Спасибо ему, конечно, что избавил от сложного разговора с родительницей. Но ее же можно было поставить в известность?..

— Мамочка, я тебе перезвоню… — протянула девушка, задумавшись.

— Жаль, что платье без меня будешь выбирать. Ты мне фотографии пришли.

— Ладно, пришлю. Пока, мам, — на автомате ответила Агриппина и отбила вызов.

В ювелирный бутик девушка опоздала на добрые полчаса. Надо признать, что ее приняли доброжелательно и приготовили очень вкусный ягодный чай.

— Вот эти, — Агриппина показала на два кольца, что подобрал для нее мужчина.

— Не кажется ли вам, что есть более достойные варианты? Взгляните, пожалуйста, на этот комплект. Для вашего статуса… — закончить фразу ему не дали.

Комплект колец, а именно помолвочное и обручальное, Волконская составила самостоятельно. Из-за своей работы она сразу же отказалась от “булыжников”.

Простота. Ненавязчивость. Скромность.

— Подскажите, а Роберт… Выбрал свое кольцо?

— Да.

— И какое оно?

— Вкусы у вас совпадают, молодые люди, — досадно усмехнулся ювелир, рассчитывая на более крупную выгоду.

Агриппина не стала надевать самостоятельно помолвочное кольцо в бутике. Как-то это неправильно, что ли. Она предложит это сделать Роберту при личной встрече.

“Неужели забыла кольца?!” — подумала она, копошась в сумочке.

Вдруг по ее телу прокатилась ледяная волна паники. Сзади нее кто-то есть.

— А-а-а! — вскрикнула она, когда некто двинулся в ее сторону без какого-либо предупреждения.

Глава 14

Глава 14

К ней навстречу шагнул из темноты высокий мужчина. На его лице был шрам, который пересекал правую щеку, придавая его выражению суровость.

Роман Саульский внимательно посмотрел по сторонам, а только потом на Агриппину. Девушка была не то что напугана, она тряслась от страха при виде него.

Да, не красавец. На его коже остались отпечатки его прошлой жизни, которая преподнесла ему немало уроков.

Правда, сейчас не об этом…

— Роман. Можно просто Рома, — прищурился он, изучая лицо девушки. Красивое, надо признать.

— Что вам нужно? — просипела она в ответ.

— Меня нанял Звонарёв, — его просили не уточнять «какой из», поэтому сразу продолжил: — мало ли вам нужна будет моя помощь, тем более возвращаетесь поздно.

— Мне не нужна ваша помощь, — девушка сделала осторожный шаг назад. — Отойдите от меня.

— Хорошо, — поднял он обе руки примирительно, демонстрируя свою капитуляцию. — Вот только свои обязанности я выполняю в полном объеме.

— Неужели, Марк Романович так боится, что я сбегу, роняя тапочки прямиком из загса?.. Смешной он человек, — покачала она головой, — точнее, вообще без юмора.

Саульский не стал ее пугать, что за ней действительно кто-то шел. Оглашать свои предположения вслух он будет тому, кто его нанял. Объект ему достался эмоциональный, чтобы развивать у нее дополнительную паранойю.

— Завтра я отвезу вас на работу, а потом в свадебный салон платьев. Если в вашем маршруте есть что-то еще, то хотел бы заранее об этом знать, — мужчина достал визитку и протянул ей.

При передаче прямоугольного бумажного квадратика она вздрогнула и обронила его. Виной всему был входящий звонок от Роберта.

— Да? — опасливо она поглядывала на Романа.

— Ты не спишь?

— Время детское, — а самой было уж точно не до смеха. — Зачем ты ко мне приставил охранника?

— Извини, я замотался по делам, — Роберт был напряжен после разговора с отцом. — Как прошло знакомство?

— Я не получила ответа на свой вопрос, — твердо озвучила свою позицию Волконская.

— Так надо.

— Мне не надо.

— Это не обсуждается, — Роберт также был непреклонен в своем стремлении обезопасить ее во что бы то ни стало.

Агриппина набрала в грудь побольше воздуха, да так и ничего не сказала вслух. Если Звонарёв что-то решил, то он у нее ничего не будет спрашивать, а поставит перед фактом.

Как же хочется топнуть ногой от обиды на месте!

— А что со мной обсуждается?! Ах, точно!.. Ни-че-го! — на эмоциях она отбила вызов и закинула в сумку телефон так, будто гранату без чеки.

Роман видел и слышал, что девушка нервничает. Чуть позже он узнает, что разговор был с его другом, а не с потенциальной угрозой.

— Все хорошо?

— Лучше всех! За мной ходить не надо. Вы не собачка!

Но, кто бы ей позволил просто так уйти. Саульский проследовал за ней до квартиры. Убедился, что девушка в безопасности по короткому звонку, которого она не ожидала. А все свои наблюдения скинул емким сообщением Роберту.

Следующий день прошел, как в тумане. За новой должностью стояли совершенно иные обязанности административного характера. К ней бегали по любому чиху, так сказать. Ей казалось, что у пациентов пульмонологического отделения было намного спокойнее, чем у ее негласных подчиненных.

Роман встретил Агриппину у больницы. Был вежлив и собран одновременно. Не стал бы Роберт просто так просить его быть тенью его женщины. Отношения, правда, у них странные. Но это уже не его зона ответственности, если она не противоречит здоровью его объекта наблюдения.

Волконская стояла перед зеркалом, примеряя свадебное платье. Белоснежная ткань обвивала её фигуру, а кружевные детали добавляли изысканности. Но вместо радости она чувствовала, как внутри нарастает тревога. Сердце колотилось, а мысли путались. Она не могла избавиться от ощущения, что что-то не так. В зеркале отражалось ее взволнованное лицо, да и руки слегка дрожат.

В этот момент в примерочную комнату вошла ее давняя знакомая.

— Ну, привет, — ядовитым шипением пропела бывшая подруга. — Неожиданно, правда?..

— Как ты здесь?.. Я тебя не заметила, — Агриппина прижала лиф платья к груди.

— Выглядишь в нем так себе, — Ольга выдавила из себя мерзкую ухмылку, от которой стало тошно ей самой. Именно ей она наградила Волконскую, когда поведала о том, что спит с ее парнем. — Мимо проходила… Ля-я-я, какой ценник! Ты девственность свою продала или зашилась для выгодной партии? Мой о тебе ничего рассказывать не хочет.

— Хоть что-то в нем есть святое, в отличие от тебя.

— Что?.. Наверное у тебя старый хрен, поэтому не видит, какая ты жаба, Грушенька.

— Оля, выйди, — Волконская попросила настойчиво.

— Ты не скромница, а самая настоящая… — замахнулась она, но кто-то был ловчее.

Роман услышал, какую-то возню и решил пройти… А дальше дело техники и опыта работы с подобным.

Ольгу он допросил в своей машине без наряда полиции. Надавил мягко. Оказалось банальнее некуда – давняя обида. Она увидела Волконскую у свадебного салона случайно, а дальше… Ревность, злость и отчаяние.

Саульский был удивлен тому, что Агриппина вышла без фирменного пакета из бутика. Не стал комментировать. Поинтересовался только ее самочувствием и надо ли еще куда-нибудь заехать.

— Ты почему не купила платье? — Волконская открыла дверь Роберту в слезах, но он будто этого не заметил.

— У меня заболела голова, — уклонилась она от вопроса.

Агриппина уж точно знала, что обо всем ему доложил Роман.

— Передумала, да? Наигралась?..

— Пошел вон.

Катаясь на эмоциональных горках, девушка уже не ощущала почву под ногами и ей было все равно, с кем она разговаривает. Хоть с самим чертом с рогами.

— А кольцо? Почему не надела? — оттеснил ее вглубь квартиры, чтобы соседям не давать затравку.

— Почему? Почему?.. Потому! — отмахнулась она и прошла в комнату.

Как же у нее болела голова! Кружилась из-за этих перегрузок! А они на нее все насели и только ждали каких-либо действий с ее стороны.

Она чувствовала себя настоящей невестой. Уж точно не фиктивной.

Оглянувшись через плечо, Агриппина увидела его гнев. Лицо Роберта было искажено яростью, глаза горели, как два раскаленных угля.

Сердце ее забилось еще быстрее. А тревога, которая уже терзала ее, только усилилась.

— Ты не понимаешь, что делаешь? Ты подписала договор!.. — прорычал он, шагнув ближе.