Я описываю Айраналь так подробно, дабы стало понятнее, почему люди здесь почти не пользуются транспортом. Да – да, не удивляйтесь, никаких карет, повозок, лошадей и тому подобного вы в центре города не встретите. Конюшни и ипподром тоже, кстати, находятся на окраине, только в южном конце, поближе к городским воротам, потому как лошади необходимы только для передвижения за пределами столицы. Так что здесь довольно чистые улицы и можно ходить пешком, не рискуя наступить на кучку навоза.

Ну а для королевской семьи и высшей знати предусмотрены носилки. Маги тоже не чувствуют себя ущемленными в правах — телепорты-то никто не отменял. К сожалению, к нам это пока не относится – у нас первое занятие по теории телепортации только в следующем месяце значится, а уж когда мы эту науку освоим настолько, чтобы свободно передвигаться по городу, и вовсе не известно.

А к высшей знати нас как-то никто не причислял и потому носилок не выделил, хотя Селена по своему поведению меньше, чем на принцессу, не тянула. Видимо, дело было в том, что мы являлись студентами, а им подобной роскоши не полагается. И, вообще, они должны учиться, а не по городу в поисках сомнительных приключений шастать. Так объяснила мне ситуацию нимфа, недовольная тем, что пришлось идти пешком. Ну, подождите, вот скоро телепортацию освоим, и тогда, прощайте, спокойные улочки – будущие маги прибыли! А сегодня пошли мы на своих двоих.

И вот что-то мне подсказывало, будто гуляли мы не в гордом одиночестве, как бы нам того ни хотелось. Спиной я отчетливо ощущала чей-то настойчивый взгляд, о чем и сообщила нимфе. В тот момент мы находились на небольшой площади в двух шагах от таверны, украшенной многообещающей вывеской «В дрова!», с обшарпанной дверью, висевшей на одной петле, и покосившимся крыльцом. Обе стороны площади украшали буйно разросшиеся дебри орешника и пыльных акаций. Селена деловито огляделась кругом, остановилась ровно посередине площади и громко возвестила во всеуслышание:

- Предупреждаю — если тот, кто нас преследует, немедленно не покажется и не объяснит, какого демона ему от нас нужно, то в этом, без сомнения, прекрасном городе наступит преждевременная зима, а нарушивший наш драгоценный покой будет украшать собой эту чудную площадь в виде ледяной скульптуры.

Неизвестно, дошел ли смысл ее слов до того, кому они предназначались, или он просто устал хранить инкогнито и решился выйти из тени, но на милую просьбу Селены показать свой дивный лик откликнулись сразу четверо.

Из здания таверны вывернули два дюжих молодца, явно не шибко трезвые, которые, синхронно икнув, заявили, окинув взглядом наряд нимфы:

- Шикарно выглядите, девочки!

- А не выпить ли нам вместе?

- Не выпить! – с угрозой произнес Надаль, вылезая из кустов.

- Даже не предлагайте, видите, сегодня девочки не в духе. Чем-нибудь этаким в вас швырнут, а мы потом разбирайся, кого из вас как звали и как то, что от вас останется, родным отослать, — гораздо более дружелюбно сказал Миран, появляясь из зарослей на противоположной стороне.

- А вы что здесь делаете? Просто никакого покоя нет! – начала верещать Селена.

Насчет покоя я была с ней полностью согласна — из дверей кабачка вывалился еще один субъект, точная копия первых двух, только с кружкой пива в руке, и, в свой черед, громко икнув, вопросил:

- А чего здесь такое делается?

Никто не нашелся с ответом (или не счел нужным). Верзила тем временем присмотрелся к нам получше и удивился:

- Да это никак настоящий дроу! Ишь ты, а чего вам в подземельях-то не сидится? Смотри-ка, и эльфийка с ними! – в очередной раз изумился детина. Очевидно, несмотря на тролльи уши и рост, в эльфийки записали меня.

- Dalhaar libria shaess liesshaeri amadanshezzeil! Basshara shessi teshaar inssetto resk’afarishh shekh sessaere teskshaa! Horsssh essa errdegahrr malar heri ssin’urn no natha luethh keeshaar shessa tesserin shakken! (1) — гневно прошипел Надаль.

То ли парень был слишком пьян, то ли участок мозга, отвечающий за инстинкт самосохранения, ушел куда-то прогуляться, а, может быть, мозг в этом мощном организме начисто отсутствовал, не знаю. Только вот угрозами Надаля, выданными на темноэльфийском, он нисколько не впечатлился. Или просто языками не владел. Хотя сейчас того, что эльф взбешен до крайности, не понял бы лишь слепоглухонемой идиот. Он продолжил наступательные движения в нашу сторону, потрясая огромной кружкой, точно мечом, и умудряясь не пролить ни капли пива. Видимо, сказывались долгие годы практики.

Но дойти до своей цели он не успел: мощным порывом ветра его откинуло к ближайшим кустам, где он был грациозно проглочен шмикотивкой моего собственного производства (сегодня мне особенно удавался именно этот вид растений), к данному моменту успевшую вырасти до размеров злополучной таверны. Последнее, что нам удалось увидеть – это обалделое выражение на физиономии горе-выпивохи, тут же исчезнувшего в пасти растения. Хотя ему, можно сказать, крупно повезло. Ибо в процессе импровизированного полета, устроенного, конечно, Мираном, ему удалось избежать парочки ледяных молний, которые врезались в стоящее тут же деревце (тополь, кажется, точнее не скажу — когда я обратила на него внимание, он уже оледенел). А также странной липкой паутины, где копошились подозрительно зубастые маленькие паучки.

Я с интересом глянула на темного эльфа, но промолчала – в конце концов, у каждого могут быть свои маленькие секреты. Да и сейчас было неподходящее время для подобных расспросов.

- Ну и что мы теперь будем делать? – спокойно вопросила нимфа, выделив слово «теперь». Будто мы вышли на прогулку, и ничего особенного не произошло, так, комара прихлопнули.

- Фу! – вместо ответа громко скомандовала я. Шмикотивка весьма неохотно выплюнула прямо к нашим ногам свою законную добычу — огромный, отвратительно пахнущий комок серой слизи.

Все, кроме меня, попятились и зажали носы. Остальные два молодца, столь неудачно предложившие нам выпить, и до настоящей поры прикидывавшиеся неизвестными мне предметами мебели, дружно попытались скрыться за дверью забегаловки. Это им не удалось, отчасти из-за того, что дверь была одна, а их двое, отчасти из-за моего грозного оклика: «Куда?! Стоять!», заставившего их подпрыгнуть на добрых полтора фута. Крылечко трактирчика, где они упражнялись в прыжках в высоту, не выдержало и, напоследок горестно скрипнув, развалилось на три части.

Воспользовавшись невольной заминкой двух горемык, вызванной их внезапным падением, я поинтересовалась:

- Здесь какой-нибудь пруд есть?

- Э-э… чего? — неуверенно откликнулся один из парней.

- Я спрашиваю, пруд, или на худой конец, ручей поблизости имеется?

- Фонтан не подойдет? —  робко вставил второй верзила, в задумчивости почесав затылок. – А вам зачем?

- Не мне, а вам. Будете его, — я ткнула пальцем в сторону кучи слизи, — отмывать, причем в срочном порядке, иначе эта дрянь так присохнет - нипочем не отдерешь. Ну-ка, живо, ноги в руки, и вперед – водные процедуры принимать, — прикрикнула я на ошалелых детинушек, резво соскочивших с остатков крыльца и рванувших куда-то все в те же заросли. Понятное дело, по пути они захватили с собой третьего неудачника, так и не ставшего обедом для голодной шмикотивки. Кстати, что делать с ней, я понятия не имела, а пока решила все оставить, как есть.

- Какая-то ты чересчур мягкотелая для мага – боевика, — задумчиво проговорил Миран, — ну, стало бы на свете одним мужиком с пивным брюхом меньше — никто б даже и не заметил. Может, тебе лучше в травники податься — никого убивать не надо, по крайней мере, напрямую – вари там себе зелья разные…

Эльф злобно рыкнул, но ответить не успел, потому что в разговор вмешалась Селена:

- Извини, конечно, но ты абсолютно ничего не соображаешь. Зачем нам уничтожать мирных жителей, виновных только в том, что они малость перебрали? — Угу, значит, льдом швырялась не она, или я чего-то путаю? Возможно, нимфа это делала с самыми мирными намерениями, а я просто не поняла. – Я лично считаю, что Витта сделала все правильно – они остались живы и здоровы, а урок надолго запомнят.