- Да уж, это ты точно сказала, — рассмеялась я, припомнив, какие лица были у парней, улепетывавших со всех ног.
Надаль не разделял наших мирных намерений (что поделаешь, дроу вообще народ довольно кровожадный и мстительный, иначе им в своих пещерах не выжить), но отступил перед железной женской логикой и не стал высказываться.
Ветерок же, беспечно хохотнув, быстренько перевел тему разговора:
- А с растением что делать будешь? Ведь, если ты его здесь бросишь, твой недавний акт милосердия останется незамеченным на фоне будущих роскошных обедов.
Я разозлилась.
- Буду рада выслушать все предложения по данному вопросу!
- Может, ей Мирана скормить? Двойная польза будет – и растение довольно, и одним болтуном меньше станет, — съязвила нимфа.
- Полноссстью поддерживаю, — злорадно поддакнул темный.
Стихийник заметно побледнел и попятился. Положа руку на сердце, я его понимаю – никому не захочется так глупо и бесславно погибнуть во цвете лет, сгинув в пасти какого-то (пусть даже чрезвычайно редкого) прожорливого растения. Мне даже стало его немного жаль, и я произнесла:
- Я имела в виду РАЗУМНЫЕ предложения. А ты что скажешь? – обратилась я к предполагаемой жертве шмикотивки.
Ветерок, осознав, что есть его сегодня не будут, заметно приободрился и высказал свои соображения.
- Может, леди Мелиссе ее отнесем? Думаю, она не откажется от еще одного редкого экземпляра.
- Отлично. Вот ты и понесешь, – совершенно спокойно ответила я.
- Но как? Ты хотя бы в размерах ее уменьши. Ну как в прошлый раз, — взмолился Миран.
- Ты же умный, практически полностью обученный боевой маг, в отличие от меня, мягкотелой травницы. Так что решай свои проблемы сам, а не перекладывай их на хрупкие девичьи плечи, - и, не обращая больше на него внимания, я повернулась к Селене:
- Пойдем уже, а то с такой скоростью мы до центра за неделю не доберемся.
И под громкий хохот нимфы и дроу, в полной мере оценившим мое чувство юмора, мы покинули стихийника, с несчастным видом глядевшего на растение, которое ему предстояло транспортировать до Школы Магии и вручить дриаде.
Примечания
(1) «Следи за своими словами, тупой грязный волколак! Лучше тебе спрятаться в ту дыру, откуда ты только что вылез! Иначе я забуду о своем обещании прекрасной госпоже не мараться о таких, как ты, и превращу тебя в жирного черного паука!» - Перевод, данный позже по моей просьбе самим же темным эльфом.
ВОПРОС ОДИННАДЦАТЫЙ: КАК НАЙТИ ПОДХОДЯЩИЙ НАРЯД ДЛЯ НИМФЫ?
ВОПРОС ОДИННАДЦАТЫЙ: КАК НАЙТИ ПОДХОДЯЩИЙ НАРЯД ДЛЯ НИМФЫ?
Многочисленные мелкие лавочки Айраналя – настоящая золотая жила для
мошенников,именующих себя красивым новомодным словом «стилист».
Наша беда в том, что талантов вискусстве шитья одежды становится с
каждым годом все меньше – их заменяют жалкие подделкипод эльфийский
крой. О качестве ткани в таких случаях вообще говорить не приходится.
Из столичной газеты «Вечерняя Авентия»
Авентия, центр Айраналя, год 999-й от основания, месяц золотых листьев, число 2-е.
Лишь пройдя несколько десятков шагов, я поняла - Надаль увязался-таки за нами, и припомнила, что даже не поинтересовалась причиной появления наших одногруппников, да еще в таком странном составе, на той злосчастной площади.
- А, кстати, чем это вы двое занимались в кустиках? За нами следили?
- По поводу стихийника ничего сказать не могу, так как понятия не имею, какая бездна находится в голове у этого шалопая, – с готовностью отозвался Надаль. – Ну а я просто хотел немного присмотреть за тобой. Мало ли что в незнакомом городе может случиться. Видишь, я был не так уж и неправ.
Странное дело, но злиться и раздражаться сил у меня уже не было — слишком уж длинный и насыщенный событиями день был сегодня. А потому уразумев, что дроу просто так от нас не отцепится, я устало вздохнула:
- Ладно. Идешь с нами, при условии, что будешь изображать нашу глухую и немую тень.
- Хорошо, хоть не слепую, и на том спасибо, — подозрительно радостно сказал Надаль, и, игнорируя обжигающие холодом взгляды Селены, которую явно не устраивал такой поворот дела, мы доплелись-таки до центра и стали заглядывать в каждую модную лавку в поисках достойных, но в то же время практичных одежд для нимфы благородных кровей.
Авентия, АВШМ, год 999-й от основания, месяц золотых листьев, число, между прочим, до сих пор 2-е, демон бы его побрал!
Поздним вечером, или, вернее сказать, ночью, ибо на черном осеннем небе уже проклюнулись звезды, а прямо над нами висела довольная собою круглая желтая луна, мы вернулись обратно. Изрядно потрепав нервы себе и друг другу, в том числе и измученному нашим походом темному эльфу. Вот кто бы мог подумать, будто у них настолько тонкая душевная организация? Или это нам такой неуравновешенный попался? Он клятвенно заверил нас в том, что он больше никогда не будет участвовать в совместных мероприятиях подобного рода. И слава за это всем известным и неизвестным мне богам и демонам, ибо мне, равно как и нашей распрекрасной нимфе, мало понравились замечания и комментарии дроу, бессовестно нарушившего свое обещание молчать в процессе обновления гардероба Селены. Например, шуточки вроде: «Зачем тебе это сейчасс, ведь карнавал у насс только в месяце метелей». Или: «Если ты хочешшь ссоблазнить нашего куратора в целях получения хорошших оценок, то тебе дейсствительно сстоит приобрессти это платье. Но в удачном иссходе этого предприятия я ссовсем не уверен, так как, по сслухам, магисстр предпочитает ледяным крассавицам не в меру хрупких и исстеричных дриад».
Последняя реплика вызвала бездну возмущения у Селены и целую серию огненных шаров, самопроизвольно сорвавшихся с моих рук. За прожженный в нескольких местах настенный ковер пришлось платить хозяину лавки отдельно. Дроу, естественно, увильнул. А моя реакция была, я думаю, совершенно оправданной. Ведь, судя по обрывку разговора, невольно подслушанному мной у дверей кафедры, и изжеванному виду магистра Стэйна, а также по рассказу нимфы, одна конкретная дриада ему теперь нравилась не больше, а может и меньше, чем мне. Да и вообще…
Ладно, главное, мы купили вещи, которые устроили нас с Селеной (и даже были одобрены Надалем, хотя его мнения никто и не спрашивал): три пары практичных, почти немнущихся, узких брюк черного, серого и темно-зеленого цветов, столько же камзолов на тон светлее, чем брюки; две дюжины отличных шелковых и хлопковых рубашек — девять попроще, с v-образным вырезом и отложным воротничками, а остальные – более парадные и аристократичные – с вырезом под горло или кружевными воротничками и манжетами, спускавшимися до середины кисти руки. А также пять пар изящных черных и коричневых ботиночек и полусапожек на маленьком, несмотря на протесты нимфы, каблучке из мягкой кожи с заостренными мысками, для удобного вдевания в стремена. Хотя какие тут могут быть лошади? Я уже не упоминаю о мелочах вроде ремней, платков, белья и тому подобных вещей, которых мы тоже приобрели с избытком.
Нагруженные свертками (да-да, все — и темный тоже), что называется, усталые, но довольные, мы, с грехом пополам, пробились через магическую охрану общежития в лице растрепанного и заспанного тролля. Пропустившего нас только по той причине, что он признал во мне свою дальнюю родню, после того как я начала ругаться по-тролльи и вспомнила парочку фирменных дедушкиных выражений. Доползя до двери нашей комнаты, мы царственным жестом отпустили нашего темного эльфа, которому выпала честь нести немалую часть накупленных нами вещей. Роль королевской особы, милостиво отпустившей своего слугу передохнуть немного после тяжелого трудового дня, исполняла, конечно же, Селенаринаранарилиа.
