Мы молчим и смотрим друг на друга.

Всего несколько секунд, а будто вечность.

Наконец, он первым подаёт голос, продолжая внимательно меня изучать.

— Всё в порядке? — его голос бархатистый, с лёгкой хрипотцой.

"Да где уж в порядке! — кричит всё внутри. — Муж чудовище, жизнь рушится, я не знаю, где взять сил, чтобы отстоять свои права! С его властью, деньгами и связями! С моим расшатанным здоровьем, без поддержки близких или друзей."

Но я молча забираю пустышку, пряча её в карман вместе с непрошеными слезами и осколками разбитой всего за сутки жизни.

— Да всё хорошо! — торопливо вклинивается Вадим. — Жень, проходи... — он запинается, и эта заминка говорит больше всех его слов. — Так, дела семейные...

В машине висит тяжёлое молчание — густое, как предгрозовой воздух.

Арина затихла, убаюканная мерным движением автомобиля.

Краем глаза замечаю, как охранник посматривает на меня в зеркало заднего вида. Пытается поймать мой взгляд.

Отворачиваюсь к окну. Не желаю ни сочувствия, ни жалости. Впрочем, какое там сочувствие... Он ведь просто выполняет приказ. А я для него — так, всего лишь работа. Истеричка, мешающая боссу.

Внезапно раздаётся неуверенное:

— Маргарита Сергеевна, простите за грубость… Я человек подневольный. Что хозяин скажет, то и делаю...

Горько усмехаюсь. Ещё извиняется, надо же. Видно, совесть не до конца выжгло корпоративной этикой. Что не скажешь о его начальнике…

Через силу выдавливаю:

— Ничего, я всё понимаю. Вы не виноваты.

Голос какой-то чужой, далёкий. Будто и не мой вовсе. В груди свербит, тянет — хоть волком вой. Закрываю глаза. Лишь бы не разреветься тут, при нём...

В квартире веет пустотой и одиночеством. Арина почти сразу начинает хныкать — есть просит. Я устраиваюсь в кресле, пытаюсь накормить, но что-то не так. Дочка жадно хватает грудь, сосёт-сосёт, но через двадцать минут снова плачет. Голодная.

Грудь как каменная, сжалась вся.

Я понимаю, что у меня пропало молоко…

ГЛАВА 15

Молоко словно испарилось вместе с остатками спокойствия.

Я судорожно ищу советы в интернете, пытаюсь массировать грудь, но чувствую — бесполезно. Набираю номер частного педиатра.

— Такое часто бывает на нервной почве, — в голосе Светланы Игоревны профессиональное сочувствие. — Лучше не мучить ни себя, ни малышку. Переходите на искусственное вскармливание. Могу порекомендовать отличную смесь...

Я киваю в трубку, записывая название. Заказываю смесь.

Пока ждём курьера, меряю шагами комнату. От стены до стены, от окна до двери. Арина хнычет, тянет ручки. Сердце кровью обливается — маленькая моя, за что тебе такие муки?

Ну почему ты должна страдать из-за выходок своего папаши?