На втором канале гоняют всякие мультики, что сделано исключительно ради его детей, которых он, как мы все поняли, очень любит и готов ради них на очень многое.
А вот на третьем канале бесконечно гонят тысячи музыкальных клипов, приколы и ролики, спасённые из ВК и Ютуба.
«Это же капец, блин…» — задумался я о последнем канале. — «В роликах лобстеры, Пины-Колады, Дубаи, пёрфект лайф, сказочно ебали и так далее. А вокруг звенящая нищета и перманентная угроза голода. И уёбки со сверхсилами, будто предыдущих проблем было мало…»
Если бы я был нормальным человеком и вкалывал на производстве, а потом возвращался домой и весь вечер смотрел, как всякие знаменитые карлики светят своими дирхамами и флексят красивой жизнью, ну, не знаю, как долго бы я протянул.
И до зоошизы наблюдать за таким было тошно, а уж теперь…
Больше всего обидно то, что эти уёбки-то из роликов успели так пожить, покайфовать всласть, а сейчас всё это просто невозможно. Даже самые преуспевающие КДшники так не могут, даже если очень сильно захотят и постараются.
Скрипнула дверь больничной палаты, и в неё вошёл Пиджак. В руках у него корзина с фруктами — бананы, апельсины, а также персики.
Это из личной фермы Пиджака — специально для него и его семьи выращиваются фрукты, которые являются сейчас чем-то близким к вершине нерациональности. Рациональнее выращивать картофель, огурцы, свеклу, салат или, в крайнем случае, помидоры.
— Как ты, Студик? — спросил он.
— Я в порядке, — кивнул я.
— Я пришёл, чтобы выразить тебе свою искреннюю благодарность, — заговорил Пиджак, поставив корзинку на тумбочку. — Ты пострадал за то, чтобы мои дети могли жить — ты спас их.
— Не только я, — напомнил я ему.
— Остальных я уже поблагодарил, — кивнул Пиджак. — Благодарю тебя от всего сердца — если бы мои дети погибли, я бы не смог жить…
— Да не за что, — махнул я рукой. — Это моя работа.
— И всё же, помни, что я очень тебе благодарен, — ответил на это Пиджак. — И в знак своей предельной благодарности, я хочу подарить тебе тот Урал-ВВ, на котором вы приехали. Его сейчас отмывают от твоей крови и приводят в образцовый порядок.
Наконец-то, у меня появилась своя машина… Ха-ха-ха!
— Спасибо, — поблагодарил я его.
— Это меньшее, что я могу для тебя сделать, — мотнул головой Пиджак.
— А как поживает Лимон? — спросил я, желая сменить тему.
Я знаю, что Щека не валил Лимона, потому что тот оказался очень умным и не вылезал наружу до самого последнего момента. Но Щека и Галя смылись с поля боя сразу же, как у них кончились патроны к КПВ, поэтому не знают подробностей, чем всё кончено.
Им известно только, что Лимон живее всех живых, но не рад этому.
— Вечером выйдешь во двор и увидишь, — зловеще усмехнулся Пиджак.
— Ага… — кивнул я.
— Тогда не буду отвлекать от выздоровления! — засобирался Пиджак. — Поправляйся поскорее.
— Буду прилагать усилия, — пообещал я ему.
Пиджак уходит, а я вновь врубаю телевизор и с интересом наблюдаю сцену, как Итодори сражается против Махито.
— Да… — заулыбался я с чувством восторга в груди. — Сколько же бабла японцы похоронили во время анимации всей этой зарубы…
Но я не смог долго наслаждаться первосортным высыпанием мегатонн бабок на экран, потому что в мою палату вновь пришёл Щека.
— Короче, Студик, — заговорил он, сев на табуретку. — Проф очень доволен результатами операции и особо отмечает тебя. Хотя это я, блядь, захуярил не меньше двухсот челиков и КДшников! Это я, блядь, совершил фантастический подъём на двадцать четыре этажа с частью КПВ на горбу! Но особая благодарность, конечно же, тебе, нахуй! Как так?
— Наверное, это потому, что я получил по ебалу жменей осколков от гранаты РПГ-7? — предположил я.
— Блядь, так и знал, что надо было отгрызть себе руку, чтобы мои заслуги признал хоть кто-то! — усмехнулся Щека.
— Я думаю, всё дело в том, что ты слишком высоко задрал планочку, — покачал я головой. — Когда тебя отправляли на крышу с КПВ, все были уверены, что каждый патрон отработает на все деньги. И когда ты выпотрошил весь двор, никто не был удивлён. Короче, ты Джеймс Кэмерон от мира стрельбы — ты поднял планку и теперь все ждут, что будет что-то ещё…
— А что ещё, блядь⁈ — выпучил глаза изумлённый Щека. — Одной пулей двоих убивать⁈
— Получается, что так, — улыбнулся я ему. — А как ты хотел? Всё по-чесноку…
— Да какой по-чесноку⁈ — возмутился Щека. — Мы там с Галей жопы рвали, старались, пыжились, тащили эту махину на крышу! Потом в нас стреляли, мы стреляли в ответ, а уже сильно после этого, когда все, кто мог оказать сопротивление, подохли, началось то рубилово во дворе! Эх, блядь, ни доброго слова, сука, ни медали…
— Я признателен тебе, бро, — сказал я. — Потому что я видел группу покойников недалеко от подвала — это было просто круто. Они даже разбежаться не успели, как полегли — там видна рука мастера.
— Ой, ты меня смущаешь, Студик… — потупил взор Щека. — Но, спасибо, бро, за тёплые слова! Хоть кто-то, блядь, оценил по достоинству мой тяжёлый труд, нахуй! А то пиздец, вообще-то!
— Ну, ещё будет твой звёздный час, — улыбнулся я. — Это точно был не наш последний бой.
— Инфа сотка, — согласился Щека. — Поскорее бы уже в Волгоград, поскорее бы хуяриво с тамбовцами!
А я вот не особо тороплюсь встречаться с основной угрозой для нашего города…
— Что ещё говорит Проф? — поинтересовался я.
— Ну, сейчас он заседает с местными боссами, — ответил Щека, вытащивший из кармана футляр с сигарой.
Мне представилась картина, как он сидит за КПВ, с сигарой в зубах, азартно орёт и херачит по людям Лимона…
Прикурив недобитую сигару мощной зажигалкой, он выдохнул густой дым, быстро наполнивший палату.
— На тему? — спросил я.
— На тему дальнейшего устройства Ростова и совместных действий против Тамбова и его городов-данников, — пожал плечами Щека. — Но я, вообще, политикой не особо интересуюсь — это такое пиздобольство…
— Но что-то же ты слышал? — нахмурился я.
— Да, что-то слышал, — кивнул он. — Говорят, что Проф настаивает на немедленном освобождении всех рабов и передаче их нам. Типа, это часть платы за то, что мы замирили город.
— Капец какое замирение, аха… — усмехнулся я. — Ещё несколько таких замирений и тут больше никто не будет жить!
— Но факт-то есть, — резонно возразил Щека. — Больше они между собой не воюют и склонны объединиться под властью Волгограда в целом, и Профа в частности. Мне кажется, что всё идёт к модели с городом-данником — слышал как-то разговор Профа с майором Берикболовым…
— Что за разговор? — заинтересовался я.
— Да болтали они как-то вечером, — ответил Щека. — Короче, прорабатывается вариант, что если кто-то не хочет выставлять бойцов против Тамбова, то можно будет заплатить оружием, боеприпасами, техникой или продовольствием, ну и стабильно платить, пока идёт конфликт. А мне сразу подумалось, что конфликт будет идти хуй его знает сколько, да же?
— Ну, да, хрен его знает, — согласился я с ним.
— А потом уже все как-то привыкнут, что надо платить, да? — заулыбался Щека. — А когда очухаются, там начнётся уже совсем другая история…
— Хм… — задумчиво хмыкнул я.
Вообще-то, это выглядит, как рабочий вариант — управлять Ростовом напрямую мы всё равно не сможем, поэтому, в любом случае, нужны какие-то люди, которые будут заправлять тут всем.
А мы Ростов, если смотреть правде в лицо, фактически захватили — никто не посмеет рыпнуться на нас, потому что мы продемонстрировали лишь часть нашего потенциала и это все понимают.
Следовательно, Профу будет нетрудно нагнуть всех князьков и сделать их настоящими данниками. К тому же, Пиджак нам очень сильно должен, как и Меченый. И так уж получилось, что Проф изначально собирался поставить Пиджака главным в Ростове — таковы были договорённости.
Что-то принципиально менять в этих договорённостях не нужно, поэтому модель получается «прекрасной» — мы ничем не будем отличаться от Тамбова.
