Но лишь позаняли места,

Ан, глядь, сидит тут крыса без хвоста.

Приметя то, седую Мышь толкает

          Мышонок молодой

     И говорит: «Какой судьбой

     Бесхвостая здесь с нами заседает?

     И где же делся наш закон?

Дай голос, чтоб её скорее выслать вон.

Ты знаешь, как народ бесхвостых наш не любит;

И можно ль, чтоб она полезна нам была,

Когда и своего хвоста не сберегла?

Она не только нас, подполицу всю губит».

А Мышь в ответ: «Молчи! всё знаю я сама;

     Да эта крыса мне кума».

Пастух

У Саввы, Пастуха (он барских пас овец),

          Вдруг убывать овечки стали.

               Наш молодец

     В кручине и печали:

Всем плачется и распускает толк,

     Что страшный показался волк,

Что начал он овец таскать из стада

          И беспощадно их дерёт.

          «И не диковина», твердит народ:

     «Какая от волков овцам пощада!»

          Вот волка стали стеречи.

     Но отчего ж у Саввушки в печи

То щи с бараниной, то бок бараний с кашей?

          (Из поварёнок, за грехи,

В деревню он был сослан в пастухи:

Так кухня у него немножко схожа с нашей.)

За волком поиски; клянёт его весь свет;

Обшарили весь лес – а волка следу нет.

Друзья! Пустой ваш труд: на волка только слава,

          А ест овец-то – Савва.

Мельник

У Мельника вода плотину прососала;

     Беда б не велика сначала,

     Когда бы руки приложить;

Но кстати ль? Мельник мой не думает тужить;

А течь день-ото-дня сильнее становится:

     Вода так бьёт, как из ведра.

     «Эй, Мельник, не зевай! Пора,

     Пора тебе за ум хватиться!»

А Мельник говорит: «Далёко до беды,

     Не море надо мне воды,

И ею мельница по весь мой век богата».

          Он спит, а между тем

     Вода бежит, как из ушата.

     И вот беда пришла совсем:

     Стал жернов, мельница не служит.

Хватился Мельник мой: и охает, и тужит,

     И думает, как воду уберечь.

Вот у плотины он, осматривая течь,

Увидел, что к реке пришли напиться куры.

     «Негодные!» кричит: «хохлатки, дуры!

Я и без вас воды не знаю где достать;

А вы пришли её здесь вдосталь допивать».

          И в них поленом хвать.

Какое ж сделал тем себе подспорье?

Без кур и без воды пошёл в своё подворье.

          Видал я иногда,

     Что есть такие господа

(И эта басенка им сделана в подарок),

Которым тысячей не жаль на вздор сорить,

     А думают хозяйству подспорить,

          Коль свечки сберегут огарок,

И рады за него с людьми поднять содом^[88].

С такою бережью диковинка ль, что дом

          Скорёшенько пойдёт вверх дном?

Булыжник и Алмаз

Потерянный Алмаз валялся на пути;

Случилось, наконец, купцу его найти.

               Он от купца

          Царю представлен,

     Им куплен, в золоте оправлен,

И украшением стал царского венца.

     Узнав про то, Булыжник развозился,

Блестящею судьбой Алмаза он прельстился

И, видя мужика, его он просит так:

          «Пожалуйста, земляк,

     Возьми меня в столицу ты с собою!

За что́ здесь под дождём и в слякоти я ною?

     А наш Алмаз в чести, как говорят.

Не понимаю я, за что́ он в знать попался?

Со мною сколько лет здесь рядом он валялся;

Такой же камень он, и мне набитый брат.

Возьми ж меня. Как знать? Коль там я покажуся,

То также, может быть, на дело пригожуся».

Взял камень мужичок на свой тяжёлый воз,

     И в город он его привёз.

Ввалился камень мой и думает, что разом

     Засядет рядом он с Алмазом;

Но вышел для него случа́й совсем иной:

Он точно в дело взят, но взят для мостовой.

Мальчик и Червяк

Не льстись предательством ты счастие сыскать!

У самых тех всегда в глазах предатель низок,

Кто при нужде его не ставит в грех ласкать;

И первый завсегда к беде предатель близок.

Крестьянина Червяк просил его пустить

          В свой сад на лето погостить.

     Он обещал вести себя там честно,