Неясно, насколько это соответствовало интересам рабочих, зато очевидно, что интересам Рокфеллера это было жизненно необходимо. Его доля на мировом рынке выросла рывком на 8 % до 48 %.
Отдельно стоит заметить, что против самых крупных нефтяных магнатов шведов Нобелей Сталин активно не выступал. Некоторые исследователи считают, что Нобели откупились от Сталина деньгами, и даже называют цифру 50 000 рублей[298]. Другие считают, что Нобели были настолько близки к высочайшей власти в России и непосредственно к Александру III, хлопотавшему перед кайзером Германии «кузеном Вилли» о протекциях керосина Нобелей на германском рынке, что экономической безопасностью Нобелей занималась царская охранка. Так что вполне возможна версия, что Сталин параллельно с охранкой сам «работал» на Нобелей, устраивая проблемы его внутрироссийским конкурентам, откуда и родилась версия о сотрудничестве Сталина с охранкой. И поручения Рокфеллера — Ленина — Троцкого выполнял, и Нобели внакладе не оставались.
Нефтяные вышки в Баку горели и до приезда Сталина в Батум. В 1897–1899 годах горело по 50–60 вышек в год. А в 1900-м сгорело сразу 318 вышек — в 5 раз больше, чем годом ранее. На проблемы техники безопасности это стало непохоже. А в 1901 году произошла прямая экономическая диверсия: охранник бака с мазутом в Баку факелом поджег нефть. Пожар длился 5 дней, причинил фирме «Нобель» убыток около 1,5 млн руб[299]. Сгорело 257 вышек. После этого и приехал в Батум товарищ Сталин.
И если первый пожар на нефтепромышленном заводе Ротшильдов 4 января 1902 года, по мнению Константина Канделаки, провел лично Сталин, то в дальнейшем Сталин сформировал весьма разветвленную и прекрасно организованную преступную группировку, занимавшуюся убийствами, вымогательством (рэкетом), а главное — идеологическими и экономическими диверсиями (поджогами нефтепромыслов). Активных организаторов в этой ОПГ было несколько десятков, среди которых наиболее известными были Канделаки, Орджоникидзе, Калинин, Розенфельд (Каменев), Киров, Шаумян, Красин, Литвинов, Камо, Ворошилов и позднее Берия[300].
Идеологические диверсии в виде распространения подрывной литературы с требованием увеличить зарплату рабочим приводили к массовым забастовкам и, соответственно, снижению производства нефти в России (Баку — Батум), что опять же было выгодно Рокфеллеру (США). Одновременно эти идеологические диверсии создавали мощную поддержку населения, что помогало при укрывательстве членов Сталинской ОПГ от полиции и подготовке очередных экономических диверсий в виде поджогов нефтепромыслов.
При этом стоит отметить весьма слабую работу полиции и жандармов, частично не способных к ликвидации Сталинской ОПГ, а частично за взятки покрывавших поджоги со стороны конкурирующих нефтепромышленников. Полицейские из-за низкого материального положения не дорожили своим служебным положением и очень легко расставались со своей должностью[301]. Казаки применялись полицией почти исключительно на демонстрациях протестующих и не внесли существенного вклада в борьбу с ОПГ Сталина. Нефтепромышленники нанимали чеченцев для защиты нефтепромыслов, но и это не спасало их от пожаров[302].
В 1903 году Ротшильды достроили нефтепровод от Баку до Батума. Нефть и продукты по нему вывозились из России почти во все страны: больше всего в Великобританию, затем в Ост-Индию, Германию, Египет, Турцию, Францию. И в этом же году сразу после переговоров с Нобелями и Ротшильдами в Париже вспыхивают организованные
Рокфеллером бунты и диверсии в Баку, при которых сжигаются прежде всего вышки и нефтепереработка Ротшильдов. На Биби-Эйбатских промыслах произошел пожар, уничтоживший большинство промыслов и более 25 млн пудов нефти. Сгорело 188 вышек. Сталин был одним из организаторов этих восстаний. И значит, практически вне сомнений — имел определенные обязательства перед Рокфеллером.
Добыча нефти в Баку снизилась до 10,3 млн тонн, сократившись до 41 % мировой добычи. Зато доля Рокфеллера на мировом рынке поднялась до 50 %.
В 1904 году Сталин организовывает грандиозную стачку рабочих нефтяных промыслов в Баку[303].
«После окончания деловой части заседания (28 декабря), — вспоминал член стачечного комитета той забастовки М. Саркисян (Минас), — представитель ЦК рассказал нам, что через два дня по его приезде к нему в гостиницу явились какие-то два человека и, назвав себя представителями фирмы бр. Нобель, откровенно заявили: „Мы знаем, что вы являетесь представителем ЦК РСДРП; предлагаем внести через вас 30 000 рублей в пользу организации с условием, чтобы забастовка была продлена еще на полторы-две недели“. Само собой разумеется, что товарищ категорически отказался от сделанного ему предложения, заявив, что они ошибаются и что он не имеет никаких связей с какими бы то ни было организациями. Товарищ в тот же день переехал в другую гостиницу, куда по прошествии двух дней опять явились те же два субъекта с той же целью, и на этот раз уже предложили 50 000 рублей».
Ущерб от пожаров 1904 года был велик у большинства промышленников, но у Нобелей имелись огромные для того времени хранилища для керосина и нефтепродуктов вдали от Баку, пополненные, как обычно, до окончания навигации и, соответственно, начала забастовки[304].
В феврале 1905 года без какой-либо существенной причины в Баку вспыхнула первая армяно-татарская (азербайджанская) резня. Ни одной из сторон это пользы не принесло, зато создало объективные предпосылки для поджога предприятий одного из крупнейших нефтепромышленников — армянина Манташева. А еврейские погромы соответственно создавали повод для поджогов предприятий Ротшильдов. Шведам Нобелям это вред приносило минимальный и даже помогало устранять конкурентов. При этом наибольшую пользу из экономических диверсий конкурентной войны в Баку извлекал Рокфеллер, получавший новые рынки сбыта продукции в Европе и Азии.
В этом же 1905 году, всего за 10 лет строительства, было закончено сооружение Транссибирской железной дороги в ее варианте с КВЖД. В 1995 году Александр III поручил ее строительство Витте именно с целью экспорта российского керосина в Китай, бывшего главным рынком сбыта прежде всего Рокфеллеров, а во вторую очередь и Ротшильдов — Самюэлей — Детерингов.
Стоит отметить, что Ротшильдам все это не понравилось. В поджогах промыслов они видели не столько происки Рокфеллера, сколько экономико-террористическую борьбу пророссийских Нобелей. Соответственно, Ротшильды, объединившись с Рокфеллерами, стали формировать для России войну с Японией, открыто выступив на ее стороне в финансовой войне.
В журнале «Красный архив» приведены многочисленные донесения русских финансовых агентов, показывающие, на какое сопротивление натыкались попытки получения займов на Западе (например, № 4, 6, 10). В воспоминаниях немецкого посла в Лондоне барона фон Эккардштейна приводится любопытный эпизод, как он в 1904 году познакомил японского посла графа Хаяши с Альфредом Ротшильдом, который «всегда был рад перейти дорогу русской дипломатии». Япония не была способна начать войну с Россией без крупной финансовой поддержки, а Английское правительство в ней отказывало, не желая нарушать нейтралитет. Но Ротшильд «заверил графа Хаяши в своей симпатии», гарантировал финансовую поддержку дома Ротшильда и тем дал возможность Японии начать войну[305]. Ротшильды во время Русско-японской войны предоставили противнику России неограниченный кредит банков, которые они контролировали, что позволило японцам вести войну гораздо дольше, чем рассчитывало русское командование. Естественно, что в этот период для России были закрыты почти все зарубежные кредиты, в том числе, конечно, и самими Ротшильдами[306].
