Июнь.

Она распускает волосы и смотрит на себя в зеркало. Делает фото. Красивые изгибы тела. Подтянутая кожа. Она следит за своей фигурой, стараясь стать лучше для него.

Июль.

- Давай ее продадим. У меня нет времени приезжать.

Ника смотрит на дом, беседку, баню. Ветер качает деревья и сосны, ударяясь макушками, словно качают головой в ответ. Она подходит к старой груше. Поднимает голову. Верхушки веток макушки путаются в облаках. Ей около ста лет. Она проводит рукой по стволу.

- Ты так мечтал о даче. Столько сделано. Я посажу тут голубику. Она принесет доход.

- Что ты там сможешь сделать? Там же целина. - он лишь посмеялся в ответ.

Даже спустя несколько лет она не смогла объяснить себе тот поступок. Но тогда это решение ей казалось единственно верным.

- Дети, у нас новый план на лето. Мне нужна ваша помощь.

- Какая гениальная идея тебя сейчас посетила? - средний сын забрал брата на руки и смотрел на нее с улыбкой.

- Мы едем на дачу! Посадим голубику! Сто кустов!

- И как ты себе это представляешь?

- Еще не знаю, но у нас получится!

Сначала они приезжали на выходные, потом настали школьные каникулы, и работа пошла веселее.

Они познакомились с соседями, с владельцем пилорамы, нашли нужный по кислотности торф.

Сначала нужно было выкорчевать кусты и избавиться от сорняков. Потом сделать траншеи и заполнить их нужной смесью. Одна девушка и трое детей проводили летние дни в песке и торфе.

- Соседка! Бог в помощь!

Ника поднимает глаза и видит седого мужчину, который идет прямо к ней.

- Что вы тут надумали делать?

- Вы чего не сказали? Сорняки руками выбираете? У меня ведь трактор есть. Давайте я вам бороной попробую снять.

Ника не боялась физической работы. Так она спасалась от мыслей в голове. Стоило на секунду расслабиться, как тут же проносилось: «Где он? С кем он? Почему не приезжает?» Вечером она приезжала домой и сил хватало лишь на то, чтобы покормить детей и уложить младшего спать. Мозг вырубался мгновенно.

- А где Викторович? Почему не приезжает? Ты все одна и одна?

Сосед будто считал ее мысли. Она чувствовала, как к горлу подступает комок, а сердце предательски ускоряло ритм.

- У него много работы. - она попыталась улыбнуться.

Солнце этим летом палило нещадно. Они уже были похожи на семейку негритят. Работа двигалась, но не так быстро, как хотелось.

- Я тебя перебью, прости, пожалуйста. Но там можно сойти с ума от скуки, в твоей деревне. Приехать на выходные - да. Как ты там жила? И почему нельзя было нанять людей для работы?

- Вопрос хороший. Тогда я думала, что нужно экономить деньги. Что муж увидит и оценит

наш труд. Ждала похвалы, что ли. Пыталась так показать свою нужность. Это заведомо проигрышная позиция «вот я, для тебя…» но тогда я этого всего не знала, поэтому загружала себя и детей работой. Закапывая себя в жертвенность. А по поводу скуки - так там тоже веселья хватало. Своеобразного, правда, но…

Однажды они все вместе пошли за ягодами. Набрали себе по кружке и возвращались домой. Пока дети изучали сваленные деревья и соревновались кто выше залезет она искала ракурс для удачной фотографии. Она щёлкает и проверяет свет. В кадре все мутное. Она увеличивает. Не понимает почему. Поднимает голову и видит вдалеке легкий дымок.

«Костер кто-то не затушил» - решает она, зовет детей и разворачивается в сторону дыма.

И уже через пару минут ее малыш стоит с маленькой веточкой можжевельника в руках и хлопает по невысокому пламени. Слышен треск веток. Вокруг — запах гари.

Рядом старшие сыновья тушат огонь. Сосед выливает воду из ведра и убегает за новой партией. Едкий дым режет глаза.

Масштаб оказался немного другим, нежели она представляла.

Они вовремя заметили дым - огонь не успел нанести большой вред. Выжженной оказалась поляна размером двадцать на двадцать. Они стоят чёрные от сажи и пота, но довольные, что спасли лес. Сосед уехал за водой на машине, и через пару минут он возвращается

И выливает ещё воды на вспыхивающие места.

Ребёнок находит старый плакат с надписью «Берегите лес от огня» и топает с ним к центру выжженной земли, пытаясь его прикрепить.

Позже они звонят леснику и рассказывают, где нужно пройтись трактором и окопать выжженную территорию.

Дети накормлены и заняты своими делами, младший мирно сопит в своей кроватке. Она закрывает глаза и в темноте все еще видит пламя огня, черную землю, огревший кусты. Она открывает глаза, встает и достает из комода семейный альбом.

Вот она держит в руках цветы и улыбается мужу. Вот первые шаги старшего сына, вот он сидит на крыше бани и крепит скворечник. Отдых, дни рождения, прогулки. Годы жизни мелькают перед глазами. Она видит на фото счастливые глаза детей, мужа, свои.

«Куда же все ушло? Как так получилось? Когда я стала чужой?» - она не помнит, как уснула.

Ника просыпается от того, что ее рвет. Сильно и безудержно. Хочет встать, но падает, не в силах удержаться на ногах. Стены кружатся вокруг, её бьёт сильная дрожь по всему телу. Она лежит на полу, не понимая, что происходит. Пытается пошевелиться, но слабость не дает это сделать. Она хочет крикнуть, но голос пропал.

2020 год

Врач листает историю. Поднимает на нее глаза.

- Вы еще очень молоды. В столице есть хороший аппарат МРТ, сделайте его с контрастом. Привезете мне результаты, - он протягивает адрес.

Февраль.

На улице мороз. Рабочий день закончен. Она смеется и прыгает в машину.

«Что за стопка документов?» - Ника случайно задевает бумаги, забытые мужем на сиденье.

Напевая себе под нос шуточную песенку, быстро собирает их. Часть файлов выскальзывают из рук и падают на пол. Поднимает документы и взгляд падает на яркую, цветную грамоту.

«Интересно», - думает она, - «муж опять получил диплом, как лучший руководитель? Почему не сказал ничего?»

Ника держит гладкие листки в руках, пробегает глазами по тексту, и улыбка исчезает.

В руках у нее сертификат о полете на воздушном шаре. Его и ее. Мужа и незнакомой девушки. Она слышала, что они работают вместе и по долгу службы пересекаются. Временами он с восхищением рассказывал о ней.

Смотрит число. Она четко помнила тот день. Младший заболел, у нее поднялась температура и она просит его остаться.

- У тебя есть старшие, - бросил он, тогда стоя в дверях.

* * *

- Н-да, не весело, - протянула Наташа, - наверное тогда уже было понятно, что любовь прошла. Ты пыталась как -то поговорить? Спросить у него в чем дело?

- Конечно, пыталась. В детстве я мечтала…

- О принце? - Наташа достала очередную сигарету.

- При чем тут принц? Нет, я мечтала о полной семье. О семейных ужинах, обедах за круглым столом. Знаешь, такая идеальна глянцевая картинка. Вечер. Тихая музыка. Вкусная еда. Он, она и дети. Он шутит - она смеется. Или серьезно делится прошедшим днем, а она слушает и понимает. Потом они вместе не спеша прогуливаются по городу. Дети бегают и играют. Она держит его под руку, а он целует ее в лоб. Светит луна, или фонарь… - Ника мечтательно закатила глаза.

- Ага, я поняла, твои «розовые мечты».

- А что в них плохого?

- Мужики другие. Им эти ванилины сопли не нужны. Секс. Еда. Работа.

- А я думаю, что они так же хотят тепла и ласки, как и мы. Просто не всегда понимают это. И я уверена в мире есть такие мужчины, которые так же мечтают о семье и вечерних ужинах.

- Ладно. Ладно. Что с твоим-то дальше было?

* * *