Джордан улыбнулся и всплеснул руками. Под мешковатым одеянием заиграли мышцы.

— Нет, конечно, — возразил он. — Энергия присутствовала, но только мы поняли, как ее использовать. Вернее, Нона поняла.

— Энергия? — повторила Анти, величественно поднимаясь. — Можете поберечь ее. Мне необходимо ровно столько, чтобы добраться до Центавра.

— Думаю, ты ее получишь, — пообещал Доччи. — Теперь многие вещи стали понятнее. Например, почему в прошлом гравитационные установки переставали давать тягу на значительном удалении от Солнца? Фактически, мощность любой установки оказывалась обратно пропорциональной квадрату расстояния между ней и Солнцем.

Гравитационный компьютер — это глухой и слепой мозг, чувствительный только к массе вещества. Главный факт его существования — наличие Солнца, крупнейшего средоточия вещества в Солнечной системе. Для такого мозга покинуть Солнечную систему — все равно, что обитателю плоского мира, не подозревающему о существовании звезд, выйти за его пределы.

Теперь, когда он знает о Галактике, двигатель будет работать, где угодно. С Ноной у пульта управления для нас даже Сириус не очень далек.

— Док, — беззаботно крикнул Джордан, — вам лучше подумать, как убраться с корабля. Помните, мы летим с такой скоростью, с какой раньше не летал ни один человек. — Он хохотнул. — Если, конечно, вам до сих пор не нравится наша компания, и вы хотели бы удалиться.

— Нам требуется произвести кое-какие расчеты, — вмешался Доччи. — Например, куда мы сейчас направляемся.

— Правильная мысль, — согласился Джордан. Он сразу занялся картами и вычислениями. Но вскоре бегающие по клавиатуре пальцы стали двигаться медленнее. Он склонился над приборами. Потом выпрямился и сложил руки на груди.

— Куда? — спросил Доччи.

— Туда. — Джордан ударил кулаком по селектору телекома, и на экране появилось четкое изображение. В его центре мерцал крошечный мирок, осколок давным-давно взорвавшейся планеты. Они легко опознали пункт своего назначения.

Корабль летел к «Небесам для инвалидов».

— Зачем мы решили лететь туда? — спросила Анти. Она удивленно смотрела на Доччи.

— Мы летим не по своей воле. — Голос его звучал вяло и устало. — Направляемся туда, куда хочет Медсовет. Мы забыли о системе слежения. Когда Нона активировала гравитационную установку, этот факт отметили на какой-то центральной станции. Медсовету оставалось только использовать систему слежения для перехвата управления у Ноны.

— Мы думали, что убегаем от кораблей, которые за нами гонятся, а сами всего лишь обогнали их на обратном пути к мусорной куче? — поняла Анти.

Доччи кивнул.

— Что ж, все кончено. Мы сделали, что могли. Плакать бесполезно, — сказала Анти и все-таки заплакала. Проходя мимо Ноны, она ласково похлопала ее. — Все нормально, дорогая. Ты попробовала.

Джордан покинул отсек следом за Анти. Кэмерон остался и подошел к Доччи.

— Ничего не потеряно, — начал он неловко. — Вы возвращаетесь туда, откуда начали; по крайней мере, Нона осталась в выигрыше.

— В выигрыше? — спросил Доччи. — Кто-то выиграет, но не Нона.

— Вы ошибаетесь. Теперь, когда она оказалась важной движущей силой…

— То есть особым экспериментальным устройством? Очень ценным? Не думаю, что ей понравилась бы подобная классификация.

Наступило молчание. Доктор Кэмерон отвернулся.

— Это ваше призрачное свечение, когда вы сердитесь, всегда меня пугало. Я вернусь, когда оно ослабеет.

Доччи проводил его взглядом. Кэмерон был единственным из нормальных людей, знающим о том, что Нона управляла гравитационной установкой. Весь внешний мир может узнать, что она заработала так, как и должна была работать по первоначальному замыслу, хотя никогда не использовалась для этой цели. Если бы удалось уговорить Кэмерона…

Он покачал головой. Это ничего не даст. Он может обманывать их какое-то время. Они решат, что причина кроется в нем, Доччи. В конце концов, все выйдет наружу. Нона не способна даже на малейшую ложь, она не понимает, что такое тесты.

Доччи подошел к ней. Когда-то он мечтал… Теперь это не имело значения.

Она подняла глаза, улыбнулась. Нона имела на это право. Ни одно слово никогда не звучало в тишине ее разума, но теперь она общалась посредством чего-то неведомого, и электронный мозг говорил ей что-то. Конечно, она не понимала, что разговор ведется между двумя невольниками — ею и гравитационным компьютером.

Внезапно Доччи развернулся, занял место перед панелью управления и принялся методично молотить ее ногами. Экраны и циферблаты разлетались в пыль. Аппарат экстренной связи он разбил на мелкие куски.

Система гравитационного слежения крепко держала корабль в своих лапах. И он ничего не мог с этим поделать. Все, что оставалось — как можно дольше защищать Нону от пытливых умов.

Она не слышала грохота и не обращала на него внимания. Просто сидела, обхватив ладонями голову, и спокойно улыбалась.

* * *

Внешняя оболочка ракетного купола распахнулась, а потом закрылась за ними. Джордан перевел уцелевшие приборы в нейтральное положение и поднял руки, бормоча что-то себе под нос. Они мягко опускались через проем во внутренней оболочке. Возвращались домой.

— Веселей, — беззаботно сказал Кэмерон. — В самом деле, вы же не заключенные, сами знаете.

Нона, в отличие от Джордана, казалась довольной. Доччи ничего не ответил, его лицо совсем прекратило светиться. Анти с ними не было: она плавала в емкости с кислотой. На астероиде с его силой тяжести она не могла без нее обойтись.

Корабль легонько скрипнул — они сели. Джордан потянул рукоять, и шлюзы, пассажирский и грузовой, открылись.

— Идемте, — сказал доктор Кэмерон. — Полагаю, вас ожидает официальная встреча.

Он не ошибся. В небольшой ракетный купол набилось столько кораблей, сколько обычно прилетало за год. Сразу бросалась в глаза полная неразбериха, столь характерная для тех мест, в которых появляются люди в военной форме. Вооруженная охрана выстроилась по обеим сторонам посадочной аппарели, и путешественники начали спускаться.

Внизу к их прибытию приготовили большую телекоммуникационную установку. Если размер имел значение, то, видно, кто-то решил, что случай особенный. С огромного экрана на прибывших по-отечески смотрел медсоветник Тортон.

Процессия замерла перед экраном.

— Хорошая работа, доктор Кэмерон, — произнес медсоветник. — Нас крайне удивило бегство четырех пациентов и ваше исчезновение, совпавшее с ним. Насколько мы смогли понять, вы намеренно последовали за ними. Великолепный образчик быстрого мышления, доктор. Вы заслуживаете признания.

— Благодарю вас, — сказал Кэмерон.

— Мне жаль, что не могу присутствовать и поздравить вас лично, но вскоре мы встретимся. — Медсоветник сделал едва заметную паузу. — Поначалу случился скандал. Просто ужасный. Но мы решили, что неразумно скрывать столь значительное происшествие. Тем более что несанкционированное вещание сделало это невозможным. К счастью, в очень подходящий момент система отследила запуск гравитационной установки. Не побоюсь сказать, что, в конечном счете, мы оказались в выигрыше.

— Я рассчитывал на это, — сказал Кэмерон. — Нона…

— Вы уже говорили о ней раньше. — Медсоветник нахмурился. — Обсудим это позже. А пока проследите, чтобы она и остальные пациенты вернулись на свои обычные места. И сразу отведите Доччи в свой кабинет. Я хочу допросить его с глазу на глаз.

Кэмерон смотрел на Тортона озадаченно.

— Но я думал, что…

— Никаких возражений, доктор, — резко оборвал Тортон. — Вас ждут влиятельные лица. Все. — Экран потемнел.

— Думаю, вы слышали, что он сказал, доктор Кэмерон? — Стоявший рядом офицер держался вежливо. Он мог позволить себе учтивость — его чин на погонах обозначали три большие планеты.

— Очень отчетливо, — ответил Кэмерон. — Но как начальник на астероиде, я требую, чтобы вы приставили охрану к девушке.