Президент внимательно посмотрел на Риоле Лан, кивнул и сделал жест, приглашающий следовать за ним внутрь дома.
— Прошу простить меня за некоторую невежливость, уважаемые, — извинился он. — Идемте, переговорная комната для дружественной беседы уже приготовлена, там нам будет гораздо удобнее.
Пять минут спустя, там же, переговорная комната
Капитан Серегин Сергей Сергеевич, великий князь Артанский, император Четвертой Галактической Империи
В переговорной комнате Владимир Владимирович предложил нам с Риоле Лан сесть в кресла, затем сделал то же самое, и произнес:
— Слушаю вас, господа.
В ответ я щелкнул пальцами, устанавливая Полог Тишины и одновременно накладывая на собеседника Истинный Взгляд. Теперь все, что будет здесь сказано, останется между нами троими, а местный Путин не будет воспринимать в штыки каждое мое слово. Впрочем, президент тоже заметил наступление ватной тишины, когда даже старинные напольные часы вдруг онемели.
— Что это было, господин мой Сергий сын Сергия?
— Это было немного Высшей Магии, господин мой Владимир Владимирович, — ответил я. — Полог Тишины оставит все сказанное в этой комнате между нами. Это заклинание настолько безвредное, что его во время таинства Исповеди используют даже священники из числа наделенных соответствующим талантом. Предстоящий разговор можно приравнять к исповеди, ибо мы намерены рассказать вам о вещах, которые могут показаться вам невероятными и попросту невозможными.
Президент сухо усмехнулся и сказал:
— С тех пор, как у нас под боком открылись Врата в другой мир, при наличии вещественных доказательств мы примем к сведению любую невероятную информацию, пусть даже раньше эти вещи казались невозможными. Что касается магии и прочего колдовства, то прежде все это считалось у нас шарлатанством.
— Не может быть шарлатанством то, что работает, — ответил я, — и в этом вы только что могли убедиться сами.
— Да, убедился, — кивнул Путин, — и нахожусь по этому поводу в невероятном смущении, как же оно так могло получиться?
— Все очень просто, — сказал я. — Создавая Мироздание, Творец Всего Сущего встроил в него систему дистанционного прямого управления, чтобы иметь возможность дергать за приводные рычаги, не покидая своих Чертогов. Ну а потом, вкладывая в двуногого хищного разумного зверя душу, Господь передал некоторым представителям человечества способность через волевое усилие использовать часть его возможностей. Только с этим все не так просто. Чтобы овладеть скрытыми талантами, будущему магу необходимо пройти через обряд инициации, проводить который должны уже инициированные маги высоких рангов при достаточно высоком уровне магического фона. А тут у вас, в верхних мирах, нет ни магического фона, ни инициированных магов, поэтому подавляющая часть талантов так и остается скрытой. Чтобы развиваться по этой линии, потенциальному магу нужно угодить в смертельную опасность и воспользоваться встроенной в магическую оболочку возможностью усилием воли катапультироваться на самый нижний уровень Мироздания, иначе еще называемый Истинным Олимпом. Потом этому человеку еще предстоит выжить в том, не самом дружелюбном, мире и добиться, чтобы кто-то из местных магов или античных богов взял его в ученики. Есть и другие способы, но это уже отдельная история.
— М-да… — хмыкнул президент, — интересно, но недоказуемо. А я-то думал, что разговор пойдет о серьезных вещах…
— Прежде чем разговаривать о серьезных вещах, следует добиться уяснения основ, — сказал я и добавил в пространство: — Лилия, ты мне нужна.
Хлоп! — и моя приемная дочь уже тут. Наряженная в белый древнегреческий хитончик и позолоченные сандалии, она, по своему обыкновению, возникла прямо из воздуха.
— Кого нужно вылечить, папочка? — спросила она, разглядывая изрядно ошарашенного президента.
— Пока никого, Лилюшка, — ответил я, — но впоследствии тебе надо будет заняться вот этим человеком. Однако пока он упрямится и не хочет признавать очевидного…
— Очевидное я признаю, особенно если оно от меня на расстоянии вытянутой руки, — парировал Путин. — И, кстати, господин мой Сергий сын Сергия, будьте добры представить мне это очаровательное дитя, которое вы с такой непринужденностью вызвали из каких-то иных измерений.
— Это прелестное дитя — античная богиня подростковой любви Лилия, дочь Афродиты-Венеры, она приходится мне приемной дочерью, — признался я. — Сказать честно, она сама выбрала меня в приемные отцы, после того, как я в очном смертельном поединке прикончил ее юридического отца Ареса-Марса, домашнего тирана и ревнивца-самодура. От того дуболома в прикиде греческого гоплита Лилия не видела ничего, кроме тумаков и синяков, зато в моем окружении она наконец почувствовала себя членом большой и дружной семьи.
— Да, — подтвердила Лилия, — мой папочка абсолютно прав. Несмотря на занятость государственными делами, он лучший из отцов, какие только могут быть в подлунных мирах. И вообще, чтобы два раза не вставать, папочка, покажи-ка любезному хозяину, кто ты такой на самом деле. И слушать тогда он тебя будет гораздо внимательнее. А мне не терпится приступить к любимой работе. На этом человеке имеется множество энергетических привязок и присосок, которые требуется немедленно оборвать, а еще, несмотря на хорошую спортивную форму, у него имеется множество возрастных проблем со здоровьем. Все, что предлагают местные эскулапы — не более чем паллиатив, только я способна дать ему настоящее лечение.
— Да, господин мой Сергий сын Сергия, раз уж ваша дочь затронула эту тему, мне тоже будет интересно узнать, кто вы такой на самом деле, — с оттенком скепсиса произнес президент. — Ваше появление было обставлено очень убедительно, но возникают, знаете ли, сомнения — может, вы и не император вовсе, а должностное лицо не самого высокого полета.
— Императорский титул у меня такой же настоящий, как у вас должность президента Российской Федерации, — заверил я, ощутив щекотку в темечке. — Только это не наследственная синекура, а крайне серьезные обязательства перед людьми, вверенными моему попечению. Впрочем, это только конец истории, а начинать нужно с исходных данных. Мое настоящее имя, данное мне при рождении — Серегин Сергей Сергеевич, крайнее звание в родном мире — капитан сил специального назначения. Однако три года назад мне пришлось выполнять одно ответственное задание, носившее крайне необычный характер: нашей группе поручили найти и уничтожить чрезвычайно опасную деструктивную сатанинскую секту, связанную с Украиной. В конце своего существования сектанты превратились в банду безжалостных отморозков. До нас за это дело брались смежники из Конторы, то есть, простите, ФСБ, но не преуспели, а только понесли потери.
— Мне докладывали о подобном случае, — сухо произнес президент, — насколько я помню, группа армейского спецназа свою задачу выполнила и полностью уничтожила банду, но при этом и сама исчезла бесследно. Как мне сказали, следы просто оборвались, будто отрезанные. Только это случилось не три, а четыре года назад.
— Наша группа не исчезла, а провалилась в магическую межмировую воронку, открытую лидером секты, чтобы спастись от нас в том самом нижнем мире, где до недавних пор обитал сынок нашего Сатаны. Однако эта тварь опоздала — к тому моменту мы ее уже догнали. Но прикончил слугу Нечистого не один из бойцов моей группы, а прикомандированный к нам священник-инквизитор, обладающий талантом на расстоянии чуять разные порождения зла. Сказал честный отче: «Изыди, Сатана!», с небес ударила молния — и от бывшего главаря секты остались только лужа вонючей жижи.
— А я и не знал, что наши священники так умеют, — усмехнулся президент. — Насколько я помню, такими способностями обладал только Иисус Христос, а после него ничего подобного никто не показывал.
— Иисус Христос — это воплощение Бога-Сына, а отче Александр вместе со священническим саном принял на себя обязанности аватара Бога-Отца, — пояснил я. — Аватар — это глаза и уши, а также Голос Творца в те моменты, когда ему это требуется. Также Аватар способен быть проводником Божьей Воли, и именно это произошло в нашем случае. Опознав через отца Александра слугу Врага Рода Человеческого, Всемогущий Боже врезал по нечисти со всей возможной яростью. Надо сказать, что и нашему батюшке это событие далось нелегко. До места первого привала в том мире мои бойцы, можно сказать, тащили его на руках, как раненого. Священников в нашей православной церкви, способных нести такую тяжкую ношу, немного, но они есть, а вот у католиков, и тем более у протестантов, подобный контингент отсутствует, так как его появлению препятствует господствующая на Западе этнокультурная доминанта.
