— Зацени, Студик! — крикнул мне Щека и показал автомат. — Это же Папаша!

В его руках ППШ-41 с барабанным магазином, весь истёртый и в царапинах — видно, что его прямо обдержали, возможно, ещё во времена Великой Отечественной…

— Возьму его себе! — сообщил Щека. — Повешу в номере, над кроватью!

— Окей! — ответил я ему.

У одного из покойников обнаружилась винтовка системы Мосина, причём не карабин, а именно старинная винтовка, возможно, царских времён. Смотрю на ствольную коробку и вижу надпись «Императорский тульский оружейный завод, 1913 год» — это прямо раритет. Возьму её себе и тоже повешу над кроватью.

«Блин, это же при императоре ещё произвели», — осознал я. — «Первая мировая была… в 1914 году, да. Значит, эту винтовку произвели за год до той войны и она пережила всё, чтобы продолжить убивать людей в 2027-м году».

Аккуратно укладываю её в клетчатую сумку и продолжаю сбор трофеев.

Патроны разных калибров, автоматные магазины, коробы с пулемётными лентами, гранаты, тротиловые шашки — эти боевики были оснащены не хуже, чем наши ополченцы…

Бронежилеты собирать бессмысленно, потому что они, большей частью, разбитые, а вот каски собрать нужно, потому что лишними точно не будут. Достаю из рюкзака вторую клетчатую сумку.

Чтобы не кормить зверьё, стаскиваем трупы в античного вида бревенчатый дом, перекладываем их дровами из поленницы, обливаем бензином и поджигаем.

— Я — всё! — сообщил Щека и показал мне две полные клетчатые сумки. — Уходим⁈

— Проверь «бэху», — сказал я ему. — Умчим отсюда с ветерком, если нам повезёт…

Щека зашёл в сарай, в котором боевики спрятали БМП-1. Он забрался в бронемашину. Через несколько минут движок зарычал и заполнил сарай сизым дизельным дымом.

БМП-1 выехала из сарая и остановилась прямо передо мной.

Пусковая установка ПТУР демонтирована, поэтому надеяться можно только на 73-миллиметрового калибра пушку «Гром» и спаренный пулемёт. Но зато есть модуль с дымовыми шашками, присобаченный сюда кустарно, с какой-то другой техники.

— Всё, грузи поклажу! — высунулся Щека из люка механика-водителя.

Обхожу бронемашину, открываю заднюю дверь и начинаю погрузку клетчатых сумок с трофеями.

Заканчиваю погрузку и осматриваюсь по сторонам.

— Щека, контакт! — выкрикнул я, увидев, что мы тут больше не одни. — Колонна бронетехники, меньше километра!

— Ёбаный рот этой богадельни, блядь! — отреагировал Щека. — Танки есть⁈

Внимательно рассматриваю ЭМ-силуэты машин и понимаю, что к нам едут два «Тигра» и одна БМП-2.

— Танков нет! — ответил я, забираясь на крышу «бэхи».

— Садись на место мехвода! — сказал Щека, выбираясь из люка. — Постреляемся, нахуй!

— Надо давать по съёбам! — не согласился я. — На «Тиграх» КПВ, а БМПшка с «Бережком»!

Модуль «Бережок» — это свидетельство того, что против нас выступает БМП-2М, оснащённая продвинутой системой управления огнём, которая не оставляет нам и шанса, потому что не надо быть гением с оксфордским образованием, чтобы срезать нас на ходу. Эта система позволяет не только прицельно стрелять на ходу из пушки, но и пускать ПТУРы, не делая никому не нужных остановок.

— Похуй! — ответил мне Щека. — Я их выебу!

Времени на раздумье у меня нет, поэтому я принимаю решение, о котором легко можно потом пожалеть…

— Хрен с тобой! — махнул я рукой, снял с себя рюкзак и запрыгнул в люк механика-водителя.

Устраиваюсь на сиденье и берусь за «велосипедный» руль.

Приподнимаю сиденье, чтобы моя голова торчала из люка — это нужно для контроля за ситуацией. Меня, конечно, могут хэдшотнуть (3) за такую херню, но комбинированный режим зрения не работает через триплекс, а мне гораздо важнее всегда знать, где находятся уёбки, а риск — я уже привык к риску…

— Надень шлемофон! — сказал Щека, выглянувший из люка наводчика.

Шлемофон обнаружился в отсеке для барахла справа от места мехвода. Снимаю шлем, укладываю его на пол, после чего надеваю шлемофон и подключаю его штекер к бортовому переговорному устройству.

— Как слышно? — спросил я.

— Отчётливо! — ответил Щека. — Где пидоры⁈

— Три часа, — сообщил я ему. — Дистанция — менее пятисот метров. Стоят.

— А хули они стоят⁈ — спросил Щека.

— Можешь спросить у них, блядь, — ответил я. — Потому что я не знаю!

— А я и спрошу! — воскликнул Щека, после чего начал возиться с радиостанцией. — Эй, пидоры! Приём! Приём!

Но ему никто не ответил.

Разворачиваю «бэху» фронтом к противнику и даю задний, чтобы укрыться за зданием церкви. Ехать им навстречу — это ехать на смерть, потому что они нас ждут, а это значит, что нужно передать им инициативу и позволить подставиться под первый выстрел.

Щека зарядил в орудие противотанковую гранату и поводил стволом, чтобы освоиться с управлением.

Нас учили эксплуатировать БМП-1, БМП-2 и даже БМП-3, но последнюю — только в теории.

Останавливаю бронемашину за оградой церкви и глушу мотор.

Но враги никуда не торопятся — они не выходят из своих машин и чего-то ждут.

— Щека, а если они ждут дроны? — посетила меня пугающая догадка.

— Ты видишь их⁈ — всполошившись, спросил Щека.

— Нет, не вижу, но они же чего-то ждут! — ответил я.

— Следи за ними, а я буду торчать из люка! — сказал он. — Дай знать сразу же, как увидишь ёбаный дрон!

Щека высунулся из люка и стояние у церкви продолжилось.

Меня начало одолевать смутное беспокойство, но затем всё резко прекратилось — это связано с моей пассивной способностью, которая, при пересечении определённого уровня нервяка, впрыскивает в кровь коктейль из гормонов.

Я предельно сконцентрировался и начал анализ ситуации.

Есть только три возможные причины, почему они сидят без движения: или ждут дроны, или бурно обсуждают, как быть, или ожидают, пока их соратники обойдут нас по флангам.

Все три машины стоят на месте, но могут быть ещё, едущие к селу по большой дуге, для флангового охвата и быстрого уничтожения противника. В этом, определённо, есть смысл…

Но время показало, что верным оказался вариант номер один — они ждали дронов.

— Щека, одиннадцать часов, дрон-камикадзе с выстрелом от РПГ-7! — сообщил я. — Идёт на заход.

Раздалась короткая очередь из АК-12 и летящий к нам дрон взорвался.

+1 очко опыта

— Домашний, нахуй… — прокомментировал результаты Щека. — Есть ещё?

— Ещё один, шесть часов! — ответил я. — Прильнул к земле! Скрывается за кирпичным домом с серым шифером!

— Понял тебя, — сказал Щека и развернулся.

Оператор дрона не стал медлить и направил свою китайскую хуйню в атаку, но Щека не дал ему и шанса. Вновь раздалась короткая очередь и дрон был сбит, но в этот раз без взрыва.

+1 очко опыта

— Знал бы я, что за дроны дают так много опыта! — воскликнул он.

Я тоже под впечатлением. По очку опыта за дрон, в текущих реалиях — это капец как щедро.

Значит, интерфейс разделяет моё мнение о дронах — это смертельно опасная хуйня…

Хотя, если мыслить логически, этим уёбкам, сидящим сейчас в тёплом помещении, в удобных креслицах, ничего не стоило всадить дрон мне прямо в люк, что гарантировало бы мою смерть. По сути ведь, это прямое попадание из РПГ-7 — такое мало кто может пережить.

— Ещё⁈ — спросил Щека.

— Не вижу, — ответил я.

В небе чисто, но это легко может измениться.

— Машины поехали! — предупредил я Щеку и вновь сел на сиденье мехвода.

— Пошла жара! — ответил он и исчез в башне.

— Движутся с двух сторон от церкви, — сообщил я через шлемофон. — БМП-2М будет справа, а «Тигры» слева.

— Понял тебя, бро, — сказал Щека. — Как шмальну, сразу топи задний!

Я повернул нашу «бэху» ромбом, чтобы прикрыть себя и Щеку двигательным отсеком. На родную броню БМП-1 надежды нет, её прошивает и КПВ и 2А42, но движок может принять на себя всё, пусть и ценой своей жизни.