— Это обязательно должно быть правдой или мы можем это выдумать? — спросил Брор.

— Это не имеет значения, пока человек, рассказывающий историю, не раскрывает ее подлинность.

Удовлетворенный ее объяснением, Брор свернулся в еще более плотный комок из одежды и шерсти, бросая рассеянные взгляды на генерала, который, казалось, был погружен в глубокие раздумья, даже без одеяла на своем крепком теле.

— Давным-давно, — начала Петра, — в далекой стране жили два брата. Оба были могучими, грозными воинами. Один правил Землями Живых и Королевством забытым смертными, другой — Царством Мертвых и Подземным миром. Они нежно любили друг друга, никогда не позволяя ничему и никому встать между ними. Однажды их отец, король Священного Королевства Богов, был убит своим собственным братом, Владыкой Красной Земли, дядей двух воинов. Владыка Красной Земли разрезал тело Короля на двадцать шесть крошечных кусочков и поместил их в двадцать шесть миниатюрных деревянных ящиков, которые затем опустил на дно Бескрайнего моря, а подводные течения разбросали части по всему Известному Миру. Два воина поклялись отомстить за смерть своего отца, выследив Лорда Красной Земли и всех его сообщников. Старший воин, Владыка Земель Живых, разрубил тело своего дяди на мелкие кусочки, сохранив сердце нетронутым, и бросил их все в ямы Подземного Мира, где правил его младший брат. Владыка Подземного мира, Царства Мертвых, взял сердце своего дяди и взвесил его, чтобы определить, достойна ли его душа отправиться в Загробную Жизнь. Обнаружив недостаток, Владыка Подземного мира бросил душу своего дяди в бесконечную тьму, где Пожиратель — существо из бесконечных теней — питался ею и будет продолжать делать это вечно. Но отомстив за смерть своего отца, два брата-воина столкнулись с дилеммой. Кто должен был править небесным царством богов? Младший брат, Повелитель Подземного мира, не стремился стать королем. Он с радостью отказался от своих притязаний на трон, поклявшись в верности своему старшему брату. Прошли тысячелетия, когда все было в порядке. Новый Король Царства Богов был доволен человечеством, ни разу не подвергнув сомнению его мораль. Его младший брат, однако, был потрясен тем, насколько порочными стали люди, их души пропитались коррупцией и чудовищными актами насилия в течение их земной жизни. Он посоветовался со своим братом, королем, отчаянно желая увидеть завершение нескончаемого потока душ, который он продолжал отправлять в бесконечную тьму.

Петра сделала паузу, вглядываясь в их лица, прежде чем продолжила:

— У короля не было очевидного решения его огромной проблемы. Он мог видеть, как это влияет на его младшего брата, потому что нелегко было навеки проклясть душу и, таким образом, запретить ему доступ в золотой свет Загробной Жизни. Владыка Подземного мира, Царства Мертвых, впал в такое отчаяние, что был готов обменять свое бессмертие на смертную жизнь, если это даст ему отсрочку от мрака, который стал его реальностью. И его брат, король, который очень любил своего брата, был недоволен его предложением. Как Правитель всех богов и Земель Живых, он обладал властью лишить своего брата бессмертия, но за это пришлось бы заплатить дорогую цену, — она остановилась, по-видимому, не зная, как поступить дальше. — Некоторые легенды гласят, что король исполнил желание своего брата о смертной жизни, сделав его человеком, и после многих плодотворных десятилетий он встретил смерть смертного. Другие легенды утверждают, что оскорбленный отказом своего брата от бессмертной жизни, король проклял его на все времена. Говорили, что Владыка Подземного Мира продолжал жить как наполовину божество, живя как смертный, но никогда не умирал как таковой, вместо этого возродившись из пепла, обреченный скитаться по этому миру в полузабытьи всю вечность.

Глубокое молчание последовало за завершением ее рассказа. Все, казалось, были погружены в задумчивость, даже генерал, который смотрел на раскаленное добела пламя, казавшееся невероятно тихим и безжизненным.

— Каким жестоким должен быть человек, — сказала Дуна, — чтобы обречь своего собственного верного брата на вечную полужизнь, чтобы твоя душа никогда не находила покоя, только для того, чтобы возродиться и снова подвергаться пыткам до скончания времен.

— Иногда не знание того, что ждет, а надежда на то, что могло бы быть, обрекает душу человека на вечные муки, — пророкотал Катал, его взгляд был мрачен и полон боли.

— Дуна, теперь твоя очередь рассказать историю.

ГЛАВА

12

Все три пары глаз уставились на нее, поэтому она начала:

— Жила-была девочка, которая жила со своей бабушкой в маленькой деревне за тридевять земель. Женщины работали в полях, охотились ради мяса, копили любую монету, которая попадалась им под руку. Они были близки, бабушка и ребенок, у которых не было никого, кроме друг друга, в окружавшем их жалком мире. По мере того как девочка росла, пожилая женщина все больше уставала, все больше болела, пока больше не смогла работать в поле, поселившись вместо этого на маленьком клочке земли прямо за пределами их скромного дома. Она собирала там фрукты и овощи, следя за тем, чтобы у теперь уже молодой женщины всегда была еда в животе. Молодая женщина выросла в грозного охотника, ее умение обращаться с луком и стрелами не имело себе равных даже по сравнению с мужчинами в деревне, которые начинали завидовать этой женщине. Однажды, когда она была на охоте, те же самые люди подожгли ее дом, надеясь напугать ее и выгнать из их деревни. Без их ведома болезненная бабушка молодой женщины спала в своей постели, когда они подожгли фитиль. И вот, пока бушевал пожар, он поглотил не только скромный дом, но и пожилую женщину. Когда молодая женщина, ушедшая на охоту, вернулась, она была опустошена открывшимся ей зрелищем. Ее дом был объят пламенем, земля почернела от палящего огня. Отчаяние сжимало ее сердце, когда она искала останки своей бабушки, даже не подозревая, что та погибла в пылающем аду. Наконец она наткнулась на безжизненное тело своей бабушки, целым остался только серебряный кулон у нее на шее. Молодая женщина выплакала все свое сердце в тот трагический день, похоронив свои воспоминания и саму свою душу в земле, где будет гнить безжизненное тело ее дорогой бабушки, а ее серебряный кулон навечно отметит это место.

Она сдавленно выдохнула, история ее жизни впервые пролила свет с тех мрачных дней около пяти лет назад. Она изменила несколько фактов, не желая давать слушателям повод считать, что это личная история. Даже тогда ей было трудно говорить, заново переживать те болезненные дни. День, который навсегда изменил ее жизнь.

Брор и Петра перешептывались друг с другом, потрясенные такими ужасными актами человеческого предательства. Дуна слушала их, кивая головой в знак согласия, ее мысли витали где-то в другом месте.

Она почувствовала на себе взгляд. Почувствовала, как ее кожу покалывает от осознания. Крошечные волоски на ее шее встали дыбом. Ее обонятельные бутоны распустились, чтобы вдохнуть вызывающий привыкание аромат преступника.

Закрыв глаза, она глубоко вдохнула, аромат кожи и виски заструился в ее ноздри, вниз по трахее, в миллионы маленьких дыхательных путей и расширяющиеся мешочки альвеол. Он вторгся в нее, затопляя бесконечное количество сосудов, из которых состояло ее тело, просачиваясь через поры ее кожи, где испарялся в воздух, проникая в ее окружение только для того, чтобы вступить в новый цикл сладкой пытки.

Затем она открыла глаза и увидела пару сверкающих драгоценных камней авантюрина, поблескивающих в скромном очаге, всего в нескольких футах от Дуны.

Катал уставился на нее, как будто увидел впервые, неизвестная эмоция играла на его потрясающих чертах лица. Она выдержала его взгляд, не в силах разорвать его обжигающую хватку, не желая отводить взгляд. Она могла бы потеряться в его глазах навсегда. С радостью отдала бы то, что осталось от ее разбитой души, на всю вечность этому загадочному мужчине.