нужно всем демонстрировать и гордиться. Я их мнение не разделяю. Тем более мне нравится учиться, а личная жизнь, судя по другим, выходит порой на первый план и мешает учебному процессу. Спасибо, мне такого счастья не надо. И вместо прокачки попы, чем занимаются в тренажерах залах мои подруги, а за одно и ищут себе кавалеров, я лучше прокачаю мозги. Они мне в дальнейшем пригодятся, а вот накачанная филейная часть принесет только больше внимания и проблем со стороны противоположного пола. И не является гарантом крепких и искренних отношений.

Я снова задумалась и совсем не заметила, как ко мне подошел профессор Трубецкой — моя тайная мечта, мое наваждение. Как бы банально не звучало, но как только он стал вести у нас пары, я потеряла покой даже ночью. Если днем я могла себя держать в руках, не делать глупостей и ни на что не надеяться, то во сне контроль мне был не подвластен. И в моих снах таки поселился этот красивый, накаченный (одежда его тело скрывает, но мне хочется верить, что под ней находится идеальное тело), высокий, умный и судя марке одежды и машины, далеко не стесненный в средствах. Что меня как раз совсем не волнует. Помимо привлекательной внешности, в нем есть харизма и внутренняя сила, которая к нему тянет. И я не знаю, как мне это остановить, потому что, когда я в него врежусь, меня просто размажет. И останется от меня только мокрое пятно. «Эх, Соколова, Соколова, что же тебе не училось спокойно», — пожурила я себя мысленно. Все же было нормально… пока на четвертом курсе не появился этот змей искуситель в лице преподавателя нашего вуза.

Когда я снова вынырнула из своих мыслей, я уже сидела на парте и Арсений Геннадьевич избавлял меня от одежды. Когда он добрался до моей груди, он даже присвистнул.

— Соколова, грех прятать такое сокровище! — И просто впился в мою грудь губами, как будто до этого он никогда не видел сисек. Не поверю. Ни за что. У него небось каждый день новая пассия, а может и не одна. Желающих, хоть отбавляй, судя по реакции студенток вуза и женской части педколлектива. Они чуть ли на него при людях не бросаются и не выпрыгивают из одежды. У нас даже преподы сейчас ходят с откровенными декольте и в чем-то облегающем, чтобы продемонстрировать все прелести. И некоторых дам не останавливает даже наличие мужа и детей. Очуметь. Что все так от него с ума то сошли? Да, красивый. Да, обаятельный и, видимо, обеспеченный. Но он же не один такой и это не повод изменять или бросаться на него как на кость всем скопом.

Поэтому я очень удивилась, почему профессору так понравилась моя грудь. Но как бы она ему не нравилась, но он все-таки продолжил свой путь и очень быстро оказался у меня в трусиках, не заметно расстегнув джинсы, а я поплыла и не удержала стон…

— Соколова, что с вами?

Голос профессора стал другой, и я очнулась… Он сидел за своим столом и внимательно на меня смотрел. Наверное, ждал ответа. А я залилась краской и начала собирать вещи со скоростью звука. Зашибись просто. Мои фантазии из сновидений уже просочились в реальность. Только этого мне не хватало.

«Соколова, ты попала!» — подумала я и тут же поспешила к спасительной двери.

И надеюсь, что эта же фраза, сказанная мужским голосом, мне показалась и это очередная моя фантазия…

— Ну, Соколова, ты попала! — Самопроизвольно вырвалось у меня, когда девушка уже почти покинула аудиторию.

Мало мне ее каждый день в университете лицезреть (хотя не ее одну, но почему-то только с этой девчонкой я не могу контролировать или предугадать свою реакцию), так она еще в этом «помогает». Что это мать твою за стоны? О чем она таком думала или о ком?

От последней мысли у меня вырвался рык. Никогда и ни на кого не было такой реакции даже в подростковом возрасте. И пугало больше то, что рядом с ней я терял контроль, что для меня не приемлемо и не допустимо. Я всегда мог это делать, пока в мою жизнь не вошла, нет, ввалилась Соколова. Теперь это стало делать в разы труднее, а раньше особых усилий не требовало.

Я помню, как она в первый день нового учебного года и по совместительству мой первый рабочий день, споткнувшись, упала к моим ногам на одном из этажей. Благо никого рядом не было. Я помог ей подняться и забыл, пока она не стала все чаще и чаще мелькать у меня перед глазами (случайно или специально, пока не могу утверждать). Видимо кому-то этого было недостаточно и выяснилось, что основной курс я вел именно у той группы, в которой училась девушка. Зашибись просто. Я так был расстроен, что сказал это вслух при студентах и даже не заметил в отличии от окружающих. Но акцентировать внимания никто не стал, потому что не поняли в чем именно было недовольство нового преподавателя или поняли по-своему.

— Как будто все сговорились. — Продолжил я размышлять над этой ситуацией после пар.

Я мог конечно попросить дядю поменять меня с кем-нибудь, но я же не трус, чтобы бояться какую-то девчонку. Справлюсь. Но с каждым днем это делать становится все сложнее и сложнее. И я сам не могу понять, почему на ней меня так переклинило.

Никогда не обращал внимание на студенток. И не сказать, что в ней есть, что-то выдающееся или сверхъестественное. Обычная девчонка. Носит свободные вещи. Сказать, что выглядит как чучело? Нет. Модно и красиво. Но ничего не обтягивает. Ничем не привлекает мужскую сущность и взгляд. Оказывается, это еще хуже. Больше хочется узнать, что под этим все спрятано.

Хотя, чем меня можно удивить? Что есть такого у нее, что я еще не видел? Но тянет к ней меня капец как. Думал, что это из-за отсутствия секса. Нет. У меня его было в избытке, а вот сейчас наоборот наступил незапланированный целибат, потому что после того как эта малявка попала в поле моего зрения, женский пол перестал для меня существовать и желаю я теперь только одну женщину — свою студентку. Банально на других не встает.

Очаровала что ли? Хотя я не заметил в ней женской хитрости или флирта. А я вроде до сегодняшнего дня неплохо в людях разбирался. Но вдруг мне похоть просто застилает глаза? Надеюсь, что нет.

По ее реакции не видно, чтобы я ей был симпатичен — вон как от меня деру дала, да и лишний раз боится взглянуть, подойти или задать вопрос на парах. Если не нравлюсь, то мы это исправим — я умею очаровывать женщин. А если не поможет — придется привыкать. Соколова, ты точно попала, так попала — ты будешь моей и точка. Я так решил. К черту принципы и чужое мнение.

Если я ее не заполучу в ближайшее время, то просто свихнусь, а мне нужна ясная голова — бизнес ошибок не прощает. Так как преподавание — просто хобби и временно (такая себе отдушина), а так у меня свой бизнес и не малый, который требует ясную голову.

Пока наваждение не спадет, придется меня терпеть. — Продолжал я мысленный разговор с собой, как будто Соколова меня слышит. А мне и не надо. Так как ее согласие уже не требуется, если я решил.