Светлые эльфы. Те, с которыми молодое человеческое государство Авентия находится в состоянии «тихой войны». То есть, с виду все тихо-мирно, но один неверный шаг – и пиши пропало. Развяжется очередная война, которая, скорее всего, на месте Авентии оставит мокрое место. Но и эльфы наверняка сильно пострадают. Как-никак, за людей и тролли, и гномы выступят. Ведь выступят же? С орками, правда, не все так гладко. А оборотни сейчас живут сами по себе, в своей Великой пустыне. Об этом и о многом другом я исподволь узнавала с раннего детства, вслушиваясь вечерами в неспешные рассуждения старших. И теперь понимала, насколько они были правы.

Сколько бы недостатков ни имел нынешний правитель Авентии его величество Арлан Первый, а в отсутствии дальновидности его обвинить нельзя. Чего стоит один лишь союз с темными! И ловкий ход по обмену студентами. Нет, ну на кой темным эльфам обучение в нашей Школе Магии, будь она трижды магической и четырежды прославленной своими выпускниками? Всем дроу на нее, по правде говоря, начхать. Да и в преподавателях здесь ни одного темного не числится. Значит, дело совсем не в образовании, а в государственной политике.

Я чуть ли не впервые призадумалась над происхождением Надаля. Отпрыск правящего рода, пусть даже и незаконный, – это вам не шутки. А сам эльфик ни о чем не догадывается. Или знает, но молчит? Одному демону известно, что творится в голове у темного. Сдается мне, не зря сюда отправили именно его.

А кто же тогда второй? Этот, с алхимического… Ридталь Шессинарх. Из опального рода. Ну-ну. Врагов короны правители обычно предпочитают держать поближе – желательно в подземельях под королевским дворцом. Или где там у темных узилище. Стало быть, «немилость» – тщательно продуманная интрига. Как бы так с ним познакомиться поближе и невредимой остаться? Что-то мне подсказывает, Надаль – далеко не самый опасный экземпляр. Его собратья могут оказаться гораздо хуже.

В этот момент дверь отворилась, пропуская в комнату нашего хмурого эльфика. С апельсинами в руках! Я едва сдержалась, чтобы не хихикнуть – уж больно смешной у него был вид – и, не мешкая, выдала:

- Привет! А почему ты нас все-таки не познакомил с Ридталем Шессинархом? Опасаешься конкуренции?

Надаль прямо-таки посерел от злости. Все заготовленные слова относительно моего самочувствия – если таковые имелись – он проглотил и явно всерьез раздумывал, закопать ли меня тут же сразу под окном лазарета, или прежде все же узнать, на кой демон мне сдался этот темный алхимик.

Поразмыслив, эльф сначала решил получить от меня нужную информацию, а потом уже рыть для меня ямку. А еще меня любопытной называет! На лице его ясно читалось: эх, не была б ты сейчас в лазарете…

Понемногу темный успокоился и возвратился к своему более привычному черному цвету. С чуть более кровожадным, чем мне бы того хотелось, блеском в алых глазах он прошипел:

- Познакомлю, ессли ты так хочешшь. Но на приятельсские отношшения с этим эльфом можешшь не рассчитывать.

На том и порешили.

После визита темного (окончившегося моими стараниями очень скоро) я наивно подумала, будто меня оставят в покое. Но не тут-то было! Вторым визитером оказался не кто иной, как магистр Стэйн Бэрс собственной персоной.

Выглядел он, прямо скажем, не ахти. Уставший и явно не в духе. Ну а к растрепанной шевелюре я уже начала привыкать, хотя иногда с трудом подавляла желание провести по его волосам рукой. Причесать.

- И когда же ты успела обзавестись столь опасными врагами, студентка Виттарина Эль-Кет-Айна? Тьма, эти семь дней запомнятся мне надолго. Кстати, на будущее. Когда станешь использовать непроверенный телепорт, учти, в следующий раз я могу и не успеть. Я истинный оборотень, но все-таки не всесилен.

Мысли заметались в моей многострадальной голове, точно вспугнутые птички, с разбегу ударяясь одна о другую. Вот оно как. Теперь я еще и своим спасением Стэйну обязана. Тут одна из «птичек» особенно настойчиво постучалась в мозг своим острым клювиком. Семь дней?! То есть я тут уже неделю валяюсь?

Магистр с невозмутимым видом наблюдал за мной. Видимо, на моем лице отразились все мысли, потому что оборотень вздохнул. Пожал широкими плечами. И пустился в объяснения.

- Семь дней, на самом деле, недостаточно для восстановления твоего организма после почти полной потери магических способностей. Твой резерв вычерпан почти до дна. И в ближайшее время от применения магии тебе придется воздержаться.

Некоторое время я молчала, осознавая сказанное магистром. Затем все же поинтересовалась:

- И сколько продлится это ближайшее время?

- Примерно месяц. По крайней мере, так утверждает лекарь Школы, и у меня нет оснований ему не доверять.

- Месяц?! Да я… да меня же так отчислят, сессия ведь на носу! Как я без магии-то…

- Не отчислят. Если резерв не восстановится до экзаменов, будешь сдавать только теоретическую часть. А на моих практических занятиях вам пока магия не понадобится. Все равно управлять ею на тренировках ваша группа сейчас не в состоянии.

Ну-ну. Насчет вампира и ушастого я бы по данному вопросу поспорила. А впрочем, магистру виднее. Мысль о том, что я осталась без капли магии, удручала. И, видимо, эта самая мысль была написана у меня на лице, потому как Стэйн решил меня «утешить»:

- Все могло окончиться гораздо хуже. Ты легко отделалась. А то ведь осталась бы не только без магии, но и без головы. Странно. Обычно светлые действуют гораздо тоньше и… эффективнее. Теряют навык? Или подумали, что с первокурсницей справиться легко, и прислали не самого опытного исполнителя.

Меня накрыло волной запоздалого ужаса, и потому я не сразу сообразила, что именно сказал магистр об эльфах. А когда сообразила, тот уже собрался уходить.

- Ладно. Восстанавливайся. Дня через два можешь покинуть лазарет. Но с территории Школы теперь – никуда. Ни телепортом, ни пешком. Постарайся ни во что не влезать и держись поближе к Виралу. Его я уже проинструктировал. Ну, или к Надалю. – Куратор едва заметно нахмурил брови и направился к двери.

- Постойте. А почему вы уверены, что на меня напали именно светлые эльфы?

Да, вопросов на языке вертелось множество, но этот в данный момент я посчитала самым животрепещущим.

- Все просто. Ты же заклинательница. А они, по законам светлых эльфов, подлежат уничтожению. Поэтому настоятельно рекомендую за пределы территории Школы сейчас не соваться.

Опять эта чушь про заклинательницу! Я почти разозлилась, но тут меня посетила еще одна светлая мысль. И вдогонку магистру, уже взявшемуся за дверную ручку, полетело следующее:

- Я давно хотела у вас спросить…

- Да?

- Истинные оборотни, они ведь прямые потомки первородных стихий.

- Так и есть.

- Значит, вы – боги?

Я едва ли ни впервые видела, чтобы магистр так хохотал. Долго и самозабвенно.

Вдоволь повеселившись, Стэйн Бэрс, наконец, ответил:

- Боги – это те, кто может управлять не только своим будущим, но и судьбами своих приверженцев. Мы же порой даже не можем сменить ипостась и затем снова обратиться без посторонней помощи. Хороши боги. – С этими словами он вышел из комнаты, оставив меня в смешанных чувствах, разобраться в которых мне толком не дали – пришел лекарь, имени которого мне сообщить никто не удосужился, и наложил сонное заклинание.

Авентия, лазарет, затем пустырь  Школы Магии, год 999-й от основания, месяц метелей, число 10-е.

На следующее утро первыми визитерами стали явно выведенный из обычного равновесия Пышик и Селена, пытавшаяся веселой болтовней прикрыть смятение, мелькавшее в черных глазах. Я почувствовала себя виноватой. Конечно, было приятно, когда о тебе беспокоятся, но доставлять друзьям лишних забот не хотелось. А затем и Миран с Исил подтянулись. Стихийник был в этот раз непривычно молчалив, орка же и подавно словоохотливостью не отличалась. Надаль нарисовался последним, неся… охапку неизвестных мне цветов. Нечто среднее между огромными аквамариновыми мариниями (1) и ксифинишами (2) – таких цветочков я никогда раньше не видела (3).