А за глаза Тона Идрильо называли Крокодилом. Если бы такое погоняло было у дамы… ну, пусть не у дамы — а скажем более общо — у представительницы прекрасной половины человечества, то это можно было бы расценить, как намек на то, что отправка ее на конкурс красоты особого смысла не имеет. И не более того. Ничего страшного — не всем же быть красавицами.

Это же прозвище, данное представителю сильной половины человечества должно было немедленно насторожить понимающего человека. Вряд ли оно могло быть дано исходя из внешности носителя — как мы уже выяснили, для этого используются канонические варианты, типа: Красавчик Билли, Красавчик Серый, ну и так далее.

Значит кличка намекала на внутренние, можно сказать — душевные качества носителя, а это уже серьезно. Батранский крокодил внешне, практически, не отличался от своего земного собрата, а вот внутренне, если можно так выразиться — очень даже отличался. Дело заключалось в том, что местный крокодил был ядовит. Ну-у… что тут скажешь? — встречались на планете твари и похуже — человек например, но и крокодил хоть в призовую тройку может и не попадал, в десятку входил точно.

Имидж главаря мафии кличке поспособствовал — не без этого. Существуй в бакарской литературе жанр фэнтези и телеканалы вроде "РЕН ТВ", Тона Идрильо точно бы приняли за рептилоида — уж больно внешность была специфическая. Представьте себе Винисиуса Жуниора из Реала, только с очень острыми зубами и хоть и не вертикальными зрачками, но ярко желтыми глазами, и вы получите более-менее адекватное представление о внешности Крокодила.

Но, разумеется, не пугающая внешность была тем единственным качеством, которое позволило Тону Идрильо пробиться сквозь плотную толпу головорезов на вершину воровского мира. Как говорится — отнюдь. Его основная сила заключалась в том, что он был сильным менталистом, а дополнительная — что был умным. Ну, или наоборот — основная в том, что был умным, а дополнительная, что сильным менталистом. От перемены мест слагаемых сумма не меняется.

Соратники, подельники и подчиненные — впрочем, все это одни и те же люди, общаться с Крокодилом не любили, а если называть вещи своими именами — боялись. Даже заходя к нему с приличным кошелем золота, не было стопроцентной уверенности, что выйдешь из кабинета. Не исключался и вынос, причем, ногами вперед, если сильно накосячил — менталист всегда узнает скрытое. Но не за каждый косяк, разумеется, выносили, а за крупный.

Могло бы показаться странным, что "боевые товарищи" смирились с таким положением вещей, когда любой не мог чувствовать себя в безопасности и не попытались убрать Тона, но в том-то все и дело, что измену и подставу Крокодил чуял на раз и всех любителей безопасной жизни и желающих занять его место повывел. В конечном итоге в верхушке Общества — так местные мафиози называли свою организацию, остались лишь соратники, преданные и о смене монарха не помышляющие.

Из вышесказанного понятно, что соваться к Тону с плохими новостями добровольцев было немного, но от судьбы не уйдешь — хуже будет, если вовремя не доложишь. За сокрытие критически важной информации Крокодил карал беспощадно, а так как во время возникновения информационного повода не всегда понятно — критически важная это информация, или нет, то со временем стали докладывать обо всем более-менее важном, невзирая на время суток. Дешевле будет, если доложишь о не очень важном событии — по крайней мере не убьют. А вот если не доложишь о важном — возможны варианты…

На этот раз горевестником был мастер Цеха убийц Салиф по кличке Бобер, полученной за крупные и плоские передние зубы, слегка выпирающие изо рта. Ну, а кому еще прикажите идти? — его подразделение облажалось — ему и докладывать. Пока один из охранников будил босса, второй неприязненно разглядывал Бобра, заставляя последнего нервничать. Салиф не был впечатлительным человеком и сам мог заставить понервничать кого угодно — просто так за здорово живешь мастером Цеха убийц не станешь, но охранники у Крокодила… — это было что-то с чем-то.

Охраняли его хаджары. Официально и юридически они считались людьми, но вот практически мнения на этот счет были разными. Дамы бальзаковского возраста и старше, а также молодые страшненькие девушки однозначно считали хаджаров людьми — им импонировала повышенная волосатость хаджаров, их ненасытный сексуальный аппетит и непритязательность.

И немудрено — любая дурнушка, установленная в коленно-локтевую "позишен намбер ту", притиснутая к мускулистому волосатому животу не менее волосатыми и могучими руками, ощущавшая, как член демонических размеров пронзает ее снизу доверху, чувствовала себя богиней и королевой, желанной и любимой.

Сильная же половина человечества, в основном, придерживалась противоположной точки зрения, полагая хаджаров частью животного царства, исходя из их густого волосяного покрова, равномерно распределенного по всему телу, обезьяньей ловкости, тигриной силы и собачьей преданности хозяину, которому они присягали на верность раз и навсегда. Подкупить, или перевербовать, хаджара было невозможно.

Бобер зная, что Крокодил терпеть не может, когда подчиненные мямлят, мекают, экают и разбавляют информацию водой, а также учитывая, что особой радости — мягко говоря, ночная побудка боссу не доставила, начал свой доклад без приветствий и прочих политесов, чтобы сократить свой спич поелику возможно:

— Артефактор Ишу, который…

— Я знаю, чем занимается Ишу, — перебил его Крокодил. — Ближе к делу, — при этих словах, он так зыркнул на Бобра, что тот занервничал еще больше, хотя до этого момента считал, что больше невозможно. Ну, что тут скажешь? — только одно: людям свойственно ошибаться.

— Ишу не понравился какой-то подозрительный лох, он попытался взять его под контроль, а когда не получилось, отправил своих охранников задержать лоха. — Сообщив эту предварительную информацию, Бобер бросил быстрый взгляд на Крокодила, отслеживая его реакцию. Убедившись в отсутствии негатива, он продолжил дозволенные речи: — Лох охранников избил и скрылся. Ишу обратился за помощью к нашему смотрящему за рынком. Драку видели многие, лоха срисовали — он пошел в Морскую Канцелярию. Я отправил за ним тройку Дотана. — Бобер снова бросил быстрый взгляд на Крокодила, на который тот, на этот раз, отреагировал.

— Кончай на меня таращиться, — мрачно буркнул Тон. — Не отвлекайся.

— Лох убил Дотана и его ребят, когда они догнали его в городе, потом пришел к артефактору в дом и убил Ишу и его охранников, а заодно убил двух людей с рабской повозки, а рабов выпустил. Ишу убил не сразу — сначала пытал. Рабы побежали ко дворцу наместника, а он как раз выходил. Настучали. Наместник с телохранителям рванул к дому Ишу, там они наткнулись на еще одну рабскую повозку. Один из наших людей сбежал, второго захватили. Сейчас он во дворце наместника.

— Все рассказал? — нахмурился Крокодил. — Ничего не забыл?

— Забыл, — повинился Бобер. — Наши пошарили в округе, где замочили Дотана и его ребят, нашли метательные ножи цугов. Три штуки. — Он задумался. — Вроде все.

Теперь задумался Крокодил. То, что убили артефактора — ерунда — свято место пусто не бывает, найдется другой менталист, умеющий работать с ошейниками. То, что сбежали рабы тоже ерунда — деньги небольшие, не о чем говорить.

А вот то, что возница попал к наместнику — плохо. Причем — очень плохо. Начнет петь — всплывут связи с Канцелярией Адмиральской Защиты. Наместник этим воспользуется, чтобы сместить Дранта Рауза и его людей, связанных с Обществом. На их место придут новые люди, которых снова придется окучивать и тратить на это время и деньги. А главное — придется искать подходы к новому наместнику.

Ну и как вишенка на торте — для наведения видимости порядка могут задействовать столичных волкодавов, а не местных козлов и тогда начнутся настоящие гонения на членов Общества и не исключено, что самому Тону Идрильо придется уйти в бега и перейти на нелегальное положение, что радовать никак не могло. Но до этого, к счастью, еще далеко — пока неповоротливая государственная карательная машина придет в движение, рак на горе свистнет!