«У нас много талантов, о которых вы, двуногие, не подозреваете, — в мысленном голосе Хур-Хура прозвучала нотка гордости, но она тут же утонула в тревоге. — Но сейчас не об этом. У нас проблемы. Большие. Грейдер… он пошёл в атаку».

«Я в курсе, — ответил я. — Смотрел вашу пресс-конференцию. Ты был не очень убедителен, дружище. Сравнить меня с урчащим от голода шушундриком — это, конечно, оригинально, но для людей звучит как бред сумасшедшего».

«Я пытался! — в его мысленном голосе прозвучало отчаяние. — Но он давит со всех сторон! Общественное мнение против нас. Твоя репутация уничтожена, а вместе с ней — и моя. Грейдер каждый день выступает с заявлениями, он требует импичмента. Он говорит, что я покрываю террориста, то есть тебя. И, боюсь, у него есть все шансы. Совет нервничает, народ ропщет. Ещё немного, и они выметут меня из кресла президента поганой метлой. Что нам делать, Волк? Мы проигрываем».

Я слушал его паническую тираду и чувствовал, как внутри всё наоборот успокаивается. Его страх оказался для меня лучшим тонизирующим средством. Призывом к действию.

«Успокойся, Хур-Хур, — мысленно произнёс я. — Никто никуда тебя не выметет. И мы не проигрываем. Мы просто переходим к плану „Б“».

На том конце «провода» повисла тишина. Я чувствовал, как он переваривает мои слова.

«План… „Б“?» — неуверенно переспросил он.

«Именно, — подтвердил я. — Пора разыграть эту партию до конца. Слушай меня внимательно и запоминай. У тебя не будет права на ошибку».

Я сделал паузу, собираясь с мыслями, выстраивая в голове чёткую, безжалостную последовательность действий.

«Завтра ты соберёшь новую пресс-конференцию, — начал я, и мой мысленный голос звучал как приказ, не терпящий возражений. — Ты выйдешь к журналистам и скажешь, что был слеп. Что я обвёл тебя вокруг пальца, воспользовался твоим доверием. Что ты, как гарант закона и порядка, не можешь больше покрывать преступника. Ты публично отречёшься от меня, Хур-Хур. Ты назовёшь меня врагом Ходдимира. Террористом. И объявишь награду за мою голову. Большую. Очень большую. Такую, чтобы у каждого бандита слюнки потекли».

«Но… Волк… как я могу⁈» — в его голосе снова прозвучал ужас.

«Можешь, — отрезал я. — И сделаешь. Это единственный способ сохранить власть и не дать Грейдеру сожрать тебя с потрохами. Ты перехватишь у него инициативу. Ты станешь не тем, кто покрывает террориста, а тем, кто с ним борется всеми силами. Общественное мнение снова будет на твоей стороне. Ты станешь героем, который нашёл в себе силы признать ошибку и встать на путь истинный. Люди любят такие истории. Они от них плачут и прощают всё на свете».

Я чувствовал, как его мозг лихорадочно работает, как он пытается осознать всю глубину и цинизм моего плана.

«Хорошо, — наконец выдавил он. — Я… я сделаю это. А что дальше? Твой завод…»

«Мой завод, — продолжил я, — будет немедленно конфискован тобой в пользу государства. Как собственность террориста. Всё оборудование будет выставлено на открытый аукцион. Грейдер решит, что победил. Что вынудил тебя пойти против друга. Что лишил меня моей базы, моих ресурсов и шансов на победу».

«Но… мы же действительно всего лишимся!»

«Мы? — я мысленно усмехнулся. — Не мы, Хур-Хур. А они. Они будут думать, что мы всего лишились. А на самом деле… Помнишь ту небольшую подставную фирму, которую мы создали для закупки комплектующих?»

«Конечно, помню, — в его голосе прозвучало недоумение. — Но при чём здесь она?»

«При том, что за последние две недели я создал ещё десяток таких фирм. И на счета этих фирм я перевёл достаточно средств, чтобы выкупить всё оборудование с нашего завода. Трижды. Так что, когда состоится „открытый“ аукцион, всё моё оборудование купят мои же люди. Тихо, незаметно, по бросовой цене».

На том конце воцарилось ошеломлённое молчание. Я почти физически ощущал, как шестерёнки на его теле встаёт дыбом.

«Но… куда мы всё это денем? — наконец спросил он. — Нам нужна новая база. Скрытая, защищённая…»

«Она у нас уже есть, — спокойно ответил я. — В трёхстах километрах от Ходдимира есть одно чудесное место. Старый, заброшенный космодром. Реликт былого величия. Гигантские ангары, способные вместить десяток Волотов. Подземные бункеры, защищённые от прямого ядерного удара. Собственная геотермальная электростанция. И полное отсутствие посторонних глаз в радиусе ста километров. Идеальное место для новой берлоги. Я выкупил его на прошлой неделе через одну из подставных фирм. Для всех это просто кусок бесполезной земли с грудой ржавого металлолома. А для нас — это будущее».

Я замолчал, давая ему время осознать всё. Я чувствовал его восхищение. Неподдельное, чистое, почти детское восхищение перед лицом простого и не слишком надёжного плана. Однако моя уверенность передалась ему, и паника улеглась.

«Волк… это действительно может сработать!»

«Твоя задача — удержать власть в Ходдимире, — твёрдо сказал я. — Любой ценой. Моя — подготовить плацдарм для удара по Кощею. Переброска оборудования займёт время. Часть придётся купить в других местах, чтобы оставить меньше зацепок. Но мы справимся. Когда придёт время, мы ударим по Кощею оттуда, откуда он меньше всего ждёт. И мы снесём его с доски. Вместе со всеми его пешками и ферзями».

«Я понял, — его голос обрёл твёрдость. — Я всё сделаю, как ты сказал. Действуй, Волк. Делай, что должен».

«Вот и договорились, — кивнул я сам себе. — Удачи, Хур-Хур».

«Удачи, Волк. И помни. Даже когда весь мир будет считать тебя врагом, у тебя всегда будет один друг. Пушистый, серый и очень любящий мазут».

Связь прервалась.

Я открыл глаза. Фенечка тихо сопела у меня на коленях.

— Спасибо, — сказал я и осторожно опустил её на пол.

Она укатилась в угол мостика, где и замерла, притворившись очень большим комком пыли.

Я откинулся в кресле и посмотрел на экран. На зелёную, безмолвную стену джунглей.

Война становилась всё сложнее. Ставки — всё выше.

Но теперь я знал, что делать. План составлен. И достаточно хороший.

Осталось только его исполнить… и надеяться, что Грейдер не станет копать слишком интенсивно.

Глава 11

Оружие врага

Медблок «Избушки» сиял стерильной чистотой и пах озоном после кварцевания.

Лия, скрестив руки под грудью, с профессиональным интересом наблюдала за работой Вайлет.

Моя бывшая — и уже вполне себе настоящая — пассия была в своём обычном белом халате, который только подчёркивал её неземную красоту и вызывающее декольте.

Её кожа мягко светилась, отбрасывая на хромированные поверхности изумрудные блики.

Вайлет, как всегда бесстрастная, сидела у экрана, на котором медленно вращалась трёхмерная модель какой-то невероятно сложной молекулярной цепочки. В её фиолетовых глазах, однако, горел огонёк чистого, незамутнённого научного азарта.

Она находилась в своей стихии.

— Я закончила предварительный анализ, капитан, — доложила она, не отрывая взгляда от экрана.

— Предварительный? — хмыкнул я, подходя ближе. — А я уж надеялся, ты мне и противоядие сварила, и инструкцию по применению распечатала.

— Противоядие невозможно, — всё так же бесстрастно ответила Вайлет. — Потому что это не яд в классическом понимании. Это синтетический катализатор апоптоза.

Она вывела на экран анимацию.

Я не большой специалист в биохимии, но даже мне стало не по себе. Микроскопический агент, похожий на хитроумный ключ, проникал в клетку и запускал необратимый процесс самоуничтожения. Клетка съёживалась, распадалась на части, превращаясь в ничто.

Сразу вспомнилось отвратительное ощущение беспомощности, когда эта дрянь расходилась по моим венам после удачного выстрела снайпера. После боя мы собрали образцы, и вот теперь Вайлет проанализировала их.