И на ней созрела жатва

стеблем золотым, —

пусть свершиться Божья клятва

         именем твоим.

1920

ПЛАЩАНИЦА

И я пришла. Великопостный

Еще свершается канон,

Еще струится ладан росный,

В гробу Христос, — он погребен.

В протяжном колокольном звоне —

Печали мира и мои;

Звучат напевно на амвоне

Слова великой ектеньи.

И в небо стаей голубиной

Летят молением живым…

Вся церковь скорбной Магдалиной

Склонилась к плитам гробовым.

Но ангелы стоят у гроба,

Два светлых вестника чудес,

И громко возвещают оба:

Не верьте миру! Он воскрес!

24. IV-7.V. 1921

ОКНО

Дни идут, ползут устало…

            Сердцу все равно!

Просто ты не понимала —

            Распахни окно!

За зеленой скучной ставней

            Сердце обретет

Для затворницы недавней

            Радостный полет.

Вверх за стаей голубиной

            Вьется легкий путь,

И себя на миг единый

            В небе позабудь.

Не умеет только тело,

            А душа б могла!..

Сердце! Сердце! Голубь белый!

            Два больших крыла!..

8 июня 1921

«В твоих словах, в твоих вопросах…»

            В твоих словах, в твоих вопросах

к живому сердцу мы идем…

И вновь цветет дорожный посох

            неувядающим цветком.

            Но вновь перед открытой дверью

стоит, проникнуть не спеша,

поддавшись своему неверью,

            неоткровенная душа.

            А там, а там все небо в звездах,

глубокий, синий водоем.

И дышит ароматный воздух

            едва пролившимся дождем…

            А там, а там — нетленных лилий

благоуханные поля,

и роем лебединых крылий

            покрыта вешняя земля.

            Когда ж прочтет небесный свиток

неотвратимая мечта,

и сердца радостный избыто

            к заставит говорить уста.

24 июня 1921

«И все зовут, зовут глухие голоса…»

Евгению Архиппову

            И все зовут, зовут глухие голоса…

О камни острые изранены колени,

еще не пройдены последние ступени

            широкой лестницы, ведущей в небеса.

            Широкой лестницы… Ее во сне Иаков

взыскующей душой восторженно прозрел…

Но как мне угадать положенный предел?

            И отчего мой путь с твоим неодинаков?

            Весь в золоте и пурпуре твой сад

лежит внизу, как драгоценный камень.

Деревьев осени — благословенный пламень

            и Божьим солнцем полный виноград.

            Блаженны кроткие. Они приемлют землю,

с полынью горькою вдыхая сладость роз,

они сбирают сок взращенных лоз…

            Но я такой земли для сердца не приемлю.

            И слаще для него небесный терпкий мед

душевной глубины в ее обличьях жадных…

Я не вкушу от гроздей виноградных

            доколе Царство Божье не придет.

26 июня 1921

ЛЮБОВЬ

            В огне душа и с духом слита плоть —

в безмерности — не хочет поцелуя…

И ангелы запели: «Аллилуйя».

            «Любовь», — сказал Господь.

14 июля 1921

Ф. А. В.

Год прошел, промелькнул торопливо…

            Много были вдвоем.

            Подожди, мы поймем,

отчего мы на миг стали рядом,

и зачем на пути сиротливом

            быть надо

            минутам коротким

            задержаться,

            и образом четким

            лечь в стихах…

И когда нам придется расстаться,