Когда я закончила, она долго молчала. Потом встала, подошла к окну и посмотрела вниз, на снующие машины.

– Мразь, – сказала она тихо, но с такой ненавистью, что я вздрогнула. – Конченая, трусливая мразь. Пятнадцать лет брать от женщины всё: заботу, тепло, поддержку, а потом вышвырнуть её на улицу, как использованную тряпку… – Она резко обернулась. – Знаешь, что меня больше всего бесит? Что я предупреждала тебя. Помнишь? За месяц до твоей свадьбы. «Ань, он эгоист. Ты для него красивая игрушка, не больше». А ты сказала, что я завидую.

Воспоминание больно кольнуло. Да, я помнила. И да, я думала, что она завидует. Дарья тогда только развелась с мужем и была озлоблена на весь мужской пол.

– Прости, – прошептала я.

– Не за что прощать. Ты имела право на ошибку. Теперь ты знаешь правду.