— Потенциально, — ответил Энтони. — Поэтому меня и направили в градуату.

Они поднялись по лестнице. И пошли по коридору. Широкому коридору, с тёмными деревянными панелями на стенах, высокими арочными двухстворчатыми дверьми такого же цвета. На стенах бронзовые светильники. На полу снова дорожка, на этот раз светло-коричневая.

— Наши целители… Энтони, — заговорил Маркус. — Оценили ваши действия, как правильные и своевременные.

— Мне часто приходилось сталкиваться с истощениями, — ответил Кольер.

— И с травмами головы? — с лёгкой улыбкой спросил Брут, покосившись на собеседника.

— Я всё же собираюсь быть целителем, — ответил Энтони. — Изучаю самостоятельно. Кстати, как та девушка?

— Благодаря вам, Энтони, — ответил Маркус. — С ней всё в абсолютном порядке.

— Моей заслуги тут немного, — заметил Энтони. — Травма только выглядела страшно. Крови натекло много, но голова была не пробита, как я думал. Странно было то, что рана выглядела… нанесённой. Не похожа на случайную.

— Теперь уже это вряд ли удастся прояснить, — заметил Брут. — Кто знает, что там случилось при панике.

Ведший их мужчина остановился у одной из дверей по правой стороне.

— Доминусы, — предупредил он и положив руку в белой перчатке на дверную ручку левой половины двери.

И нажав на неё. А через пару пару мгновений дворецкий открыл дверь, но правую. Отворив, мужчина сделал шаг вправо и склонился.

Маркус вошёл первым. Энтони последовал за ним. И попал в гостиную. Что несколько удивило, ибо он ждал кабинет. А это была именно гостиная в светлых тонах и небольшая. Метра четыре в ширину и может пять в длину. Светло-серый ковёр на полу. Справа от двери круглый стол из светлого дерева с полированной столешницей, рядом с ним изящные стулья в бело-золотом колере, с мягкими сидениями и круглыми спинками.

На стенах тканевые обои, белые, с рисунками деревьев чёрным цветом. В торцевой стене напротив входа три высоких арочных окна, в обрамлении белых штор до пола. А потолок тут… Метра три будет. Лепнина с позолотой…

Слева от двери, ближе к торцевой стене с окнами, имеется мягкий уголок. Журнальный столик, рядом с ним вдоль стены диванчик. По торцам столика два кресла. И ещё один диванчик, напротив первого. Вся мебель в том же стиле, что и стулья: белое с золотым и ажурное.

С диванчика поднялась девушка, в длинном платье жёмчужно-серебряного цвета. Приталенном, с декольте… Честно говоря, Энтони платье не рассматривал особо. Времени не было. Потому что принцесса подошла к нему.

— Господин Кольер, — улыбнулась девушка. — Очень рада вас снова видеть.

И руку протягивает. Причём, по-мужски, для рукопожатия.

— Ваше высочество, — Энтони осторожно пожал ладонь дамы.

Голос его был хрипловат. И если бы вы видели Мирабэль Катон, тоже бы захрипели. Вчера, в полумраках и в ситуациях, которые не располагали к изучению фактур, принцесса не казалась… Вот такой.

Насыщенно сапфировые глаза. Утончённые черты лица, но никакой мягкости. Вот это, чёрт возьми, и прихватывает. Холодная, совершенная красота… оружия. Дорогого, шикарного, но оружия. Такое ощущение, что творец сущего задался целью создать идеальный образ воительницы. И всё же в меру. Глаза большие, но не огромные. Губы не тонкие и не пухлые. Единственное, что лицо больше… Хищное, но так образ жизни у дамы какой. На аренах биться, знаете ли, не каждый мужик, даже маг пойдёт.

Что-то скандинавское в облике. И статями девушка впечатления хрупкости совершенно не производит. Платье скрадывает это, но у Мирабэль достаточно широкие плечи, она вообще крепкая. Что называется, кровь с молоком. Убойное сочетание юности, редкой красоты и здоровья. И да, к этому она ещё и очень сильный маг.

«Старшой! Ты руку-то отпусти!»

— Извините, выше высочество, — опомнился Энтони.

— Ничего, — ироничная улыбка девушки. — Прошу вас… Энтони.

Она сделала приглашающий жест в сторону дивана. Энтони кивнул и прошёл, куда было указано. Он испытывал что-то типа лёгкого оглушения. Нет, всё нормально, соображалка работает. Просто… Ну, вы понимаете, дева… Вдохновляет. Прям на подвиг. Зарезать кого-нибудь огнедышащего, например.

Принцесса присела на диванчик напротив гостя. Брут занял дальнее кресло с торца.

— Энтони, — и опять эта улыбка, от которой что-то в груди ёкает. — Позвольте мне выразить глубокую признательность за вашу помощь.

— Это был мой долг, — чуть сипло ответил Энтони. — Как… эм, человека благородного.

— К моему стыду, как представителю дома Катонов, эквес Империи показали себя в этом не с лучшей стороны, — произнесла девушка.

— За своим любопытством, — заговорил Маркус. — Я забыл тоже поблагодарить вас, Энтони. Ваша помощь была крайне своевременной. Признаться, в тот момент силы меня совершенно покинули.

Кольер кивнул, нахмурившись.

— Энтони, — мягкий и доброжелательный тон от принцессы. — Скажите, как же вы оказались в тот момент на вилле?

— Хм, — Энтони собрался, отыскивая в голове заготовку. — Видите ли, ваше высочество, я видел бой.

— Энтони служил, — добавил Маркус.

— Вот как? — чуть подняла брови Катон.

— А судя по тому, что я видел в атриуме того дома, — продолжил Энтони. — Мне подумалось, что может понадобиться помощь. Поэтому, отправив спутниц, я и вернулся. Прошу простить, что не вмешался в сам бой, я просто не успел. Да и думаю, мало чем бы смог помочь, если уж маг вашего уровня, ваше высочество, получил такое истощение.

— Вы определили мой уровень? — с любопытством спросила Катон.

— Я сделал вывод по тому, с какой скоростью ваш археум принимал магию, — ответил Энтони. — Думаю, уровень… М-м, по имперским критериям, полагаю, не ниже золота.

— Для того, чтобы так определить, Энтони, — произнесла принцесса. — Нужно иметь опыт. Вы часто работаете с истощёнными магами?

— Да, поработал немало, ваше высочество, — ответил Кольер.

— В том числе и моего уровня? — тут же спросила Катон.

— Да, в том числе, — ответил Энтони. — На этой основе меня и направили учиться дальше.

— То есть, нам очень повезло, что именно вы оказались там, Энтони, — серьёзно произнесла принцесса.

— Воистину, — добавил Брут. — Вас вела Децима.

— Скажите, Энтони, — голос Катон снова стал мягким.

И улыбкой ещё долбанула, да прямо по мозгам.

«Если панночка вот такая была, то Андрия Бульбу можно понять».

— А кроме нас, — продолжала принцесса. — Вы кого-то ещё на вилле видели? После того, как сбежали остальные?

— Хм, — Энтони свёл брови. — Простите, ваше высочество. Я не могу ответить на ваш вопрос. Я дал слово.

— Возможно, я облегчу вам ответ, Энтони, — заговорил Маркус Брут. — Максим Нуммус. Он помог нам в том бою. Собственно, узнать мы хотим, всё ли в порядке с ним?

Энтони ответил не сразу, изображая колебание.

— С ним всё в порядке, — ответил он, наконец. — Довольно сильное истощение, но от помощи он отказался.

— Вы знаете его, Энтони? Близко? — вкрадчивый, ласковый голос Катон.

— Некоторое время служили на одном аванпосту, — ответил Кольер. — И нет, близко не знаю. Он вообще… Человек, скажем так, очень своеобразный. Встретив его тут, в Империи, я сильно удивился, думал он вообще Анджаби не покидает…

И Энтони осёкся, якобы поняв, что слишком разговорился. Пропустил по лицу досаду. И сделал хмурую маску, опустив взгляд.

— Кстати, Энтони, — тон принцессы сделался ироничным. — Насчёт той девушки, мисрийки. Которую вы спасли вместе с нами.

«Чё это он лыбится?» — Энтони боковым взглядом заметил выражение лица Брута.

— Вы знали, что она колон? — спросила Катон.

— Кто? — не понял Кольер.

— Колон, рабыня, — пояснил Маркус. — Вы должны были заметить на её шее ремешок.

Энтони покопался в памяти.

— Честно говоря… А-а, да, было, — кивнул он. — Из чего-то гладкого. Мне он мешал, и я его убрал. Но…

— Это и есть лорум, — пояснил Брут. — Знак колона. На нём прописывается имя владельца.