◊ Почему разогнали монастыри? Потому что монахи стали разъезжать на тройках да одеваться в шерстянку. А раньше монахи носили холщовые подрясники и мухояровые рясы, трудились по совести. И те были истинные монахи. Какая-нибудь игумения из дворян, а не из своих монахинь, быстро загоняла послушниц в Царство небесное своим бессердечным к ним отношением и жестокостью. Бедные монахини разговлялись капустой, а игумения, в угоду начальствующим, все им отдавала, а своих лишала необходимого.
◊ Часто преподобный Севастиан повторял слова: «Раб, знавший волю господина своего и не сотворивший ее, бит будет больше, нежели раб, не знавший воли господина своего». А некоторым прямо говорил: «Ведь ты знаешь все и Бога на мир променяла (или променял)». «Мир обещает злато, а дает блато». «Неженатый печется о Боге, а женатый — о жене». «Не связавший себя узами семьи всегда свободен. Одна забота — спасение души. Цель жизни — чистота, конец — Царство небесное!»
◊ Между нами, монахами, и миром глубокая пропасть. Миру никогда не понять нашей жизни, а нам — их. Если бы монахи знали заранее, сколько их ждет искушений и скорбей на узком, но спасительном пути, то никто не пошел бы в монастырь. А если бы мир знал о будущих благах монашествующих, то все пошли бы в монастырь.
◊ Дочь Иаира умерла, и Господь воскресил ее. Так человек умирает душой. Помыслы греховные, произволение и совершение греха. Тогда благодать отходит и душа умирает. Вот наше нерадение о душе. Не обращаемся к врачу тогда, когда болезнь только началась и легко исцелима. Не обращаемся и в период болезни. А когда уже умерла дочь (душа), тогда обратились к врачу душ и телес Господу: «Дочь моя умерла». «Не умерла, но спит», — сказал Господь.
Надо с юности своей приносить жертву Господу самим собою, когда находишься во цвете лет, здоровья, чистоты, духа бодрого, а не тогда, когда всего этого лишишься, поработав диаволу.
«Работай дондеже есть день (жизнь)», — говорит Господь, ибо настанет ночь, то есть старость, смерть, и тогда поздно будет. Так юродивые девы не имели елея, потому что была ночь, когда пришел Жених и купить елея было негде. Они день провели беспечно, нерадиво, и остались их светильники пустыми, и закрылась для них дверь чертога брачного. Так и мы принесем Господу не хромое, не кривое, не слепое, не гнилое, а здоровое, чистое, первородное. Так пророк говорит: возделывал землю, насаждал ниву, обрабатывал ее, полол, поливал, а когда пришел за плодами, ничего не обрел. Кое-где колос на ниве, кое-где виноград на лозе. Враги Господа пришли, украли и унесли все. Так вот и человек на ниве души своей должен трудиться не бесполезно, внимать себе, чтобы не пришли враги: мир, диавол, плоть и смерть, и не обокрали ее. Приходит мир — забирает свое, привлекая богатством, роскошью, честолюбием. Приходит диавол, все последнее уносит: чистоту, целомудрие, невинность, страх Божий. Приходит старость и смерть, человек хочет и сам пожать что-нибудь на ниве своей и ничего не обретает. Лишь кое-где намерение доброе дело сделать при греховной жизни. И жалеет человек, что прожил жизнь и не приобрел добрых дел для будущей жизни. И смерть пришла, и времени уже нет для покаяния, для слез и молитвы. Особенно опасна нечаянная смерть. А потому не нужно откладывать покаяние и приобретение добрых дел на старость лет, когда уже не будет сил ни телесных, ни душевных. Все врагами будет скрадено, а себе — ничего, пусты светильники.
◊ Молиться с любовью к Богу и все дела начинать с молитвы. А без молитвы только суетные дела бывают. В молитве просить исполнения воли Божией и Его заповедей, а не того, чего нам хочется. Любить Бога надо непрестанно и молиться непрестанно. Любить истинно и с верою молиться, и Господь не оставит Своею милостию. «На кого воззрю, как не на кроткого и смиренного сердцем» (см.: Ис. 66, 2). Уничижать себя, сознавать свое ничтожество перед Господом, Творцом всех и всего. «Если он меня не любит, то и я не буду его любить», — это бесовское слово. Пусть он тебя не любит, а ты побеждай его ненависть любовью. Любовью истинной и страхом Божиим побеждай страсть ненависти.
◊ Человек смотрит на лицо, а Господь — на сердце. Бог глаголет уму наставлениями, а сердцу — вдохновениями.
◊ Проси у Бога чистоты сердца и прощения грехов, сокрушаясь в покаянии о содеянном и считая себя хуже всех. И придет Сам Господь к тебе, и ты ощутишь такую радость в сердце, о которой не знает мир. Делай по Богу и для Бога, а не для людей, которых люби, но беги. «Взыщите Бога, и жива будет душа ваша». Нужно хранить чистоту совести и стяжать непорочное сердце. А отсюда и дела наши, и поступки должны соответствовать заповедям Христовым, чтобы не сказали о нас: «А еще христианами зовутся, а еще молятся, а что делают?» Нужно чистоту и непорочную совесть хранить, чтобы враг не поживился от нас самым малейшим даже, чтобы совесть не упрекала за жизнь нашу, тогда будет мир и радость на сердце.
◊ Перед кончиной преподобный Севастиан сказал своим духовным чадам:
«Вот я всех вас прошу, чтобы вы утешали друг друга, жили в любви и мире, голоса бы никогда друг на друга не повысили. Больше ничего от вас не требую. Это самое главное для спасения. Здесь все временное, непостоянное, чего о нем беспокоиться, чего-то для себя добиваться. Все быстро пройдет. Надо думать о вечном».
Преподобный Лаврентий Черниговский
(1868–1950)
В четырнадцать лет преподобный Лаврентий (в миру Лука Евсеевич Проскура) уже был самостоятельным регентом церковного хора, а монашеский постриг принял только на сорок пятом году жизни. Через два года он был рукоположен в иеродиакона, а в 1916 году — в иеромонаха. В 1928 году старец был возведен в сан архимандрита. Еще в дореволюционное время к нему уже стремились и простые люди, и черниговская интеллигенция (врачи, педагоги). Приезжие быстро узнавали, что в Троицком монастыре есть духовник высокой жизни. Его любвеобилие, дар рассудительности, дар прозрения привлекали не только мирян, но и многих духовных лиц. Со старцем Лаврентием держали совет и черниговские епископы, они весьма дорожили его суждением. Так владыка Пахомий обращавшихся за советом сначала направлял к батюшке, да и сам часто вместе с ним разрешал назревшие у него вопросы.
Когда в годы богоборчества монастырь закрыли и нужно было оставить свою келью, старец Лаврентий поселился в маленьком убогом домике недалеко от монастыря, под горой, на которой расположен храм в честь пророка Илии. Площадь комнатки, отведенной для батюшки, была около 10 квадратных метров. Какой подвиг нес он, выдерживая за стенкой живущего больного сына хозяйки дома, постоянно беспокоившего своим бессознательным поведением, часто криками не только днем, но и ночью. Общая кухонька, смежные двери позволяли несчастному Петру беспрепятственно заходить или забегать в помещение старца. Ни тени недовольства или раздражения не было у преподобного, только милосердие, снисхождение и любовь. И так на протяжении более двадцати лет. Эта крохотная комнатка-келья была свидетельницей бесед преподобного Лаврентия с черниговскими архипастырями — владыкой Пахомием, епископом Стефаном (будущий митрополит Харьковский), епископом Дамаскиным.
Богослужения совершались в маленьком Ильинском храме. Здесь отец Лаврентий продолжал управлять хором. Среди певчих не было монастырской братии. Здесь собирались его почитательницы, многих приходилось обучать пению. Настало время, когда и этот храм закрыли. Лишенный возможности в храме прославлять Бога песнопением, отец Лаврентий никогда не оставлял церковной молитвы. Бережно сохранял он богослужебные книги и обширную нотную библиотеку. И когда его спрашивали: «Разве ноты еще понадобятся?» — неизменно отвечал: «Конечно, будем еще читать и петь».
Даже в такой трудный период все, кто общался со старцем, были свидетелями выражавшихся на его лице благодушия и радости. Своим благостным настроением он поддерживал, ободрял приходивших к нему. И калиточка у скромного его жилища частенько открывалась на негромкий стук в окно.
