Надпись над дверью комнаты: DISTAT ENIM QUAE SYDERA TE EXCIPIAT,^[348] указывает, что олимпийской теме придан астрологический поворот. Исследование наиболее авторитетных в эпоху Возрождения астрологических текстов позволяет найти источник шестнадцати медальонов, расположенных под двенадцатью знаками зодиака. Они основаны на учении, развиваемом в пятой книге знаменитой «Астрономии» Манилия, которое приписывает влияние не только самим зодиакальным знакам, но и различным созвездиям, встающим вместе с этими знаками, или, точнее, созвездиями, которые астрологи выбирали (часто произвольно) к северу и к югу от тридцати градусов эклиптики, в которых находится сам знак.^[349] Эпоха Возрождения знала это учение не только по поэме Манилия, но и по большому прозаическому справочнику судебной астрологии, составленному позднеантичным автором Фирмиком Матерном и озаглавленному Matheseos Libri VIII,^[350] последняя книга которого содержит удобный каталог созвездий и влияния их на человеческую судьбу.

В большинстве отрывков, о которых пойдет речь, тексты Манилия и Фирмика настолько близки, что и не решить, какой из них избран для иллюстрации, но в двух или трех случаях Фирмик добавил собственное толкование, которое мы находим на стенах Салы деи Венти. Из этого ясно, что надо руководствоваться Фирмиком; впрочем, похоже, что временами автор программы обращался к более подробному описанию, оставленному поэтом эпохи Августа.^[351]

В отличие от Манилия, Фирмик всегда обсуждает положение созвездия внутри отведенных знаку тридцати градусов и влияние планетных «лучей» на гороскопы тех, кто родился, когда над горизонтом появилась эта часть неба.

В четвертом градусе Овна… (с правой стороны) встает Корабль (Navis). Всякий, рожденный, когда восходит эта часть неба… будет кормчим, лоцманом или хозяином корабля, то есть будет стремиться провести свою жизнь в плаваниях по морю. (VIII, 6, I)

Если обратиться от этого описания к медальону под Овном, то можно испытать разочарование. Да, на заднем плане видны три корабля, но главной темы тест объяснить не может. По какой-то причине медальон иллюстрирует действие двух созвездий, не только Корабля, но и Дельфина.^[352] К счастью, из всех шестнадцати медальонов только этот содержит такой «посторонний» элемент. Я вернусь к нему позже.

Описав судьбу родившихся под Орионом в десятом градусе и под Возничим в пятнадцатом градусе Овна, Фирмик продолжает:

В двенадцатом градусе Овна, с северной стороны, встает Козленок (Haedus) в Возничем. Родившиеся при восхождении этой звезды будут иметь внешность обманчивую, скрывающую истинный их характер. Вид у них будет суровый, струящиеся бороды и упрямые лбы, как у Катона. Но все это обман и притворство. По природе они моты и развратники, вечно обуреваемые низкими и чувственными страстями и снедаемые любовной жаждой. Они также начисто лишены добродетельных устремлений, трусливы, глупы, смертельно боятся военных опасностей. Часто они становятся жертвой своей порочной похоти и вынуждены бывают убить себя, погрязши в глупых любовных делах. Под этой же звездой рождаются пастухи, чьи дудочки производят нежный лад сельских напевов. (VIII, 6, 4)

Это отрывок проиллюстрирован в наклонном медальоне под Овном с его тремя играющими на дудочках пастухами — Джулио облагородил «развратность» влюбленных пар, изящно совместив элементы all’antica с современною пасторалью.^[353]

Под Тельцом Фирмик упоминает только одно созвездие, Плеяды, которое встает в шестом его градусе. Однако, словно желая восполнить этот недостаток, он перечисляет, что будет с рожденными под отдельными звездами самого Тельца. Это один из тех отрывков, которым нет параллели у Манилия.

Если гороскоп был в промежутке между копытами Тельца (in fissione ungulae Tauri) и равное количество дурных и благоприятных лучей попало на этом место, то они произведут художника, но такого, которого это поприще облагородит славой и почестью. Если, впрочем, одни дурные лучи будут зловредно направлены на это место без присутствия благоприятных звезд, родятся знаменитые гладиаторы, которые, однако, после многих наград и бесчисленных побед, падут от супротивного меча в бою под громкие рукоплескания и возгласы зрителей. (VIII, 7, 5)

Схема Салы деи Венти в Палаццо дель Тэ, Мантуя, по С. Редфилду.

1 — Вулкан, 2 — Церера, 3- Юпитер, 4- Марс, 5 — Юнона, 6 — Олимп, 7 — Меркурий, 8 — Диана, 9 — Нептун, 10 — Веста, 11 — Аполлон, 12 — Венера, 13 — Минерва, 14 — Январь, 15 — Февраль, 16 — Март, 17 — Апрель, 18 — Май, 19 — Июнь, 20 — Июль, 21 — Август, 22 — Сентябрь, 23- Октябрь, 24 — Ноябрь, 25 — Декабрь, 26 — Козерог, 27 — Водолей, 28 — Рыбы, 29 — Овен, 30 — Телец, 31 — Близнецы, 32 — Рак, 33 — Лев, 34 — Дева, 35 — Весы, 36 — Скорпион, 37 — Стрелец, 38 — заход Арктура, 39 — восход Арктура, 40 — Змееносец, 41 — Орел, 42 — Кит, 43 — Корабль, Дельфин, 44 — Козленок, 45 — промежуток между копытами Тельца, 46 — Заяц, 47 — Ослы под Марсом, 48 — Ослы под Нептуном, 49 — Сириус, 50 — Корона, 51 — Стрела, 52 — Жертвенник, 53 — Кентавр.

Джулио Романо: Потолок и медальоны Салы деи Венти, Мантуя, Палаццо дель Тэ

Джулио Романо: Корабль и Дельфин. Сала деи Венти

Джулио Романо: Козленок. Сала деи Венти

Эту судьбу иллюстрирует медальон под Тельцом с грандиозно задуманной (хотя и плохо исполненной) фигурой умирающего гладиатора на переднем плане.

Вместе с Близнецами (в их седьмом градусе) встает только одно созвездие — Заяц (Lepus).

Те, кто родится при восходе этой звезды будут так легко сложены, что, ежели побегут, будет казаться, будто они опережают птиц. Если Марс окажется в аспекте, родятся бегуны… если Меркурий, жонглеры. (VIII, I).

В медальоне под Близнецами на фреске Джулио две бегущие фигуры отождествляются с Гиппоменом и Аталантой.

В первом градусе Рака встают Ослы (Jugulae):

Всякий, кто родится при их восходе будет безбожным и дерзким, но проявит великую склонность ко всякого рода охоте. Он будет ловить зверей в сети, в ямы, в разного рода силки и капканы, либо, преследуя дичь, с собаками обыскивать тайные области леса. Даже женщина, рожденная под этой звездой, с мужской отвагой последует этому либо сходному призванию, но только если Марс с благоприятными звездами бросят на это место хоть какой-нибудь луч. Если, впрочем, это будет Сатурн, то они обнаружат склонность ко всякого рода рыбной ловле и будут также ловить морских зверей в тщательно задуманных походах за рыбой. (VIII, 9, 1–2)

Таким образом, медальон с охотничьей сценой прямо под Раком, на котором мужчина и женщина преследуют различную дичь относится к рожденным под Ослами. Джулио приспособил эту сцену к классическому изображению охоты Мелеагра и Аталанты на калидонского вепря. Может быть, так было и в наставлении — если мы обратимся от Фирмика к его источнику, Манилию (V, 174 ff), то найдем упоминание о мифологических охотниках.

Джулио Романо: Телец. Сала деи Венти

Джулио Романо: Заяц; Ослы 1. Сала деи Венти.

Джулио Романо: Заяц; Ослы 2. Сала деи Венти