К черту. Броку было все равно, где они находятся. Он забыл, что хотел не торопиться и не преследовать ее. Когда Сэмми встала на высоких каблуках, они подчеркнули ее стройные ноги, и он зарычал, потянув ее к себе, и впился в нее.

Когда она ахнула, его язык нашел ее, и всосал, наслаждаясь ее вкусом персиков и меда. Его медведь царапался, чтобы утвердить ее, чтобы попробовать больше. Чтобы показать Сэмми, что они были ее, и хотели ее больше, чем когда-либо хотели что-то в своей жизни.

— Вас выкинут отсюда за непристойное обнажение, если продолжите.

Голос Слейтера звучал грубо, и Брок неохотно отстранился от ошеломленной Сэмми, которая выглядела настолько горячо, когда ее карие глаза пылали жаждой. Брок был готов унести ее и умчаться домой или в тихое место и потребовать то, что хотел.

Поправляя штаны, Брок прочистил горло и пробормотал:

— Я куплю тебе все это.

— Хм, я... ах... Я могу купить это. По крайней мере, я знаю, что этот наряд — победитель.

Сэмми улыбнулась ему, и он понял, что обречен. Его сердце забилось быстрее, и он сказал себе, что сделает все, чтобы снова увидеть этот взгляд на ее лице.

«Черт возьми. Какого хрена с ним происходит»? Сэмми превращала его в слабака, и если он не будет осторожен, он окажется как его отец, двоюродный брат и братья.

Брок обернулся, чтобы увидеть, что Слейтер сжал кулаки по бокам, когда застонал.

— О, красавица, больше, чем победитель.

«Дерьмо»! Ему нужна была пара, но он не хотел, чтобы его водили за член всю оставшуюся жизнь. Он был полицейским. Детективом. Его назвали Гуркхи(Прим. ред.: Гу́ркхи — войска Великобритании и Индии, набирающиеся из непальских добровольцев. Их отличает строжайшая дисциплина, смелость и верность присяге.), потому что он не брал пленных. Все боялись его. Большинство женщин ходили с ним на свидание, потому что он был мрачным, опасным мужчиной. Он знал, что Сэмми предпочла бы, чтобы он не был таким. «Дерьмо, может ли он быть истинной парой Сэмми?» Он разочарованно провел пальцами по волосам, и понял, что ему нужно уйти и подумать.

— Мне нужно идти на работу. Увидимся завтра. Мы снова пообедаем, и после того, я проведу первый урок вождения, если ты захочешь.

Сэмми улыбнулась.

— Звучит здорово. Ты уверен, что не против учить меня?

Он кивнул.

— Да. Я пригоню машину Слейтера, и я решил, что тебе будет лучше начать учиться с завтрашнего дня.

Брок практически выбежал из магазина. Он заскочит в спортзал и увидится с братьями. Ему нужно было поговорить с ними, и напомнить себе, почему он хотел пару, и что его братья были счастливы. Он никогда прежде не беспокоился, что женщина изменит его, но эта женщина была важна. Он позвонил своему напарнику, и сказал, что встретится с ним в спортзале своих братьев.

Его брат Блейк был в тренажерном зале, обучая боксу. Брок наблюдал, как Блейк не проявлял милосердия к парню, которого тренировал. Блейк показывал парню лучшие движения, предоставляя его ученику хорошую тренировку. Когда парень покрылся потом, Блейк подошел к нему.

— Как дела? Почему ты здесь в это время? Что-то не так? Тебе нужно место, чтобы спрятаться от мамы? Или ты здесь, чтобы прятаться от своей пары? Потому что у тебя испуганный взгляд. Что она сделала? Не престает плакать? Заставляет тебя смотреть фильм, в котором не было людей, стреляющих друг в друга?

— Хорошо, спаривание тебя не изменило. Ты все еще болван.

Брок уклонился от кулака Блейка.

— Пошел ты, брат.

— Нет, спасибо. Я не занимаюсь кровосмешением. Судьба уже достаточно поимела нас, мужчин Бэа, спаривая двух мужчин с одной женщиной, притом с человеком.

Брок знал, что он звучит резко, но он все еще злился, что ему нужно делиться Сэмми.

— Ты говоришь, как мама. И только ты смотришь на это с плохой стороны. Подумай об этом так, как я. Брайан и я работаем вместе, чтобы защитить Сьюзи, быть с ней и любить ее. Мы разделяем любую проблему, любого из нас, и всегда есть кто-то, чтобы слушать. — Блейк вздохнул и вытер лицо полотенцем. — Будь благодарным, поверь мне. Я люблю Сьюзи, но близнецы могут родиться в любой день, а я должен работать, но я боюсь возвращаться домой. Думаю, Сьюзи выглядит великолепно, пухленькой с моим ребенком, но она плачет без повода и не перестанет рассказывать о том, насколько толстой она себя считает. Независимо от того, что я говорю, я никогда не говорил, что это правда. Я благодарил Бога за то, что у меня есть Брайан, так как мне приходится терпеть только половину нытья, уборки, плача и половину работы. Я еще раз скажу, поверь мне, когда я говорю, что если ты когда-нибудь сделаешь Сэмми беременной, то почувствуешь то же, что и я, и будешь благодарен за Слейтера.

Брок на мгновение уставился на брата, чтобы посмотреть, шутит ли он, но он был ужасно серьезен. Брок изучил Блейка, чтобы заметить его усталый напряженный взгляд. «Ничего себе, его брат выглядел дерьмово». Брок рассмеялся. Он не мог с этим ничего поделать. Блейк, который раньше был самым большим бабником, был измотан женщиной, напуган возвращением домой в случае, если сказал что-то не то.

На этот раз Брок не увернулся вовремя от кулака в лицо и живот.

— Я так рад, что ты нашел это смешным, чертов недоумок. Здесь только мы с Брайаном поддерживаем тебя, Слейтера и Сэмми, а ты для меня кретин, когда мне нужна поддержка. Но если ты спросишь меня, я думаю, что Сэмми слишком хороша для тебя. Она тихая и не умеет защитить себя от тебя. Я думаю, что одна из женщин, с которой мать хочет тебя свести и спарить, была бы лучше для тебя. Они холодные, как лед. Идеально для тебя.

Ладно, это было совсем жестоко. Брок перестал смеяться.

— На ринг, сейчас, пока я не получу много крови на полу, откуда сложнее уйти.

Сняв рубашку, он вошел в ринг, когда услышал своего напарника.

— Блейк, ты, идиот, это было просто глупо говорить. Теперь я должен сидеть и смотреть, как он выбивает дерьмо из тебя в течение десяти минут.

Блейк вернулся на боксерский ринг.

— Я бы не стал ставить на его победу. Я надеялся на партнера, с которым я на равных, так что я могу позволить выпустить свое разочарование на него. Как ты думаешь, кто победит? У меня есть пара, беременная близнецами.

Кегон усмехнулся.

— Не убивай его, Блейк. Сегодня мы охотимся на наркодилера.

Блейк повернулся к нему, и Брок приготовился к жестокому взгляду на лице брата. Брок ненавидел признаваться в этом, но он хорошо себя чувствовал после разговора с братом, и знал, что после того, как он позволит себе сразиться с Блейком, он снова почувствует себя самим собой. Он больше не беспокоился бы о том, чтобы быть слабаком или мягким.

Сэмми была взволнована. Позвонил Брок, чтобы сказать, что он будет здесь в любую минуту, чтобы начать учить ее вождению. У нее было несколько уроков, прежде чем ее мать заболела и два или три, когда она болела, но Сэмми не любила оставлять свою мать на случай, если ей станет хуже, а ее там не было. Прошло всего несколько дней после смерти ее матери, когда она встретила Грега, и он ясно дал понять, что не хочет, чтобы она водила, и считал, что женщины-водители были угрозой.

В дверь позвонили, и Сэмми схватила сумочку и частично в припрыжку подбежала к двери. Она больше не собиралась позволять Грегу побеждать. Сэмми научится водить.

Брок стоял с другой стороны двери в обычной черной одежде. Сэмми подумала, есть ли у него какие-то предметы одежды, которые не были черными, и была ли пятичасовая щетина Брока постоянной.

— Ты готова, ангел?

Сэмми повесила сумочку на плечо и выпрямила плечи.

— Готова, как никогда.

Брок взял ее за руку и проводил до черного «Коммодора». Он открыл пассажирскую сторону, и она села, он направился в сторону водителя. Мужчина сел, пристегнул ремень безопасности и завел машину. У автомобиля был совершенно новый запах, и Сэмми волновалась, что она может поцарапать или повредить совершенно новый автомобиль.