Надо отметить, что никто из участников конфликта: ни старший помощник, ни его противники, использовать клинки для выяснения отношений не собирались — все колюще-режущие предметы остались стоять прислоненными к стенкам и табуреткам. И на это была своя веская причина. Власти на кабацкие драки смотрели сквозь пальцы, если те проходили без применения оружия. Если деретесь на кулаках, или используя пивные кружки, табуретки, скамейки, столы и прочий подсобный материал — деритесь на здоровье… если можно так выразиться и хоть поубивайте друг дружку — ваше дело.

А вот если начиналась поножовщина, или использовались более длинные клинки, то все участники, независимо от того, кто первый начал, официально становились преступниками. Ни Денис, ни наемники, переходить в эту категорию населения не стремились. Правда, злоумышленников еще надо изловить и арестовать, а это вряд ли, но испытывать судьбу никому не хотелось — раз в год и палка стреляет — могут и поймать, сдуру. Старшего помощника на эту тему просветили матросы "Души океана", а наемники, наверняка, и так были в курсе дела.

Еще следует отметить, что в неписанном законе о безнаказанности для правильно дерущихся существовало исключение. И ничего в этом удивительного нет — не существует правил без исключений. Вот например, недокументированное дополнение для всех статей уголовного кодекса, напечатанное симпатическими чернилами и видимое только представителям правоохранительных органов: сын прокурора, судьи, или депутата не может быть виновен, если он виновен. Не говоря уже об отцах… или матерях — смотря кто является прокурором, судьей, или депутатом — всякое, знаете ли, бывает.

Так что ничего удивительного, что в законе о безнаказанности правильно дерущихся было одно ограничение, суть которого сводилась к следующему: уголовному преследованию не подвергаются участники драк внутри общественных заведений без применения холодного оружия между одними уважаемыми людьми и другими уважаемыми людьми; между неуважаемыми людьми и другими неуважаемыми людьми; между уважаемыми людьми и неуважаемыми людьми, если победили уважаемые люди, но если победили неуважаемые, то они, как раз таки, уголовному преследованию подвергаются. Ну, разумеется, если их поймают.

Денис считал себя уважаемым человеком, кем считали себя наемники неизвестно, но рисковать и использовать клинки никто не собирался. Неписанный закон гласил однозначно: на улице — ради бога, хоть четвертуйте друг дружку, а в кабаке — ни-ни! Все это с учетом относительной уважаемости, противников, разумеется. А что содержалось в писанном законе никто не знал. Похоже, что даже местные юристы не знали. По крайней мере именно такой точки зрения придерживались знакомые матросы старшего помощника.

Оставшаяся в дееспособном состоянии пара наемников толк в кабацких драках знала (с другой стороны странно было бы, если бы не знала) — они не поперли на старшего помощника стеной, а стали расходиться, чтобы напасть с разных сторон. Ну, что тут можно сказать? Только одно — стратеги! Но ведь, как мы знаем, и старший помощник был не лыком шит. Красная Пчела, однако!

Противостояние вырисовывалось эпическое… однако все закончилось быстро. Это только в боевиках антагонисты наносят друг другу зубодробительные удары, каждый из которых должен отправить оппонента если не в морг, то в больничку однозначно, вскакивают после них, отряхиваются, как искупавшиеся собаки и с новыми силами бросаются в бой. При этом еще произносят длинные монологи, а затем препираются друг с другом, обещая всяческие кары. В жизни все кончается быстрее и не так зрелищно.

Старший помощник изобразил "змейку", сделав вид, что собирается атаковать левого, относительно себя, врага, затем сменил вектор движения, вышел на ударную позицию и левой ногой подбил правую ногу наемника, на которую тот должен был опереться, завершая шаг. В результате этого маневра враг оказался на полу, что было совершенно естественно и в полном соответствии с законами физики.

Придерживались ли наемники благородного правила "лежачего не бьют" неизвестно, а вот то, что его не придерживался Денис — известно однозначно. Воспользовавшись преимуществом своей позиции он начал обрабатывать лежащего неприятеля ногами со всей возможной скоростью и силой: по ребрам, по рукам, по ногам, по животу и по голове.

Это и в октагоне, где бойцы босые, достаточно неприятно, а уж когда кованными сапогами… В ходе процесса принуждения к миру, старший помощник еще раз с любовью и ностальгией вспомнил мальчиков наставника Хадуда и самого мэтра, научивших его, что и как надо делать с поверженными врагами. Ну, что тут можно сказать, чтобы не соврать? — только одно — мастерство не пропьешь!

Таким образом, когда третий наемник вышел на ударную дистанцию, союзников у него уже не было. Точнее говоря, не совсем так — союзники остались, да толку от них было, как от козла молока — оба валялись на полу и громко стонали. Принимать бой в таких условиях было бы отнюдь не верхом стратегического мышления и не исключено, что опытный боец — а иные в наемниках долго не живут, не постеснялся бы организованной по всем правилам военного искусства ретирады, да вот только кто бы ему позволил? Погнали наши городских! Денис наглядно продемонстрировал, чье конфу сильнее — Ордена Пчелы, или местное.

Сначала Денис, имитируя атаки по верхнему уровню, заставил оппонента отвлечься от защиты ног и воспользовавшись этой ошибкой отсушил ему лоу-киками сначала одну ногу, а затем и другую. Ну, а добить лежачего было делом техники, которую старший помощник с блеском и продемонстрировал. После этого Денис мрачно оглядел кухонный персонал, высыпавший поглазеть на интересное зрелище и веско распорядился:

— Выкинуть это мясо, чтобы аппетит мне не портило! — А на робкий вопрос шеф-повара:

— Кто заплатит за ущерб? — Старший помощник хищно ощерился:

— Угадай! — Он хотел добавить: "с трех раз", но потом решил, что все равно не поймут — Азия-с, и не стал.

Что касается аппетита, то испортился ли он у всех остальных посетителей ресторана, включая Снежную Королеву, Денис не знал, ибо никак этим вопросом не интересовался, а вот собственный только разыгрался — физические упражнения, хоть и кратковременные, по-любому способствуют. А тут и официантка подоспела с заказом. Расставляя тарелки, она успевала бросать на старшего помощника восхищенные взгляды, что еще больше способствовало хорошему настроению Дениса и опосредствованно — аппетиту. Так что, пообедал старший помощник с огромным удовольствием и даже попросил добавку, коею немедленно и получил. Ну, а как иначе? — Герой!

Наевшись, а если называть вещи своими именами — обожравшись так, что пришлось расстегнуть ремень, Денис отодвинулся от стола, сыто рыгнул и принялся ждать, пока Снежная Королева с видимым отвращением стрескает свою пайку. Отвращение, по всей видимости, было вызвано отнюдь не качеством еды, достаточно хорошим, а ситуацией в целом.

Ну, а что бы вы хотели? — венценосная особа вынуждена принимать пищу в таких ужасных условиях! — во-первых, нет лакея, стоящего за креслом, который занимался бы переменой блюд и освежением бокала с вином; во-вторых, нет королевских гвардейцев, охраняющих покой обедающей принцессы; в третьих, вместо гвардейцев покой охраняет неотесанный мужлан, не имеющий никакого представления о придворном этикете в целом и о том, как вести себя с принцессой в частности; ну и в четвертых, трое мужланов, еще более грубых, чем ее телохранитель, и чуть было не похитивших ее с неизвестными целями, кому угодно испортят настроение, не говоря уже об утонченных особах. Так что, понять Снежную Королеву было можно.

Все процессы в нашей расширяющейся Вселенной имеют свое начало и свой конец, завершилась и трапеза Тарении. Убедившись, что девушка поела, Денис поднялся из-за стола и направился на выход из ресторана. Оглядываться, чтобы убедиться движется за ним Снежная Королева, или нет, он не стал — отстанет и влипнет еще во что-нибудь — ее проблемы — он ей не нянька. Однако, гордость не синоним глупости и несмотря на абсолютно неподобающее поведение приданного ей телохранителя, Тарения от него ни на шаг не отставала.