На стенах царила настоящая суматоха. Люди использовали всё, что только могли придумать для отражения атаки тварей. В ход шли артефакты, силы одарённых и зачарованные стрелы, но это мало приносило пользы. Время от времени совместные атаки всё же укладывали одного-двух орков, но их оставалось всё ещё чертовски много.

Как оказалось, Ян был кем-то вроде первопроходца, первым попробовавшим на себе прилетевшую секиру, но далеко не последним. Вскоре по стене разошёлся крик боли от множества имперцев; неожиданная атака орков принесла свои плоды. Запущенные с такой силой секиры, что люди даже не смогли засечь их полёт, снесли около двадцати защитников, оросив площадку на стенах фонтанами брызг крови. Кто-то умер мгновенно, кому-то отсекло полтела, а кто-то просто лишился руки вместе с плечом — суть была одна. Имперцы получили первые серьёзные потери.

— Дерьмо, — выругался Пабло.

От него отскочило сразу несколько прилетевших секир, принятых на жёсткий телекинетический купол. Стоящий рядом с ним боец только чудом разминулся со смертью. Присев за укрытие, желая пополнить запас стрел из специальных стоек, установленных здесь же, он пропустил топор пронёсшийся прямо у него над головой, разнеся в щепу деревянные перила.

— Всем укрыться! — орал нервничающий командир, бегающий по стене и пытающийся организовать оборону.

— Да где это чёртово подкрепление⁈ — раздался раздражённый выкрик Дмитрия, низко пригнувшегося и прячущегося за зубьями стены.

— Анжела только что сообщила! — прокричал Плющ, — что армия сейчас на юге борется с эльфами. Но нам всё же выдали подкрепление, только вот прибудет оно ещё не скоро — две недели, минимум!

— Две недели⁈ — раздался пронзительный голос молодого вояки, также, как и Дмитрий, прячущегося за зубьями стены, — Да нас сметут уже через полчаса!

Плющ никак не прокомментировал. Его лицо уже давно покрыла испарина. Всё это время он пытался стабилизировать стену с помощью своих жгутов, активно лезущих из земли, сплетаясь возле стен, создавая хоть какой-то буфер защиты, а также внося суматоху в ряды противника. Взрывая землю, плющ оплетал конечности орков, заставляя их спотыкаться и мешать своим сородичам. Но всё это была лишь агония, отсрочивающая неизбежное. Мужчина больше уставал сам, чем приносил неприятности оркам.

— Они скоро пробьют стену! — к нашему отряду подбежала Анжела, вся покрытая каплями крови и пота. Наверное, стояла рядом с бедолагой, разлетевшимся от прилетевшей секиры. — Вот, возьми это. Прислали из штаба, возможно, это хоть как-то их замедлит. Пабло, помоги раскидать их ровным, плотным слоем!

Наёмник тут же вытянул руку, в которую притянулся увесистый, плотный мешок, наполненный чем-то круглым и твёрдым. Разорвав его, он выбросил содержимое наружу. Внутри оказались жёлуди, очень много желудей. Они не рухнули вниз, а разлетелись равномерно, ложась прямо под ногами противника.

— Действуй! — крикнула лейтенант, получив кивок от наёмника, что всё готово.

— Ладно, это будет не просто, — Плющ закинулся горстями жёлтых пилюль и решительно встал, вытягивая руки.

В тот же момент земля взорвалась, выпуская из недр толстенные стволы деревьев. Не ожидавшие такого орки разлетелись в стороны; кого-то и вовсе зажало между деревьями и стеной, лишая подвижности. Пабло воспользовался предоставленной возможностью, запуская копья в темечко обездвиженным врагам.

От перегрузки, полученной организмом, глаза Плюща закатились, и он рухнул на спину. Казалось, даже сама стена словно вздохнула с облегчением. Разросшиеся толстенные стволы сформировали слой природной защиты, на время отрезая город от орды орков.

— План хороший, а вот командир у нас слабоват — прокомментировал произошедшее Пабло, капсулами восполняя энергию и напиваясь воды из фляги, пока случился момент передышки.

Его реплику все проигнорировали, вздрогнув от громкого скрипа. Обладая невероятной силой, орки прогибали деревья, врезались в них секирами, и те жалобно трещали. Не прошло и пяти минут, как один за другим, с громким хлопком, они лопались, заваливаясь на стену. Снова поток хлынул к стенам города. Несколько орков попытались пробежаться по ним и забраться на стену, но мощный выброс телекинеза скинул их обратно на землю.

Пабло, зачерпнув добрую жменю капсул, проглотил их. Тело стало гореть от быстро наполняющей его энергии, и Пабло, обливаясь потом, подхватил несколько поваленных дубов, поднимая их над полем боя. Его лицо дрожало от напряжения, когда он поднимал их всё выше и выше над землёй; каждое такое деревце весило не меньше тонны, а Пабло поднял сразу пять. На его висках вздулись вены, пот уже полноводными ручьями катился вдоль тела, но он продолжал, пока не поднял их на максимальную высоту — в один километр. А потом с облегчением выдохнул, опустил руки и уселся там же, где и стоял.

Люди замерли, задрав головы, наблюдая, как пять массивных стволов, стремительно набирая разгон, летят вниз на бешенной скорости.

Вержинья вызвала потоки ветра, корректируя полёт, чтобы, не дай небо, эта хрень не рухнула им на головы или не повредила стены. Раздался мощный удар, от которого содрогнулась сама земля; все стоящие на стене попадали. К сожалению, несколько имперцев и вовсе свалились со стены, падая к оркам. Но самое главное было достигнуто: целая куча невезучих зеленокожих разлетелась в стороны кровавыми ошмётками. Это был воистину мощный и сокрушительный удар.

— Сможешь повторить? — воодушевилась лейтенант, по-прежнему сидящая у тела бесчувственного Плюща.

— Издеваешься? — огрызнулся Пабло, которого лихорадило от перегрузки и резкого дефицита энергии.

Разъярённые, болезненой оплеухой, орки тем временем вновь нахлынули на стену, чавкая ногами по размочаленной почве и останкам раздавленных сородичей. И в этот момент зачарованная городская стена не выдержала; с громким грохотом и шумом падающих брёвен, разлетевшись в разные стороны, она рухнула. В появившуюся брешь тут же ринулись толпы тварей, и город стал ещё на шаг ближе к своему полному уничтожению.

Глава 69

Дружбу не планируют,

про любовь не кричат,

правду не доказывают

— Фридрих Ницше.

За стенами творился натуральный ужас. Громкие звуки ударов от которых вся стена тряслась и жалобно трещала, крики бородатого мужика в кольчуге, требующего от подчинённых чего-то, казалось, невозможного. В тот момент, когда над стенами прокатился крик боли и звуки свестящей стали, от которой тела имперцев буквально взрывались брызгами крови и клочьями плоти, Иллейв стояла внизу, глядя, как фонтаны алых брызг долетают до каменной брусчатки, а куски тел приземляются у её ног.

Кровь густыми ручьями капала вниз, а глаза женщины расширились от ужаса.

— А вот, кажется, и Пабло разбушевался, — прокомментировал Роб, указывая в небо.

Иллейв взглянула в указанном направлении и ещё сильнее округлила глаза. Толстенные дубы, высотой не меньше стен, взмывали в небо, поднимаясь к облакам, где превращались в маленькие точки, а потом рухнули вниз, отчего земля содрогнулась. Раздался яростный крик орков, и стены содрогнулись от новых ударов.

— Так, мне это не нравится, — проговорил мужчина, хватая девушку за рукав её зелёных доспехов. — Уходим!

— Но ведь у нас задача — помогать здесь, на случай прорыва тварей? — тихо шепнула Иллейв Робу.

Роб скептически оглядел две сотни вояк, нервно готовящихся к предстоящему бою, и нервно произнёс:

— Тут некому и нечему помогать. Когда орки прорвутся, тут будет кровавое месиво, и всё, что смогут имперцы — бесславно сдохнуть. Так что не отсвечиваем и тихонько отходим.

Иллейв не была глупа и быстро осознала свою наивность. Умирать ей действительно совсем не хотелось, поэтому она кивнула наёмнику, и они, не привлекая внимания, стали потихоньку смещаться назад, стараясь покинуть переполненную площадь.

Благо, они изначально стояли позади основной армии, а воякам и командирам сейчас было совсем не до того, чтобы следить за тем, что происходит у них за спиной. Всё, что их волновало в эти минуты, — грохот и жалобный скрип шатающихся брёвен.