Начальник заработал локтями, потянул за собой Дворфа. Им удалось подойти к самому оцеплению.

— Мне в службу безопасности! — крикнул Патрон одному из стражников, делая рукой тайный знак причастности.

— Не могу помочь, брат! Никого пускать не велено!

За широкими спинами охраны виден был вход в здание службы безопасности. Перед самым крыльцом двое солдат гвоздодером отрывали известного эстарготского художника, который в порядке протеста против режима прибил мошонку к брусчатке. На площадь спешно стягивались войска, перед дворцом выстроились королевские гвардейцы.

Патрон попытался переговорить еще с несколькими стражниками, охранявшими периметр — бесполезно. Просил вызвать офицера, командовавшего оцеплением, но шпик, который, кряхтя, сдерживал напор толпы, сиплым голосом ответил:

— Бесполезно. Ты же видишь, что творится. Не до тебя, друг. Или вставай рядом, или беги отсюда, пока не задавили.

Патрон обернулся к Дворфу:

— Придется выбираться и ехать в Бюро.

— А как же наша проблема?

— Будем решать силами своего подразделения. Сдается мне, все эти митинги неспроста. Идем к паромобилю.

Путь к машине занял три часа. По дороге агенты видели, как добрая половина толпы, разочарованная невозможностью прорваться через оцепление, постепенно отступала назад, к Кольцевой Медовой. Там вовсю уже звенели, разбиваясь, стекла роскошных витрин. Добрые эстарготцы сообразили: грабить богатые лавки гораздо интереснее и выгоднее, чем нарываться на ружья городской стражи.

Дворф страшно переживал, что и его паромобиль подвергнется осквернению. Но обошлось: даже противоугонное устройство не пригодилось, машину в проулке просто никто не заметил.

— Убираемся поскорее, пока народ не допер, что грабить можно еще и дома богачей.

Патрон вскочил на сиденье, Дворф повел машину по дороге, то и дело нажимая на клаксон и поливая бранью тех, кто не отскакивал вовремя.

— Йоу! Погодите! Снежки! Примите на борт лучшего агента! — раздался сзади отчаянный крик.

Патрон огляделся, ткнул в спину Дворфа:

— Постой.

К паромобилю бежал запыхавшийся Малыш Ларс. На голове гоблина возвышалась шикарная дамская диадема из золота с бриллиантами, вокруг шеи была обмотана парчовая штора. В одной руке он держал корзину, полную яиц, в другой — почему-то швабру, на конце которой победным штандартом развевались кокетливые дамские панталоны розового шелка.

— Разворачивайтесь! — приказал он, вскочив на заднее сиденье. — Подъезжайте к лавкам, пока все не разобрали. Отомстим угнетателям за страдания зеленых братьев! Зеленая жизнь важнее!

Гном неодобрительно хмыкнул в бороду. Патрон достал револьвер, ткнул гоблина в бок, и строго сказал:

— Заткнись, мародер хуев. А то расстреляю по закону военного времени.

Глава 14. Команда ублюдочных спасителей мира

Миновав Золотую и Бриллиантовую улицы, паромобиль бодро покатился по опустевшим окраинам в сторону Бюро. Патрон торопил, Дворфу пришлось разогнать машину до предельной скорости. Малыш Ларс, огорченный тем, что грабежей больше не будет, надулся и замолчал.

Когда до офиса оставался всего один квартал, Дворф озадаченно проворчал:

— Ничего не понимаю…

Скорость машины постепенно падала.

— Я же сказал, быстрее! — рыкнул Патрон.

— И рад бы, да не могу, — отозвался гном.

В паре сотен метров от Бюро паромобиль катился уже со скоростью похоронного катафалка. Дворф остановил машину, выскочил, заглянул под капот:

— Странно. Воды достаточно. Радиатор в порядке. Значит, дело в магическом содвижителе.

— Ты скоро там? — нетерпеливо спросил начальник.

— Не знаю, — огрызнулся ученый. — Говорю же: что-то случилось с магическим содвижителем.

— Вот если бы я не был мародером хуевым, а был бы мудуистом, сыном гордого зеленого народа… — с ехидной физиономией начал гоблин.

Патрон окинул его суровым взглядом, который не предвещал ничего хорошего, и Малыш сдался:

— Ладно. В общем, зеленые братья тоньше чувствуют магию, чем снежки. Так вот, ее в воздухе стало заметно меньше. И уровень постепенно падает. Видимо, твой содвижитель разрядился.

— Но он устроен так, чтобы черпать магические частицы из воздуха, — возразил Дворф.

Малыш Ларс подкатил глаза:

— Мазафака! Ну до чего же вы тупые и беспомощные, снежки! Я ж сказал: мало их в воздухе стало! Теперь устройству нужно время для зарядки.

— Времени у нас нет, — решил Патрон. — Дворф, оставляй паромобиль, пусть заряжается. Пошли в Бюро.

— Да, но я на паровой тяге дотяну… — начал было гном.

— Ты что, не понял, блядь?! — взревел начальник. — Началось! Фолькерст запустил эту хуйню… как она там называется?

— Коллайдер.

— Да, его!

Гном достал из паромобиля магбук, покрутил шестеренки, вгляделся в хрустальный шар:

— Чаронет упал, связи нет.

— И зеркальная связь, — кивнул начальник.

— Похоже, вы правы, — внезапно осипшим голосом проговорил ученый.

Переглянувшись, Дворф с Патроном со всех ног кинулись в Бюро. Малыш Ларс поспешил за ними, размахивая панталонами на швабре.

— Срочная планерка! — возвестил Патрон, вбегая в офис. — Всем собраться в зале для совещаний!

Ответом была тишина.

— Где они? — удивился начальник.

— Йоу-йоу, вспомнил, — бодро сообщил Малыш Ларс. — Они сели бухать, а меня за закуской отправили.

— И где закуска? — рассеянно спросил Патрон. Гоблин продемонстрировал корзину с яйцами. — Как, сука, бухать? Мир в опасности, а они пьют?!

— Да нет, сейчас уже спят, наверное, — утешал Малыш Ларс. — Времени-то много уже прошло.

— Спят, мать их так?!

— Вы же сами сказали: у нас свободное время, — оправдывался гоблин.

Разъяренный Патрон обернулся к ресепшн, приказал банши:

— Голос!

Потусторонняя сущность изумленно вытаращила на него огромные желтые глаза. Полупризрачное серое лицо выражало непонимание.

— Хули смотришь? — еще больше обозлился Патрон, достал из кармана сигару, прикурил и окутался дымом, сделавшись похожим на банши. — Труби общий сбор!

Нечисть непонимающе и беспомощно посмотрела на начальника, и медленно отступила в сторону шкафа. Малыш Ларс махнул рукой, вышел на улицу. Вернулся спустя мгновение — банши тут же издала леденящий душу вопль. Поморщившись, Патрон отправился в зал для заседаний. Дворф поспешил за ним.

Банши продолжала верещать. Вскоре в зал, размахивая револьверами, ворвался взлохмаченный, совершенно пьяный Джо:

— Что? Где? Нападение?

— Пасть закрой, — сурово приказал Патрон. — Несет, как из бочки виски. Виски… Кстати, где вы его взяли? — Он забежал в кабинет, оттуда раздался рев раненого зверя: — Мой коллекционный! Односолодовый! Бляди алкоголические!

— Там еще добрая половина осталась, — простонал, вваливаясь в дверь, Люмик. — Жалко вам, что ли, для сотрудников? У вас же целый склад в кабинете.

— Что… ну… случилось? — вяло поинтересовался вошедший за ним Жига.

— Конец света скоро случится! А вы, суки, мой вискарь уничтожаете!

— Ну так тем более, если конец света, зачем вам столько вискаря? — Спросила Дарк, которая шла последней. — К гробу бар не приделаете. Наоборот, не лучше ли встретить смерть веселыми и хмельными? Можно даже в жарких объятиях… — она выразительно покосилась на Дворфа.

— Ну пиздец теперь, — разозлился гном. — Тебе лишь бы потрахаться. А мир кто будет спасать?

— Насчет мира не знаю, но пусть кто-нибудь выключит банши, — умоляющим тоном произнес Джо. — У меня башка сейчас треснет.

— А меня стошнит, — поддержал бледный Люмик.

Через пару секунд вопль оборвался, в зал заглянул довольный Малыш Ларс.

— Как тебе удалось? — удивился Патрон. — Она ведь орет только при появлении чужих.

— Временно снял допуск.

— Он магический, его снять невозможно.

— Опять недооцениваешь магию муду, снежок. Снял, потом вернул.

Гоблин уселся за стол, и поинтересовался: