Последнее было намеком на меня, но я не повелся.

— Дальних родственников стоит принимать во внимание?

— Сейчас даже Максима Константиновича не стоит принимать во внимание. Конечно, император его утвердил. Но князь без реликвии — не князь. Если с вороновской реликвией случится то же, что и с куликовской, власть перейдет к тому, кто окажется ближе к реликвии и успеет ее настроить под себя.

В этом я и сам был почти уверен. А еще в том, что Максим Константинович от власти не откажется.

— Даже если он не будет Вороновым?

— Вот этого не знаю. Куликовская приняла бы другого? Вы там рядом были, могли понять.

— Она осталась настроенной на нынешнего князя, — ответил я. — Это восстановленная, а не вновь созданная реликвия.

— Может, вы просто не пытались ее переподчинить?

— Ее не получится переподчинить, если она настроена на действующего князя, — ответил я. — Примите это за аксиому, Георгий Евгеньевич.

— То есть вы пытались и безрезультатно?

— Меня остановили до того, как я прикоснулся к реликвии, — ответил я. — И нет, я не хотел забирать куликовское княжество себе. Изначально не хотел. Даже несмотря на то, что оно маленькое, у меня на тот момент не было сил его удержать. Я трезво оцениваю свои возможности.

— А на вороновское, значит, вы нацелились? — полувопросительно спросил он. Я бы даже сказал, что предложение было скорее утвердительным.

— Отказываться не буду. Но опять же, у меня пока нет сил его удержать. Даже в сравнении с Максимом Константиновичем.

— То есть набираем постепенно гвардию? — правильно понял меня Маренин. — На какой срок рассчитывать?

— Минимум год, — сдался я. — Но желательно, чтобы остальные Вороновы об этом не знали. На меня было совершено три покушения, набор людей можно замаскировать моим желанием обезопаситься.

Он кивнул, принимая предложенный вариант.

— Нужна тренировочная база подальше от Святославска и поближе к будущему месту действий.

— Что-то можно купить в вороновском княжестве, но совсем на границе? — уточнил я. — Опять же, можно замаскировать под мою охрану в зоне. У гвардии, конечно, несколько другие функции, но куликовские в зону княжон сопровождали.

— Вопрос упирается в деньги, Петр Аркадьевич.

— На небольшое поместье моих денег хватит, Георгий Евгеньевич. И на небольшую гвардию.

А может, и на большую. Тем более если вдруг деньги закончатся, придет кто-то меня убивать, а они — люди обеспеченные.

— Тогда можно посмотреть варианты. Будете одобрять лично или доверите покупку мне?

— Доверю. Подбирайте под свои нужды. Рассчитывайте на то, что там и дальше будет тренировочная база.

— Что касается покушений. Охрану ставить будем?

— Номинальную. И покушаться пока некому, и добраться в этот дом нежелательным гостям затруднительно.

— То есть вы выяснили, кто покушался?

— Антоша оставлял заказ Черному солнцу. Сейчас у него нет денег на доплату, которую с него потребовали после третьей неудачи, да и самого отделения Черного Солнца в Святославске больше нет.

Он хохотнул.

— И после этого, Петр Аркадьевич, вы говорите, что не сможете удержать княжество?

— Нельзя себя переоценивать, — ответил я. — Кстати, когда база организуется, заберете отсюда двух верховых и одну упряжную лошадь. Мне предлагали их продать, но, как мне кажется, моей гвардии они нужнее.

— А вы, Петр Аркадьевич?

— Я себе оставлю пару под экипаж или сани. Да и то не уверен, что нужно. У нас есть автомобиль.

— Так, — кивнул своим мыслям Маренин. — Насколько я понимаю, пока у вас ни с кем из князей нет неприязни, то есть с этой стороны можно удара не ждать? Разве что вороновские неприятели могут попробовать на вас обломать зубы.

— С Куликовыми мы точно расстались на плохой ноте. Князь жаждал меня убить. И убил бы, если бы смог — в этом я не обольщаюсь. Я увел у него предсказателя.

— Наталья Васильевна? — обрадовался Маренин. — Кто-то еще знает не из их людей разумеется?

— Нет. Только вам сообщаю. Надо ли говорить, что эта информация разглашению не подлежит?

— Разумеется, нет, Петр Аркадьевич. А дело-то уже вырисовывается не таким безнадежным, как мне поначалу показалось. Какой у нее уровень?

— Пока попадает под клятву отцу. Но кое-что уже может.

Маренин сиял как начищенный самовар. Он так даже возможности основать тренировочную базу и лошадям не радовался.

— Нужно проверить, что именно, чтобы учитывать в работе. Нет, Петр Аркадьевич, порадовали, конкретно порадовали. Это надо же так удачно жениться.

Я хмыкнул. Наверное, у нас несколько разные представления об удачном браке. Я лично не могу назвать таковым мой, поскольку нахожусь в жесткой оппозиции с родственниками жены. Хотя, может, это и хорошо: не придется ждать их в гости и терпеть в своем доме.

— Конечно, пока уровень невелик и в транс прорицатель не впадает, результативность невысокая.

— Она при мне в транс впадала.

— Значит, хорошо в нее вложились, Петр Аркадьевич. И понятно желание князя вас убить, а дочь вернуть. Но сейчас уже поздно. Даже если вас устранить, дочь не вернет. И теперь это становится сложнее и сложнее. Но гадить при возможности будет.

Этой вероятности я не особо испугался: возможностей у Куликова не в своем княжестве не так много, чтобы о них переживать. Разве что тоже наймет убийцу. Но это опять же упиралось в деньги.

После обсуждения верхней границы цены планируемой недвижимости под базу, а также всего, что я бы хотел от него получить, Маренин с деньгами на покупку отбыл в вороновское княжество, а мы с Прохоровым принялись развлекаться с системой отопления. Самое интересное, что в конечном счете нам удалось все развести, кое-что от себя добавив. Заклинания подогрева там были внесены с большим запасом, поэтому хватило на весь дом. Разве что в сильные морозы придется подтапливать, но старую систему отопления мы не демонтировали как раз на такой случай. А там, глядишь, Жар подкачаем и сможем внести нужные правки.

Кристаллы я продолжал просматривать, и это оказалось столь нудным делом, что дни сливались в один: разницы между ними было лишь в том, придет ли княгиня или Антоша, а если последний — один или с супругой. До кузена очень быстро дошло, что у него в нашем доме откачивается магия. Поскольку откачивалась она не направленно, а как бы рассеивалась в пространстве, он сообразил, что делает это не человек и не артефакт, и пришел к выводу, что здесь нехорошая зона. Поделился он этим мнением с Софией, до нас с Наташей они решили не доносить — мол, даже в плюс им пойдет, если мы останемся без магии. Разговор подслушал Валерон, который часто провожал эту парочку до их дома, запоминая, о чем идет речь, а иногда и нам транслируя. Поскольку они явно злоумышляли, а в дом ему ходу не было, то он брал компенсацией то, что у супругов было при себе. Подозреваю, они за свою жизнь столько не теряли, сколько за то время, что повадились ходить к нам в гости. София была поумней и вскоре приходить перестала, а вот Антоша продолжал наведываться, разве что долго теперь не засиживался.

Пользы в плане компенсации от него не было никакой — Валерон тащил доступную мелочевку, которую сразу же выбрасывал подальше от нашего дома, ибо на переработку ничего не годилось. А вот интересную информацию Антоша временами выдавал. Так, он навел меня на магазин, торгующий холодным оружием. Непростым холодным оружием — уже по виду было понятно, что ковал мастер со сродством к Кузнечному делу. Или, скорее, мастера — не на всех предметах были руны, которые если присутствовали, то по одной-две штуки. Даже самозаточка была не на всех. Я со своим набором рун выглядел бы среди этого великолепия не хуже, а может, и получше большинства. Судя по ценам на топовые предметы, за такое оружие действительно можно было просить дом. Я отметил для себя, что мой топорик стоит показывать посторонним пореже.

Валерон, прошмыгнувший со мной в бесплотном виде, сообщил, что сюда просто так не пройдешь: очень много всяких охранных заклинаний, а витрины только кажутся стеклянными — на деле их ничем не разобьешь. Пара продавцов выглядели скорее охранниками, а может, и работали на обе должности.