Хотя, к чести Игоря Пантелеевича, пользовался он этой своей привилегией не часто. Так как желающих отказать, ну, по крайней мере в открытую, пока что не нашлось.

Таким образом, представитель армии тоже, практически сразу, оказался в курсе о прибытии «московских варягов.» Ну и, как уже говорилось, для выяснения цели этих «загадочных визитёров» не нужно было обладать какими-то, выдающимися и выбивающимися из ряда вон, аналитическими способностями.

Так что, не из-за того, что был обязан, а просто потому, что очень уважал, он поставил в известность генерала Петра Васильевича Чернобрового. Доложив о внеплановом прибытии деленации из самой столицы и, кпк следствие, предполагаемой проверке. В результате которой, очень даже может быть, начнётся невиданный «звездопад». Затем Городомыслов так же уселся в ведомственную чёрную «Волгу» и направился в ГУВД.

Где, к великому своему удивлению и, совершенно этого не ожидая, оказался свидетелем визита в Свердловск очень важных, причем таких, что аж дух захватывало, персон. Ибо увидел, как из машины выходит одна из самых значимых фигур государства, в лице Михаила Андреевича Суслова. Обоих же замов председателя родной конторы, человек его профессии должен был знать обязательно.

— Дела-а! — Только и смог вымолвить ошарашенный и самую малость сбитый столку, начальник первого отдела Уральского военного округа.

И, пользуясь тем, что на его машину ну, по крайней мере пока, никто не обратил внимания он притормозил и начал тихонько сдавать назад. После чего, свернув за угол и скрывшись из поля зрения таких значительных особ, выбрался из автомобиля. И, вытерев мгновенно выступившую испарину, бросился к телефону-автомату.

Где, нашарив в кармане двухкопеечную монету, принялся трясущимися пальцами набирать номер генерала.

— Приёмная. — Не вдаваясь в никому не нужные подробности, коротко и ясно ответили на другом конце провода. — Слушаю вас…

Такой лаконизм был обусловлен тем, что посторонние просто не могли знать эти шесть заветных и, не в коем случае не афишируемых, цифр. Ну, а раз уж человек дозовнился то, в любом случае, входит в круг тех, «кому можно и положено».

— Эмма Васильевна, это Городомыслов. — Так же скупо отрекомендовался «молчи-молчи». — И, пресекая неуместные, во всяком случае по его, как он считал, весьма объективному мнению, бюрократические игры, чуть-чуть надвил голосом. — ЭТО ОЧЕНЬ СРОЧНО!

И опытная и, главное мудрая секретарша, на уровне инстинктов понимающая, где и с кем можно поиграть в «строгого вахтёра», а когда этого делать не стоит, тут же прощебетала.

— Соединяю.

— Петр Васильевич, у нас гости! — Тут же ошарашил генерала Городомыслов. И, не давая тому вставить ни слова для уточнения, поспешно выдохнул. — Из Москвы! — А после принялся перечислять имена тех, кого обычный советский человек мог видеть лишь на висящих в обителях «большого начальства» портретах, Ну и, конечно же, по телевизору. Во время трансляции, происходящих по большим праздникам так любимых советскими людьми, демонстраций. — Сам Михаил Андреевич Суслов и оба зама Андропова, Цинёв и Цвигун!

— Полковник, ты часом, не пил сегодня? — Не успев переварить не спешащую укладываться в голове информацию, первым делом поинтересовался генерал. А потом, чуточку позже, осознав, что глава первого отдела подобными вещами шутить не будет, задал конкретный вопрос. — Откуда такие сведения?

— Так сам, своими глазами, только что видел! — Немного обиженный недоверием, в запале выкрикнул Городомыслов. — Борт из Москвы приземлился на одном из наших военных аэродромов. После чего, в составе кортежа из пяти машин, делегация подъехала к Главному Управлению нашей Свердловской Милиции. И сейчас они о чём-то беседует с их руководством!

— Так понимаю, ты сейчас где-то рядом с ГУВД? — На всякий случай уточнил Чернобровов. И, дождавшись подтверждения, бросил. — Подожди пока! Выезжаю!

* * *

Тем временем, на крыльце здания, никогда не видевшего такой концентрации имеющих силу и власть людей, события развивались своим ходом и должным образом.

— Здравствуйте, Михаил Андреевич! — Слегка дрожащими губами, поприветствовал Члена Политбюро, начальник Свердловской милиции. — После чего, отдал честь облачённому в военную форму Георгию Карповичу, и лихо гаркнул. — Здравия желаю, товарищ генерал. И, напоследок, подобострастно улыбнулся второму заму Андропова. — Здравствуйте, товарищ Цвигун!

Сотрудников «девятки», так же, как и обоих, скромно державшихся девушек и, не иначе, как по какому-то недоразумению затесавшуюся в общество таких больших людей малявку, главный милиционер Свердловска предпочёл проигнорировать. Охранников — потому что держал за «обслугу». Ну, а к «гражданским», не зная их статуса и причины нахождения в компании «небожителей», обратиться просто не рискнул.

Ясно же, что «бабы» приходятся родственниками кому-то из, так внезапно и, совершенно не к месту, нагрянувших «шишек». Но, заострять внимание на «нарушении протокола», было бы чудовищной и, грозящей обернуться неизвестно чем, глупостью.

— Здравствуйте, товарищи! — Поприветствовал сразу вех встречающих, Суслов. И, переведя взгляд на начальника ГУВД, спросил. — Что, так и будете гостей на крыльце держать?

— Нет, конечно, Михаил Андреевич! — Засуетился главный милиционер Свердловска. И, лично распахнув перед прибывшими двери, залебезил. — Проходите, пожалуйста!

Мысленно, при этом гадая, ЧТО привело больших и важных людей в их, в общем и целом тихий и провинциальный, если не сказать, «патриархальный», город.

А, Олег Станиславович, выполняющий обязанности заместителя начальника главка, грозно взглянул на, намыливавшихся «бочком» спуститься с крыльца Познякова и Василия. После чего сурово нахмурил брови и многозначительно кивнул на двери. Молча но, оттого не менее строго и действенно, приказывая вернуться обратно.

Здраво рассудив, что визитёры подобного уровня примчались в Свердловск не просто так. А, скорее всего, из-за какого-то, явно дошедшего до «самой Москвы!», серьёзного, если не сказать больше, чрезвычайного происшествия.

К которым, вполне можно отнести недавнее убийство пусть и рядового но, всё-таки партаппаратчика. А так же его непутёвого сына. К счастью, это «тухлое» дело забрало себе КГБ.

Но, раз уж ТАКИЕ люди почтили их своим вниманием значит, придётся отдуваться по полной. И, как это бывает в подобных случаях, обязательно «назначить и наказать невиновных».

В то, что после визита московского начальства, произойдёт чудо и последует «награда непричастных» верилось с очень большим трудом. Даже, скорее, с практически околонулевым коэффициентом вероятности.

* * *

— Блядь! Не успели! — Сквозь зубы прошипел недовольный и весьма раздосадованный внезапно возникшими обстоятельствами, капитан. А рука, сама собой потянувшаяся к затылку, почесала густую шевелюру. — И что теперь, Викеньтьич?

— Пиздюлей будем получать, Вася! Пиздюлей! — Так же тихо и с грустной, свойственной лишь умудённым жизьнью и много повидавшим на своём веку философам обречённостью, предсказал Позняков. А потом, с жалостью во взгляде, впрочем, адресованной больше себе, чем подчинённому, резюмировал. — Само-собой, за себя… Ну и, куда же без этого, за того парня.

* * *

Из всех «больших людей города», о визите московских гостей, Борис Николаевич узнал последним. Но, будучи человеком опытным и, при этом, знатно поднаторевшим в подковёрных играх, сориентировался почти мгновенно.

— Валентина Игоревна. — Сняв трубку внутреннего телефона, обратился он к своей помощнице. — Прошу вас, распорядитесь через пять минут подать машину. Я еду в ГУВД!

И, усевшись в точно такую же, практически один в один, как и у остальных, черную «Волгу», прибыл к зданию Главного Милицейского Управления вместе с генералом Чернобрововым и начальником Первого Отдела Уральского Военного округа, полковником Городомысловым.