Артемида промолчала, хотя внутри все кричало о том, что брат ошибался. Спорить с Аресом было бессмысленно. Он никогда не поймет. Для него власть и сила были естественным порядком вещей. И это ее пугало. Она не хотела снова бежать из своего дома.

— Может, так было бы лучше для всех, — буркнула девушка. — Чтобы наши силы просто исчезли.

— Прекрати, сестренка. Я знаю, что ты в это не веришь, — Арес нахмурился. — Подумай о том, чего мы уже достигли. Мы теперь даже отвечаем на письма!

Артемида хмыкнула и нарочито выгнула бровь.

— Ты хотел сказать, что наши сатиры отвечают. Братец, ты, как и я, жил среди смертных. Скажи мне, слышал ли ты что-то о Санта-Клаусе и его армии эльфов?

— Очень смешно, — буркнул Арес, но девушка заметила, что тот с трудом сдерживает смех.

— Кстати, пока я здесь, — продолжил бог войны, меняя тему, — Афина с тобой не связывалась?

— Нет. Она словно испарилась.

— Угу, это меня и беспокоит.

— Что? — Артемида напряглась. — Ты не думаешь, что…

— Я не знаю. Но… Наша сестра всегда была несколько… радикальной в своих методах. Боюсь, наши перемены могут показаться ей недостаточными.

Артемида кивнула. Мысль приходила ей в голову. Афина исчезла больше месяца назад, ровно после того момента, когда Новые Боги — идиотское имя, кстати! — окончательно финализировали первый договор с Императрицей Екатериной, зафиксировав свои права и обязанности, как защитников и покровителей Эллинов. И с тех пор Афина вообще не выходила на связь. Арес прав. Это… Настораживало.

Это и еще кое-что.

— Думаешь, он жив? — спросила она, наблюдая за вяло текущими облаками. — Отец.

Арес помрачнел.

— Не знаю. Тело мы так и не нашли. Но если да, то рано или поздно объявится. И не думаю, что Зевсу понравится то, что мы сделали с его Олимпом.

— Твоим Олимпом, — напомнила Артемида. — Ты же глава совета.

— Временно, — поправил Арес и выпрямился. — Пока не изберем постоянного. Но это уже совсем другая история.

Он отошел от перил и потянулся, разминая плечи.

— Ладно, мне пора. Афродита ждет. У нас сегодня… совместное мероприятие по укреплению отношений между божественными домами.

— Свидание, ты хотел сказать.

— Я сказал то, что хотел сказать, — слишком поспешно ответил Арес и внезапно сам ухмыльнулся. — Впрочем, кто бы говорил, сестренка. Твои планы на сегодня не изменились? Все так же собираешься навестить нашего любимого титаноборца?

Артемида не сдержала улыбку.

— Нет. Не изменились.

— Тогда передавай привет. И да, если Адриан уже очнулся, то передай, что я жду его божественную задницу в совете. От этой должности он у меня не отвертится.

Бог войны развернулся и зашагал прочь, оставив Артемиду одну на балконе. Она подождала, пока его шаги затихнут, затем протянула руку вперед. Серебряная энергия закрутилась вокруг ее пальцев, формируя светящийся овал в воздухе. Портал. Собственный портал, созданный ее силой, а не открытый чужой милостью.

Полгода назад она бы не смогла даже представить такое. Потеря божественности и ее возвращение изменили все. Богов Олимпа теперь вдвое меньше, и, что бы ни говорил Арес, недостатка в верующих девушка не испытывала, скорее наоборот. Она приняла новую мантию, богини Луны. И вместе с этим новое имя.

Селена.

Теперь она была сильнее, чем когда-либо. И каждый раз, открывая портал, Артемида не могла сдержать детского восторга от этого ощущения. Сила текла через нее, подчиняясь малейшему желанию, формируя реальность по ее воле.

Овал расширился, показывая знакомый пейзаж. Подземный Мир, но не мрачные залы Аида, а небольшая поляна, место, которое, она уже посещала множество раз. Артемида шагнула в портал, оставляя позади мраморные залы Нового Олимпа с их бесконечными спорами и протоколами. Впереди ждало то, ради чего стоило пережить все эти собрания.

Портал закрылся за ее спиной с мягким серебряным всполохом.

* * *

Поляна встретила Артемиду прохладой и запахом влажной земли, смешанным с ароматом ночных цветов, которые росли только здесь, в царстве теней. Высокие папоротники окружали пространство живой стеной, листья шелестели от невидимого ветра, а странные люминесцентные грибы кольцами росли вдоль поляны, излучая бледно-голубой свет. В центре поляны возвышался гигантский дуб, чей ствол был настолько массивным, что даже десять человек, взявшись за руки, едва смогли бы его обхватить. Ветви дерева уходили так высоко, что терялись в туманной дымке, весьма характерной для этой части Подземного мира.

Трава под ногами была мягкой, почти бархатной на ощупь, темно-изумрудного цвета с серебристыми прожилками. Там и тут виднелись примятые участки — следы многочисленных посетителей и паломников, которые то и дело приходили повидать своего героя. Артемида заметила, что у корней дуба кто-то оставил букет белых асфоделей, традиционных цветов для подношений мертвым, чуть дальше лежал потускневший от времени щит с гербом Дома Лекс, а на низкой ветке висел сделанный ребенком простой деревянный амулет.

Внезапно из-за массивного ствола раздался низкий, вибрирующий рык. Звук прокатился по поляне, заставив траву пригнуться к земле, а дерево неспокойно прошелестеть ветвями. Артемида же спокойно ждала, наблюдая, как из-за переплетения узловатых корней показалось массивное тело.

Первой вылезла голова — изящная, змеиная, с парой рогов, загибающихся назад, и яркими, словно пламя, янтарными глазами. Золотая чешуя мерцала и переливалась на солнце Подземного Мира, как будто каждая из чешуек была вылита из слитков благородного металла. Следом за головой появилось длинное, извивающееся тело, затем короткие лапы и хвост, пока наконец дракон полностью не выбрался наружу. Он казался больше, чем Артемида запомнила в прошлый раз, но богиня знала, что это просто иллюзия.

Рык стих, сменившись тихим шипением. Дракон склонил голову, изучая богиню немигающим взглядом, а затем его тело внезапно вспыхнуло и засветилось, одна чешуйка за другой. Сияние становилось все ярче и ярче, пока не затопило поляну, и Артемиде пришлось отступить на несколько шагов назад, прикрывая глаза. Она видела перевоплощение уже множество раз, и каждый неизменно вгонял ее в трепет. Это было поистине завораживающее зрелище.

Наконец свет погас. Артемида открыла глаза и невольно вздохнула, с трудом сдерживая подступающее к горлу разочарование. Магия исчезла, дракон пропал. На его месте стоял человек.

Рью Ватанабе вежливо поклонился, придерживая рукоять катаны на поясе. На нем был привычный строгий пиджак, безупречно черный, без единой складки, словно он только что достал его из стирки и погладил перед самым приходом богини.

— Госпожа Артемида. Рад вас видеть.

— Привет, Рью. — Она огляделась вокруг, с удивлением замечая все новые и новые следы прихожан, раньше ускользнувшие от ее внимания. — Вижу, у вас все так же людно.

Самурай проследил за ее взглядом и скупо кивнул.

— Всё так, госпожа. Каждый день кто-то приходит, иногда по нескольку раз. А те, для кого это действительно важно, навещают не меньше раза в неделю.

— У меня слишком много дел, Рью, — уловила в его словах упрек богиня. — Я приходила бы чаще, если бы могла. Но увы — не могу.

Самурай явно нахмурился, но возражать не стал. Его реакция слегка развеселила богиню. Безумно преданный Адриану при жизни, Рью винил себя в том, что не помог господину в храме Зевса, и все два года, пока Адриана не было, он не находил себе места. Наконец, к счастью Рью, его господин вернулся… только чтобы снова оставить его и всех остальных. С этим самурай уже смириться не мог. И так, один из немногих выживших в финальном сражении, Рью самолично спустился в Подземный Мир, чтобы охранять тело хозяина, как когда-то делал другой дракон с Золотым Руном. И потому, отринувший реальный мир, самурай не до конца мог понять, какие же проблемы и дела могли помешать жене господина его навестить.